В Уфимском районе начался суд над мертвым сантехником, который обвиняется в убийстве 18-летней давности
Генеральный прокурор РФ Игорь Краснов не раз говорил, что раскрываемость преступлений в России крайне низкая, ее надо повышать. Делать это за счет качественной работы следствия, вероятно, не очень выходит. Вот и снижаются стандарты доказывания. Прокуратура теперь утверждает, а суды рассматривают дела «давно минувших дней», которые «завернули» много-много лет назад. И успехов в этом правоохранители достигли просто сказочных.
Убийство убийцы: дело мертвого сантехника
Итак, сначала вкратце: двое убийц 36-летнего мужчины, отсидев срок, внезапно вспомнили: накануне своей смерти он якобы взял и признался им, как жестоко расправился с 60-летней женщиной в 2004 году. Мертвеца тут же сделали обвиняемым по части 1 статьи 105 УК РФ. Дело, считавшееся «висяком» почти два десятка лет, расследовали с удивительной скоростью и на днях даже передали в суд. Главные свидетели, повторюсь, – убийцы посмертно обвиняемого. Несчастная мать умершего мужчины обратилась к генеральному прокурору РФ с жалобой. Женщина считает не просто незаконным, но и кощунственным все происходящее. И с ней сложно не согласиться.
А теперь все максимально подробно.
В 2004 году в селе Михайловка Уфимского района Республики Башкортостан была убита женщина. Тело обнаружили ее родственники, когда пришли к ней в квартиру. Вызвали полицейских, те все осмотрели, обнаружили записку под дверью. Написал ее сантехник Рафаэль Колобов. Содержание примерно такое: «Приходил по вызову, никто не открыл. Оформляйте новый вызов». И там же был указан его телефон. Правоохранители сразу же позвонили Колобову, позвали в квартиру, думали – вдруг он видел убийц и поможет раскрыть преступление по «горячим следам»? Но мужчина рассказал, что в подъезде ни с кем не сталкивался, ничего подозрительного не заметил.
РАФАЭЛЬ КОЛОБОВ.
Следствие отрабатывало несколько версий. Под подозрение попали гастарбайтеры, которые делали забор на палисаднике женщины, и ее племянник-наркоман.
— Через год заподозрили и Колобова, — рассказывает адвокат Виталий Буркин. – В отделе полиции он написал явку с повинной. Свидетеля, некоего гастрарбайтера, нашли, он даже дал какие-то показания (правда, потом пропал, и до сих пор его не могут отыскать). Мама Колобова обратилась к юристам. И те за два месяца добились прекращения уголовного дела в отношении ее сына.
— Это было справедливо, потому что он этого преступления не совершал, — уверяет мама Любовь Галиевна. — Никаких улик против него, кроме записки, не было. Но разве убийца оставляет под дверью бумажку со своим именем и мобильным телефоном? Уголовное преследование в 2006 году было в отношении него прекращено. Ему разъяснили право на реабилитацию. После всех мучений он вернулся к нормальной жизни.
Но в 2012 году Колобова убили. Рафаэль пытался защитить от пьяных ребят знакомую девушку, больную эпилепсией (он давно дружил с ее семьей, вроде бы даже эта девушка была влюблена в него). Парни ее оскорбляли, приставали к ней. После вмешательства Рафаэля они набросились на него и забили до смерти. Суд признал их виновными, дал по 8 лет. Отсидев от полный срок, они недавно освободились. И тут случилось невероятное.
— Неожиданно ко мне домой пришел следователь, — рассказывает мать. — Он искал сына. Оказалось, решено было поднять дело об убийстве 2004-го года. Я рассказала, что сын погиб. Следователь поинтересовался, при каких обстоятельствах, и кто те люди, что совершили его убийство. Записал фамилии.
А дальше было, скорее всего, вот что: следователь нашел этих мужчин, и получил с них показания, что Колобов перед смертью признался в убийстве женщины.
Юристы настаивают: обстоятельства не способствовали тому, чтобы Колобов покаялся своим будущим убийцам. Они не были ни друзьями, ни приятелями.
— Если бы он им такое сказал, то они бы наверняка на суде сообщили это в надежде на смягчение срока, — подхватывает мать. — Ведь одно дело, когда просто забили по пьяни, а второе — когда убили того, кто сам является убийцей, и этим еще похвалялся. Но я была на суде. Ничего подобного они не говорили. Не было там ни слова про то, что мой сын плохой человек или кого-то обидел. Рафаэль с 15 лет работал сантехником, он был совершенно безобидным. Вот это звучало на суде.
Осенью 2021 года уголовное дело по факту смерти женщины в селе Михайловка было возобновлено, несмотря на то, что срок давности привлечения к уголовной ответственности (15 лет) истек.
— Согласно статье 214.1 УПК РФ вопрос о возобновлении дела в таком случае должен решаться только судом, — говорит адвокат. — Родным не известно, обращалось ли следствие в суд с заявлением. Их никто не уведомил. Несмотря на все это, прокурор Уфимского района РБ 29 ноября 2021 года утвердил обвинительное заключение и направил уголовное дело в Уфимский районный суд.
Есть ли нюх у Фемиды: дело Алмаза Бурганова
Обратить внимание на историю, произошедшую в Казани, мне посоветовала бывшая судья Конституционного суда России Тамара Морщакова. Интересный момент: адвокат осужденного Эдуард Иванов — абсолютно незрячий. Он смог получить юридическое образование, научился использовать программы озвучивания текстов и т.д, и ведет даже не юридическое сопровождение, а, по сути, полноценные расследования дел, которые к нему попали. Но эта история не о нем (хотя он, несомненно, заслуживает отдельного рассказа), а о том, как верную службу следствию несут научно-технический прогресс и четвероногие друзья человека.
АЛМАЗ БУРГАНОВ.
И снова сначала вкратце: впервые в истории России суд признал мужчину виновным в убийстве по… запаху, оставленному под ногтями жертвы много лет назад. Удивительно даже не то, что запах сохранился в течение столь длительного времени, а то, что собаки его учуяли и сразу определили преступника. Это запаховое ноу-хау, как считают следователи, позволит «раскрывать» (хочется взять это слово именно в кавычки) любые преступления прошлых лет. Некоторые биологи и кинологи в такие фокусы не верят, а юристы и вовсе считают их опасными. Созданный прецедент, по их мнению, позволит расправляться с неугодными, сажая их в тюрьму на основании «прошлогодних запахов».
А теперь детали.
8 июля 2012 года 24-летняя красавица Дина Фагмиева стояла на остановке села Большая Атня Республики Татарстан. Она ждала рейсовый автобус, чтобы добраться на нем домой. К остановке подъехал автомобиль, девушка недолго поговорила с водителем и спокойно села в машину. Больше никто ее живой не видел. Тело девушки нашли в лесополосе около трассы. Следствие пришло к выводу, что перед убийством преступник ее изнасиловал и переехал автомобилем.
Следствие трясло всю округу, взяли биологические пробы у 1300 мужчин. В их числе был однокурсник Дины Алмаз Бурганов, который жил в соседнем районе. Он совсем недавно женился, открыл магазинчик в деревне, и у него была машина, похожая на ту, что оказалась на камерах видеонаблюдения остановки.
Но к Бурганову вскоре вопросы отпали, и вот почему. Выяснилось, что биологическая жидкость (сперма), найденная на теле жертвы, ему не принадлежит. Ни на каких предметах одежды девушки не было следов его ДНК. К тому же у него оказалось алиби: в день убийства поехал в Казань, где сначала сдал баранину на реализацию, а потом заскочил в филиал банка сделать очередной платеж по кредиту. Квитанция из банка подтвердила, что в момент убийства он был в 1,5 часах езды от места преступления. Домой он, по показаниям родных, вернулся спокойный и доброжелательный, как всегда. После того, как вернулся, занимался домашними делами и машиной (вещи свои не стирал и не прятал, как это сделал бы убийца).
Как бы то ни было, Алмаза тогда не привлекли. Убийцу Дины так и не нашли, дело осталось в числе «висяков». И вот спустя много лет неожиданно парня арестовали, поместили в ИВС. А дальше случилось удивительное: Алмаз почему-то решил излить душу сокамернику (вам это ничего не напоминает?)
Из показаний этого соседа следует: Алмаз рассказал, что обвиняется в убийстве девушки, но не хочет признавать преступление, поскольку ему может быть назначено вплоть до пожизненного лишения свободы. Алмаз якобы попросил совета у сокамерника, как себя лучше вести на следствии, раскрыл некоторые детали совершенного убийства. Цитирую: «Алмаз пояснил, что ранее учился вместе с потерпевшей. В день совершения преступления она села к нему в машину. В пути у них возник конфликт, так как Алмаз хотел склонить девушку к половому акту. Девушка испугалась и выпрыгнула из машины, Алмаз переехал ей ногу задним колесом. Бурганов испугался, что потерпевшая обратится в правоохранительные органы, и решил её убить. Далее Алмаз оттащил девушку и задушил, оставив тело на месте убийства. Её личные вещи он выкинул в другом месте».
Видимо, следствие понимало, что свидетельства «наседки» (так называют сокамерников, которых подсаживают к заключенным) могут быть неубедительны. И тогда оно прибегнуло к помощи экспертов, да не простых, а тех, что исследуют запахи. Какие, спросите вы, запахи можно анализировать спустя почти 10 лет? В случаи с Алмазом это были запахи срезов ногтей убитой.
— Экспертиза состояла из двух этапов, — рассказывает Эдуард Иванов. — Химический, заключавшийся в применения приборов и реактивов (тонкослойная хроматография) и биологический, состоявший в использовании собак-анализаторов. Мы не нашли ответов на многие вопросы. В каких условиях хранились столько лет срезы ногтей и почему они за это время не испортились? Кто гарантирует, что это именно те самые ногти? Откуда взялись пять собак, которые якобы распознали запах, выделенный из этих ногтей? Почему нет фото- и видеофиксации процесса? Вообще мы можем допустить, что все это некий революционный процесс в криминалистике, но почему тогда он такой почти секретный, что даже адвокатам не разглашают все детали? А предлагают, по сути, поверить на слово? Мы не поверили, и у нас есть заключение независимого эксперта, который сомневается в самой возможности определить запах спустя столько времени.
А вот цитата из независимого заключения: «Даже в герметично закрытых емкостях в условиях длительного (более года) хранения постепенно меняется состав веществ, образующих запаховые следы человека. Причина этого – в жизнедеятельности микрофлоры, присутствующей в воздухе и на следовоспринимающих объектах, попадающей на них при контакте с человеком-следообразователем. Из-за разрушения бактериями и плесенью веществ, определяющих характерный запах индивида, состав хранящегося запахового следа может существенно измениться с течением времени и стать непригодным для идентификации человека.
АЛМАЗ БУРГАНОВ.
При благоприятных для развития микрофлоры условиях (повышенные влажность и температура) необратимые изменения запаховых следов могут произойти уже через сутки после изъятия (например, в ольфакторной пробе, собранной с влажного предмета на хлопчатобумажную салфетку)…
Заключение: хранившиеся в течение 8 лет вещественные доказательства, а именно срезы ногтевых пластин и блузка потерпевшей не могут быть годными для ольфакторной или аналитической экспертизы, кроме ДНК экспертизы следов на блузке».
Алмаз очень рассчитывал на суд присяжных, но это не помогло: их вердикт был обвинительным. Интересный момент: в резолютивной части приговора Верховный Суд Республики Татарстан раз и навсегда лишает Алмаза возможности когда-либо в будущем доказать свою невиновность. Цитирую: «Вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СУ СК России по Республике Татарстан: ватный тампон с содержимым влагалища, срезы ногтевых пластин уничтожить».
Меж тем статистика показывает: раскрываемость убийств в Татарстане достигла 98 процентов.
Количество против качества
Безусловно, раскрытие и расследование преступлений прошлых лет – важная, ответственная и социально значимая работа. Но то внимание, которое в последнее время уделяют этому аспекту правоохранительные органы, лично мне кажется не совсем оправданным.
— Во-первых, всегда считалось, что задача следователя – расследовать «живые» дела и направлять их в суд, а расследование «висяков» поручалось либо наименее опытным, либо самым неквалифицированным или ленивым сотрудникам, — говорит бывший следователь по особо важным делам СКР Андрей Гривцов. — Сейчас же, как я понимаю, задачу расследования «живых» дел никто не снимает, и при этом создаются целые отделы по расследованию преступлений прошлых лет. Это значит, что меньше сотрудников будет задействовано на живой работе.
Во-вторых, из того, что мне доводилось видеть, «раскрываются» дела о преступлениях прошлых лет не за счет каких-то грамотных тактических приемов или новых криминалистических методик, а через признательные показания или показания одного так называемого очевидца, который вдруг такие показания спустя много лет начинает давать. Это свидетельствует об одном: снижении стандартов доказывания по уголовным делам. Дела, которые 10-15 лет было невозможно направить в суд при том же объеме доказательств, в настоящее время беспроблемно для стороны обвинения заканчиваются обвинительными приговорами.
Как обычно раскрываются дела об особо тяжких преступлениях? Либо по горячим следам, либо через технические средства: записи с камер наружного наблюдения, прослушивание телефонных переговоров, детализации телефонных соединений. Очевидно, что по делам о преступлениях прошлых лет все это не работает. Остается «работа» с потенциальными подозреваемыми и свидетелями, которые в результате вдруг спустя много лет меняют показания и «вспоминают» важные для предъявления обвинения сведения. Насколько эти показания объективны, вопрос.
— Думаю, основных причин для активизации работы по делам о преступлениях прошлых лет две, — продолжает Гривцов. — Первая — желание продемонстрировать позитивные результаты работы (прошлое руководство правоохранительного органа не смогло раскрыть, а вот мы добились успеха). Вторая — статистика раскрываемости тяжких и особо тяжких преступлений, которая всегда для правоохранительных органов была в приоритете, возводя раскрытие в абсолютно положительный показатель. В общем, вопросов к той работе, которая ведется, много и то, как она ведется, мне не очень нравится.
Не нравится все это не только ему. В следственных органах на смену одним начальникам приходят новые, и они пытаются доказать: предшественники работали плохо. Ну а вы, господа следователи, разве стали лучше работать, если вам приходится делать свидетелями против человека его убийц и сокамерников?
Ева Меркачева
Источником новости является сайт «Скандалы.ру», зарегистрированный в качестве СМИ.
Если Вас заинтересовала новость:
- Ниже на странице вы можете видеть взаимосвязанные статьи (при их наличии).
- Обратите внимание на ссылки, имеющиеся в статье, за ними содержится дополнительная информация.
- Воспользуйтесь поиском на сайте для получения дополнительных материалов по интересующей вас теме.
Инкриминируется тело
В Уфимском районе начался суд над мертвым сантехником, обвиняем?? в убийстве 18-летней давности
глава Генеральной прокуратуры Россия Игорь Краснов ни один раз рассказывал, что раскрываемость преступлений в Российской Федерации очень низкая, её нужно увеличивать. Делать это за счет высококачественной работы следствия, возможно, не чрезвычайно выходит. Вот и понижаются эталоны доказывания. Прокуратура сейчас заявляет, а суды изучают дела «издавна прошлых дней», которые «завернули» много-на протяжении нескольких лет назад. И достижений в данном сотрудники правоохранительных органов достигнули просто сказочных.
Убийство убийцы: дело мертвого сантехника
Итак, поначалу кратко: двое убийц 36-летнего мужчины, отсидев срок, в один момент вспомнили: ранее собственной погибели он будто бы взял и признался им, как безжалостно расправился с 60-летней дамой в 2004 году. Покойника здесь же сделали обвиняемым по части 1 статьи 105 УК Россия. Дело, считавшееся «висяком» практически два 10-ка лет, проводили расследование с умопомрачительной скоростью и на днях даже передали в суд. Главные очевидцы, повторюсь, – убийцы посмертно обвиняемого. Злосчастная мама погибшего мужчины обратилась к генеральному прокурору Россия с жалобой. Дама считает не попросту нелегальным, да и кощунственным все происходящее. И с ней трудно не согласиться.
А сейчас все очень тщательно.
В 2004 году в поселке Михайловка Уфимского района Республики Башкортостан была убита дама. Тело нашли её родные, когда пришли к ней в квартиру. Вызвали сотрудников полиции, те все осмотрели, нашли записку под дверью. Написал её сантехник Рафаэль Колобов. Содержание приблизительно подобное: «Приходил по вызову, никто не открыл. Оформляйте новый вызов». И там же был указан его телефон. Сотрудники правоохранительных органов сразу позвонили Колобову, позвали в квартиру, думали – вдруг он видел убийц и поможет раскрыть преступление по «жарким следам»? Однако мужчина сообщил, что в подъезде ни с кем не сталкивался, ничего подозрительного не увидел.
РАФАЭЛЬ КОЛОБОВ.
Следствие отрабатывало несколько предположений. Под подозрение попали гастарбайтеры, делавш?? забор на палисаднике дамы, и её племянник-наркоман.
— В следующем году подозревают и Колобова, — ведает юрист Виталий Буркин. – В отделе милиции он написал посещаемость с повинной. Очевидца, некоего гастрарбайтера, обнаружили, он даже отдал какие-то показания (правда, позже исчез, и до настоящего времени его не могут найти). Мать Колобова обратилась к юристконсультам. И те за два месяца достигнули закрытия уголовного преследования в отношении её сына.
— Это было справедливо, так как он этого преступного деяния не совершал, — убеждает мать Любовь Галиевна. — Никаких улик против него, не считая записки, не было. Однако разве убийца оставляет под дверью бумажку со своим именованием и мобильным телефоном? Уголовное преследование в 2006 году было в отношении него закончено. Ему объяснили право на восстановление. После всех мучений он возвратился к обычной жизни.
Однако в 2012 году Колобова уничтожили. Рафаэль пробовал защитить от опьяненных ребят знакомую даму, хворую эпилепсией (он издавна дружил с её семьей, как бы даже эта женщина была влюблена в него). Мужчины её оскорбляли, приставали к ней. После воздействия Рафаэля они накинулись на него и забили до погибели. Суд признал их виноватыми, отдал по восемь лет. Отсидев от полный срок, они не так давно освободились. И здесь произошло неописуемое.
— Нежданно ко мне домой пришел сотрудник следственных органов, — ведает мама. — Он находил сына. Выяснилось, принято решение было поднять дело об убийстве 2004-го года. Я поведала, что сын умер. Сотрудник следственных органов полюбопытствовал, при каких обстоятельствах, и кто те люди, что сделали его убийство. Записал фамилии.
А далее было, вероятнее всего, вот что: сотрудник следственных органов нашел этих мужчин, и получил с них показания, что Колобов перед гибелью признался в убийстве дамы.
Юрисконсульты настаивают: обстоятельства не содействовали тому, чтоб Колобов покаялся своим будущим убийцам. Они не были ни товарищами, ни товарищами.
— Если б он им подобное сообщил, то они бы наверное на заседании суда сказали это в надежде на смягчение срока, — подхватывает мама. — Ведь одно дело, когда просто забили по пьяни, а 2-ое — когда уничтожили того, кто сам является убийцей, и этим еще похвалялся. Однако я была на заседании суда. Ничего такого они не говорили. Не было там ни слова про то, что мой сын нехороший человек либо кого-либо оскорбил. Рафаэль с пятнадцать лет работал сантехником, он был совсем безопасным. Вот это звучало на заседании суда.
Осенью 2021 года уголовное дело по факту погибели дамы в поселке Михайловка было восстановлено, невзирая на то, что срок давности привлечения к уголовному наказанию (пятнадцать лет) истек.
— В соответствии с статье 214.1 УПК Россия вопрос о восстановлении дела при подобном положении должен решаться только судом, — гласит юрист. — Родным не понятно, обращалось ли следствие в суд с заявлением. Их никто не уведомил. Невзирая на все это, прокурор Уфимского района РБ 29 ноября 2021 года утвердил обвинительное заключение и направил уголовное дело в Уфимский райсуд.
Имеется ли нюх у Фемиды: дело Алмаза Бурганова
Направить внимание на историюкоторая произошла в Казани, мне порекомендовала бывшая судья Конституционного суда Рф Тамара Морщакова. Увлекательный момент: юрист осужденного Эдуард Иванов — полностью слепой. Он сумел получить юридическое образование, научился применять программы озвучивания текстов и т.д, и ведет даже не юридическое сопровождение, а, на самом деле, настоящие расследования дел, которые к нему попали. Однако эта история не о нем (однако он, непременно, заслуживает некоторого рассказа), а про то, каким образом верную службу следствию несут научно-технический прогресс и четырехногие товарищи человека.
АЛМАЗ БУРГАНОВ.
И опять поначалу кратко: в первый раз в истории Рф суд признал мужчину виноватым в убийстве по… запаху, оставленному под ногтями жертвы на протяжении нескольких лет назад. Умопомрачительно даже не то, что запах сохранился в течение настолько долгого времени, а то, что собаки его учуяли и сходу обусловили правонарушителя. Это запаховое ноу-хау, как полагают сотрудники следственных органов, дозволит «открывать» (охото взять это слово конкретно в кавычки) любые преступного деяния прошедших лет. Некоторые биологи и кинологи в подобные фокусы не веруют, а юрисконсульты и совсем считают их небезопасными. Сделанный прецедент, согласно их убеждения, дозволит расправляться с нежелательными, сажая их в тюрьму на основании «прошлогодних запахов».
А сейчас детали.
8 июля 2012 года 24-летняя кросотка Дина Фагмиева стояла на остановке села Большая Атня Республики Татарстан. Она ожидала рейсовый автобус, чтоб добраться на нем домой. К остановке подъехал машина, женщина недолго побеседовала с водителем и расслабленно села в машину. Более никто её жив не видел. Тело девицы обнаружили в лесополосе около дороги. Следствие сделало заключение, что перед убийством правонарушитель её изнасиловал и переехал машиной.
Следствие трясло всю округу, взяли био пробы у 1300 мужчин. В числе их был однокурсник Дины Алмаз Бурганов, живш?? в примыкающем районе. Он не так давно женился, открыл магазинчик в селе, и у него была машинка, которая похожа на ту, что оказалась на камерах видеофиксации остановки.
Однако к Бурганову скоро вопросы отпали, и вот почему. Было установлено, что био жидкость (сперма), которая была найдена на теле жертвы, ему не принадлежит. Ни на каких предметах одежки девицы не было следов его ДНК. Притом у него оказалось алиби: в день убийства поехал в Казань, где поначалу сдал баранину на реализацию, а позже заскочил в филиал банка сделать очередной платеж по кредиту. Квитанция из банка сообщила, что во время убийства он был в 1,5 часах езды от места преступного деяния . Домой он, по свидетельствам родных, возвратился размеренный и благожелательный, как постоянно. После того, как возвратился, занимался домашними делами и машинкой (вещи свои не стирал и не прятал, как это сделал бы убийца).
Вроде бы то ни было, Алмаза тогда не завлекли. Убийцу Дины так и не обнаружили, дело осталось среди «висяков». И вот спустя на протяжении нескольких лет нежданно парня задержали, расположили в ИВС. А далее произошло необычное: Алмаз почему-либо решил излить душу сокамернику (для вас это ничего не припоминает?)
Из показаний этого соседа следует: Алмаз сообщил, что инкриминируется в убийстве девицы, но не желает признавать преступление, так как ему быть может назначено вплоть до бессрочного заключения. Алмаз будто бы попросил совета у сокамерника, как себя лучше вести в процессе следственных действий, раскрыл некоторые детали совершенного убийства. Цитирую: «Алмаз объяснил, что до этого обучался вместе с пострадавшей. В день совершения преступного деяния она села к нему в машину. В пути у них появился конфликт, в связи с тем, что Алмаз желал склонить даму к половому акту. Женщина ужаснулась и выпрыгнула из машинки, Алмаз переехал ей ногу задним колесом. Бурганов ужаснулся, что пострадавшая обратится в органы охраны правопорядка, и решил её уничтожить. Дальше Алмаз оттащил даму и задушил, оставив тело на месте убийства. Её личные вещи он выбросил в другом месте».
Вероятно, следствие соображало, что свидетельства «наседки» (так называют заключенных, которых подсаживают к заключенным) могут быть невразумительны. Тогда и оно прибегнуло к поддержки профессионалов, да не обычных, а тех, что изучат запахи. Какие, зададите вы вопрос, запахи можно рассматривать спустя примерно 10 лет? В случаи с Алмазом это были запахи срезов ногтей убитой.
— Экспертиза состояла из 2-ух шагов, — ведает Эдуард Иванов. — Хим, заключавшийся в внедрения устройств и реактивов (тонкослойная хроматография) и био, который состоял в использовании собак-анализаторов. Мы не обнаружили ответов на почти все вопросы. В которых критериях хранились столько лет срезы ногтей и почему они за этот период времени не испортились? Кто гарантирует, что это конкретно те же ногти? Как появились 5 собак, которые будто бы распознали запах, который был выделен из этих ногтей? Почему нет фото- и видеофиксации процесса? В принципе мы можем допустить, что все это некоторый революционный процесс в криминалистике, но почему тогда он этот практически скрытый, что даже адвокатам не разглашают все детали? А дают, на самом деле, поверить на слово? Мы не поверили, и у нас есть заключение независимого профессионала, который колеблется в самой возможности найти запах спустя столько времени.
А вот цитата из независимого заключения: «Даже в герметично закрытых емкостях в критериях долгого (больше года) хранения равномерно изменяется состав веществ, которые образуют запаховые следы человека. Причина этого – в жизнедеятельности микрофлоры, которая присутствует в воздухе и на следовоспринимающих объектах, которая попадает на них при контакте с человеком-следообразователем. Из-за разрушения микробами и плесенью веществ, которые определяют соответствующий запах индивидума, состав лежащего запахового следа может значительно поменяться со временем и стать неподходящим для идентификации человека.
АЛМАЗ БУРГАНОВ.
При подходящих для развития микрофлоры критериях (завышенные влажность и температура) необратимые изменения запаховых следов могут случиться уже через день после изъятия (к примеру, в ольфакторной пробе, которая была собрана с мокроватого предмета на хлопчатобумажную салфетку)…
Заключение: хранившиеся в течение восемь лет вещественные подтверждения, а конкретно срезы ногтевых пластинок и блуза пострадавшей не могут быть пригодными для ольфакторной либо аналитической экспертные исследования, не считая ДНК экспертные исследования следов на блузе».
Алмаз чрезвычайно рассчитывал на суд присяжных, но это не посодействовало: их решение был обвинительным. Увлекательный момент: в резолютивной части вердикта Верховный Суд Республики Татарстан раз и навечно лишает Алмаза возможности когда-или в дальнейшем обосновать отсутствие своей вины. Цитирую: «Вещественные подтверждения, которые хранятся в камере хранения вещественных доказанных фактов СУ СК Рф по Республике Татарстан: ватный тампон с содержимым влагалища, срезы ногтевых пластинок убить».
Меж тем статистика указывает: раскрываемость убийств в Татарстане достигнула 98 процентов.
Число против качества
Непременно, раскрытие и расследование преступлений прошедших лет – принципиальная, которая ответственна и общественно важная работа. Однако то внимание, которое в ближайшее время уделяют данному нюансу органы охраны правопорядка, лично мне кажется не так чтобы оправданным.
— Во-1-х, постоянно числилось, что задачка следователя – проводить расследование «живы» дела и направлять их в суд, а расследование «висяков» поручалось или менее опытным, или самым неквалифицированным либо ленивым работникам, — гласит бывший сотрудник следственных органов по особо принципиальным делам СКР Андрей Гривцов. — На данный момент же, как я понимаю, задачку расследования «живых» дел никто не снимает, и при всем этом создаются целые отделы по расследованию преступлений прошедших лет. Это означает, что меньше служащих будет использовано на жив работе.
Во-2-х, из того, что мне доводилось видеть, «раскрываются» дела о преступных действиях прошедших лет не за счет каких-либо грамотных тактических приемов либо новых криминалистических методик, а через благодарные показания либо показания 1-го так называемого свидетеля, который вдруг подобные показания спустя на протяжении нескольких лет начинает давать. Это говорит об одном: понижении эталонов доказывания по уголовным делам. Дела, которые 10-пятнадцать лет было нереально навести в суд при том же объеме доказанных фактов, в текущее время беспроблемно для стороны обвинения завершаются обвинительными приговорами.
Как обычно раскрываются дела об особо тяжелых преступных действиях? Или по жарким следам, или через техсредства: записи с камер внешнего наблюдения, прослушивание диалогов по телефону, детализации телефонных соединений. Разумеется, что по делам о преступных действиях прошедших лет все это не работает. Остается «работа» с возможными подозреваемыми и очевидцами, которые в итоге вдруг спустя на протяжении нескольких лет меняют показания и «вспоминают» принципиальные для предъявления обвинения сведения. Как эти показания беспристрастны, вопрос.
— Считаю, главных обстоятельств для активизации работы по делам о преступных действиях прошедших лет две, — не прекращает Гривцов. — 1-ая — желание показать положительные показатели работы (прошедшее управление силового ведомства не сумело раскрыть, а вот мы достигли успешности). 2-ая — статистика раскрываемости тяжелых и особо тяжелых преступлений, которая постоянно для органов охраны правопорядка была в приоритете, возводя раскрытие в полностью положительный показатель. В общем, вопросов к той работе, которая ведется, много и то, как она ведется, мне не чрезвычайно нравится.
Не нравится все это не только ему. В процессуальных органах на замену одним руководителям приходят новые, и они пробуют обосновать: предшественники работали плохо. Ну а вы, господа сотрудники следственных органов, разве стали лучше работать, если для вас приходится делать очевидцами против человека его убийц и заключенных?
Ева Меркачева
