Новые полномочия прокуроров в конфискации коррупционных активов. Теперь обращать в доход государства можно будет не только имущество, но и средства на банковских счетах, не вяжущиеся с официальными доходами чиновников. Соответствующий закон, который разрабатывали и принимали почти три года, подписал президент Владимир Путин. Правда, кого конкретно будет проверять Генпрокуратура на соответствие накоплений и заработков, из текста инициативы непонятно. Судя по всему, новая норма, как и действующий с 2012 года закон о конфискации квартир, домов и машин, приобретенных на неподтвержденные доходы, будет касаться лишь тех, кто попал под уголовное преследование.
Право на проверку
6 марта президент России Владимир Путин подписал закон, позволяющий обращать в доход государства средства с банковских счетов чиновников, происхождении которых они не смогли доказать. Под действие новой нормы попадают все государственные служащие, которые обязаны отчитываться о своих доходах, а также члены их семей. Документ вносит поправки в законы «О противодействии коррупции» и «О банках и банковской деятельности».
Проведение проверок чиновников возложено на Генпрокуратуру, при этом кредитные организации будут обязаны выдавать Игорю Краснову и ряду его подчиненных справки о счетах, вкладах и операциях госслужащих. Проверочные мероприятия назначаются, если на счетах чиновников, их супругов и несовершеннолетних детей обнаружат сумму, превышающую официальный доход за 3 года. Кто это обнаружит — в законе прямо не прописано.
При этом в ходе проверки чиновнику будет предоставлено право доказать законность происхождения средств, а если доводы чиновника не убедят представителя надзорного ведомства, сотрудники прокуратуры вправе обратиться в суд с иском о конфискации средств, законность получения которых не доказана, в доход государства. Минимальный размер взыскания необоснованных доходов — 10 тыс. рублей.
Долгий путь
Депутаты нижней палаты парламента, которые, как известно, умеют принимать законы очень быстро, в данном случае отчего-то не торопились. Правительство внесло инициативу на рассмотрение Госдумы в марте 2021, а в третьем чтении она была принята спустя почти год — 16 февраля 2022.
Впрочем, в органах исполнительной власти проект находился почти два года — о его разработке Минюст сообщил летом 2019. Кстати, тогда его одобрил спикер Госдумы Вячеслав Володин. Он поручил профильному комитету нижней палаты парламента подключиться к проработке инициативы, чтобы рассмотреть ее в приоритетном порядке весной 2020. Но в итоге, инициатива, которую разрабатывали во исполнение одного из пунктов Национального плана противодействия коррупции на 2018-2020 годы, получила право на применение во время реализации следующего Нацплана — на 2021-2024 годы.
Деньги вне закона
Впрочем, изымать средства коррупционеров в доход государства отсутствие вышеупомянутого закона прокурорам не мешало. Им хватало расширенного толкования нормы действующего законодательства, позволяющей взыскивать приобретенные на сомнительные доходы объекты недвижимости и транспортные средства.
Так, в октябре 2020 Гагаринский суд Москвы удовлетворил иск надзорного ведомства о конфискации 32,5 млрд рублей у бывшего министра по вопросам Открытого правительства Михаила Абызова. Генпрокуратура выяснила, что в 2018 году Абызов, который на тот момент занимал должность в правительстве, заключил договора о продаже принадлежащих ему акций с последующим выводом прибыли в офшоры. Эти действия миллиардера оценили как незаконную предпринимательскую деятельность, а вырученную сумму — как нелегальный доход.
Удалось конфисковать и деньги у бывшего полковника МВД Дмитрия Захарченко и его родственников, правда это были не средства на счетах, а наличные. Иск генпрокуратуры на общую сумму порядка 9 млрд рублей Никулинский суд Москвы удовлетворил в декабре 2017. Наряду с квартирами и автомобилями в доход государства ушли 8,5 млрд рублей, найденные в квартире сестры экс-начальника отдела «Т» ГУЭБиПК.
Фигурировали наличные, наряду с движимым и недвижимым имуществом, в исковом заявлении ведомства Игоря Краснова к другому силовику-миллиардеру — бывшему начальнику 2 отдела Управления К ФСБ России Кириллу Черкалину. Решение о конфискации принадлежащих ему и его родственникам квартир, загородных домов, земельных участков, а также $72,75 млн, €8,5 млн, £4 тыс. и 810 млн рублей, которые нашли у бывшего чекиста и членов его семьи при обысках, принял в ноябре 2019 Головинский суд Москвы.
В 2016 лишился крупной суммы и экс-губернатор Сахалинской области Александр Хорошавин. Городской суд Южно-Сахалинска удовлетворил иск о конфискации в пользу государства находившиеся на счетах экс-губернатора и хранившиеся наличными у него дома и в ячейках банков более 280 млн руб., $6 млн, 388 тыс. швейцарских франков, €727 570 и £217 700, а также квартир в Москве, участков на Рублевке, элитных авто, ювелирных украшений и часов. Общая сумма национализированного имущества составила 1,1 млрд рублей.
Уголовные миллиарды
Если говорить об успехах на поприще изъятия нажитых неправедным путем активов по действующим с 2012 нормам законодательства, то о них генпрокурор Игорь Краснов отчитывается регулярно. Так, осенью 2020 он заявил, что за восемь лет применения этой нормы у чиновников было конфисковано имущество на 34 млрд рублей.
Затем темпы начали нарастать. Так, в 2020 году, по словам генпрокурора, сотрудники надзора в рамках возмещения вреда от коррупции заявили иски на 84 млрд рублей, 74 млрд касались активов, законность приобретения которых чиновники не смогли подтвердить.
Окончательные итоги прошлого года пока не подводились, но осенью на правительственном часе в Госдуме генпрокурор Игорь Краснов называл цифру в 52 млрд рублей. По его словам, такова общая сумма 3 тыс. исков об изъятии средств у коррупционеров за первые три квартала минувшего года, и почти 35 млрд из них приходится на конфискацию имущества, которое чиновники приобрели на неподтвержденные доходы.
Впрочем, подавляющая часть конфискованных миллиардов — это имущество госслужащих, в отношении которых были возбуждены уголовные дела с коррупционным составом.
Так, самым крупным в минувшем году стал иск к экс-депутату Госдумы Сергею Петрову и основанному им автодилеру «Рольф». Изначально прокуроры заявляли требования на 12,85 млрд, но потом увеличили их до 19,4 млрд рублей. По мнению надзорного ведомства, Петров, будучи парламентарием, якобы продолжал руководить «Рольфом» и получать доход от его деятельности, хотя формально компания была записана на его сына.
Также в 2021 Басманный райсуд Москвы удовлетворил иск Генпрокуратуры о взыскании в доход государства имущества бывшего сенатора Рауфа Арашукова, его отца Рауля Арашукова и других членов их семьи на сумму почти в 1,5 млрд рублей. Надзор посчитал, что клана Арашуковых не было законных доходов на приобретение 75 объектов недвижимости, 14 автотранспортных средств и других предметах роскоши.
Что же касается миллиардных активов действующих чиновников, о которых сообщали журналисты-расследователи, то по ним либо не проводится никаких проверок, либо не находится причин для мер прокурорского реагирования.
Источником новости является сайт RuCompromat.
Если Вас заинтересовала новость:
- Ниже на странице вы можете видеть взаимосвязанные статьи (при их наличии).
- Обратите внимание на ссылки, имеющиеся в статье, за ними содержится дополнительная информация.
- Воспользуйтесь поиском на сайте для получения дополнительных материалов по интересующей вас теме.
Игорь Краснов взвесит кошельки госслужащих
Право на проверку
6 марта глава Российской Федерации Владимир Путин утвердил закон, который позволяет обращать в доход страны средства с счетов в банках госслужащих, происхождении которых они не сумели обосновать. Под действие новой нормы попадают все муниципальные служащие, которые должны предоставлять отчеты о собственных доходах, также члены их семей. Документ заносит корректировки в законы «О противодействии коррупции» и «О банках и банковской работе».
Проведение проверочных мероприятий госслужащих возложено на Генеральную прокуратуру, при всем этом финансовые учреждения будут должны выдавать Игорю Краснову и ряду его подчиненных справки о счетах, вкладах и операциях государственных служащих. Проверки назначаются, если на счетах госслужащих, их супругов и подростков детишек найдут сумму, которая превышает официальный доход за три года. Кто это увидит — в законе прямо не указано.
При всем этом в процессе проверочных мероприятий государственному служащему будет предоставлено право обосновать законность происхождения средств, а если резоны государственного служащего не уверят представителя контрольного учреждения, работники прокуратуры вправе обратиться в суд с заявлением о изъятия средств, законность получения которых не подтверждена, в доход страны. Малый размер взыскания безосновательных доходов — 10 тысяч рублей.
Длинный путь
Депутаты нижней палаты парламента, которые, как понятно, могут принимать законы чрезвычайно стремительно, в этом случае отчего-то не спешили. Правительство занесло начинание на изучение Государственной Думы в марте 2021, а в 3-ем чтении она была принята спустя практически год — 16 февраля 2022.
Вообщем, в органах исполнительной власти проект находился практически два года — о его разработке Министерство юстиции сказал летом 2019. К слову, тогда его поддержал Председатель Государственной думы Вячеслав Володин. Он дал поручение профильному комитету нижней палаты парламента подключиться к проработке начинания, чтоб рассмотреть её в наиважнейшем порядке весной 2020. Однако в конечном итоге, инициатива, которую разрабатывали во выполнение 1-го из пунктов Государственного плана противодействия коррупции на 2018-2020 годы, получила право на применение во время реализации последующего Нацплана — на 2021-2024 годы.
Средства вне закона
Вообщем, изымать средства коррупционеров в доход страны отсутствие указанного ранее закона сотрудникам прокуратуры не мешало. Им хватало расширенного толкования нормы работающего законодательства, которая позволяет взыскивать обретенные на непонятные доходы объекты недвижимого имущества и тс.
Например, в октябре 2020 Гагаринский суд города Москва одобрил исковые требования контрольного учреждения о изъятия 32,5 миллиардов рублей у экс главы министерства по вопросам Открытого кабинета министров Михаила Абызова. Генеральная прокуратура узнала, что в 2018 году Абызов, который в то время состоял в должности в кабинете министров, заключил контракта о продаже принадлежащих ему акций с следующим выводом дохода в офшорные зоны. Эти деяния бизнесмена оценили как нелегальную коммерческую деятельность, а вырученную сумму — как незаконный доход.
Получилось изъять и средства у бывшего полковника Министерства внутренних дел Дмитрия Захарченко и его родных, правда это были не средства на счетах, а наличные. Заявление генпрокуратуры в общем размере порядка 9 миллиардов рублей Никулинский суд города Москва удовлетворил в декабре 2017. Вместе с квартирами и авто в доход страны ушли 8,5 миллиардов рублей, которые были найдены в квартире сестры бывшего руководителя отдела «Т» ГУЭБиПК.
Фигурировали наличные, вместе с движимым и неподвижным собственностью, в исковом обращении учреждения Игоря Краснова к иному представителю силовых органов-мультимиллионеру — экс-руководителю 2 отдела Управления К ФСБ Рф Кириллу Черкалину. Решение о изъятия принадлежащих ему и его родным квартир, пригородных домов, земляных участков, также $72,75 млн, €8,5 млн, £4 тыс. и 810 миллионов рублей, которые обнаружили у бывшего чекиста и членов его семьи в ходе проведения обысков, принял в ноябре 2019 Головинский суд города Москва.
В 2016 лишился большой суммы и бывший губернатор Сахалинской области Александр Хорошавин. Городской суд Южно-Сахалинска одобрил исковые требования о изъятия в интересах страны находившиеся на счетах бывшего губернатора и хранившиеся наличными у него дома и в ячейках банков больше 280 млн руб., $6 млн, 388 тыс. швейцарских франков, €727 570 и £217 700, также квартир в столице России, участков на Рублевке, люксовых авто, ювелирных украшений и часов. Общая сумма национализированного собственности составила 1,1 миллиардов рублей.
Уголовные млрд
Если говорить про успехи на поприще изъятия нажитых неправедным методом активов по работающим с 2012 правилам законодательства, то о них генеральный прокурор Игорь Краснов отчитывается часто. Например, осенью 2020 он сообщил, что за 8 лет внедрения этой нормы у госслужащих было изъято имущество на 34 миллиардов рублей.
Потом темпы начали нарастать. Например, в 2020 году, согласно мнению генерального прокурора, работники контроля в рамках возмещения ущерба от злоупотреблений заявили заявления на 84 миллиардов рублей, 74 миллиардов касались активов, законность приобретения которых государственные служащие не сумели удостоверить.
Конечные результаты прошедшего года пока не подводились, но осенью на правительственном часе в Государственной Думе генеральный прокурор Игорь Краснов называл цифру в 52 миллиардов рублей. Как он сообщил, такая общая сумма 3 тыс. заявлений о конфискации средств у коррупционеров за 1-ые девять месяцев прошлого года, и примерно 35 миллиардов из них приходится на конфискацию собственности, которое государственные служащие заполучили на неподтвержденные доходы.
Вообщем, наибольшая доля конфискованных млрд — это имущество государственных служащих, в отношении которых были начаты уголовные расследования с коррупционным составом.
Например, самым большим в прошлом году стал заявление к экс-члену Государственной Думы Сергею Петрову и основанному им автомобильному дилеру «Рольф». Вначале прокуроры заявляли требования на 12,85 миллиардов, но позже прирастили их до 19,4 миллиардов рублей. Как считают контрольного учреждения, Петров, являясь парламентарием, будто бы продолжал управлять «Рольфом» и получать прибыль от его работе, однако формально компания была записана на его сына.
Кроме того в 2021 Басманный районный суд города Москва одобрил исковые требования Генеральной прокуратуры о взыскании в доход страны собственности бывшего члена сената Рауфа Арашукова, его отца Рауля Арашукова и остальных членов их семьи на сумму практически в 1,5 миллиардов рублей. Контроль расценил, что клана Арашуковых не было легитимных доходов на приобретение 75 объектов недвижимого имущества, 14 автотранспортных средств и остальных предметах богатства.
Что все-таки касается многомиллионных активов работающих госслужащих, о которых докладывали репортеры-расследователи, то по ним или не проводится никаких проверочных мероприятий, или не располагается обстоятельств для мер прокурорского реагирования.
