УБРиР отбил претензии Olympus Corporation на полмиллиарда. В ходе спора по медоборудованию японцам указали на попытку обогащения и санкции. Резонансный конфликт вокруг оборудования японской корпорации Olympus, доставшегося «Уральскому банку реконструкции и развития», получил новый поворот. Первая инстанция, признав факт незаконного использования товарных знаков, частично удовлетворила требования иностранной организации, выступавшей за запрет на реализацию товаров и взыскание сотен миллионов рублей с банкиров. Апелляция же это решение отменила. Суд указал, что наличие убытков не доказано, а действия самой зарубежной компании были, судя по всему, направлены «не на защиту своих прав как правообладателя, а на обогащение за счет ответчика». Кроме того, апелляция отметила, что при введении запрета на реализацию оригинальной продукции, признанной параллельным импортом, следует оценить добросовестность участников конфликта и наличие «разумного экономического интереса». В действиях Olympus Corporation арбитраж в свою очередь рассмотрел прямые и косвенные признаки недобросовестности, напомнив параллельно об опасной «санкционной практике». Сейчас представители УБРиР говорят о возможности реализации оборудования после нового решения, а юристы не исключают переход дела в кассацию и указывают на рост числа дел с иностранными организациями.
Семнадцатый арбитражный апелляционный суд отменил решение первой инстанции по спору ПАО «Уральский банк реконструкции и развития» (УБРиР) с Olympus Corporation, отказав в удовлетворении требований иностранной организации.
Уточним, Olympus – японская компания, специализирующаяся на производстве оптики, фототехники и медоборудования. В иске к банку она потребовала пресечь нарушение исключительных прав на товарные знаки путем запрета незаконной реализации товаров, а также взыскать с УБРиР компенсацию в размере 581,5 млн рублей.
Как подробно сообщала «Правда УрФО», основой для претензий стало более чем 150 единиц оборудования, среди которого гастровидеоскопы, бронховидеоскопы, колоновидеоскопы, риноларинговидеоскопы. Как выяснилось в ходе разбирательств, оборудование было оригинальным и досталось банку в качестве отступного от ООО «Медскан». При этом финансисты указывали, что самостоятельно товар на территорию РФ не ввозили. Впрочем, такая аргументация Olympus Corporation не устроила, как и предложения банка о выкупе у него оборудования.
В итоге Арбитражный суд Свердловской области пришел к выводу, что факт незаконного использования товарных знаков был доказан и ограничил использование оборудование. Правда, вместо полумиллиарда решил взыскать 55 млн.
Апелляция, впрочем, разрешила ситуацию иначе, в частности, указав, что убытки доказаны не были.
«Положения ГК РФ в целях охраны исключительного права на товарный знак создают для правообладателя преимущества, освобождающие его от бремени доказывания размера причиненного ущерба и наличия вины нарушителя. Это означает, что компенсация может взыскиваться независимо от размера убытков, но лишь при наличии таковых. Будучи мерой гражданско-правовой ответственности, она имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя <…>. Однако обстоятельство наличия у истца убытков судом первой инстанции установлено не было, а отсутствие убытков исключает право на получение компенсации, освобождающее лишь от доказывания размера причиненных нарушением исключительных прав убытков», – следует из постановления.
Не согласился пермский суд и с доводами в пользу ограничений на использование оборудования. Так, апелляция отметила, что применение такой меры, как запрет на реализацию оригинальной продукции, признанной параллельным импортом, требует проверить «добросовестность правообладателя и наличие у него разумного экономического интереса». Далее арбитражем были приведены действия правообладателя, которые «не могут расцениваться как одобряемые»
«Особую опасность такого рода действия могут приобретать <…> в связи с применением каким-либо государством установленных вне надлежащей международно-правовой процедуры и в противоречие с многосторонними международными договорами, участником которых является РФ, санкций против России, ее хозяйствующих субъектов, следование режиму которых со стороны правообладателя товарного знака, выразившееся в занятой правообладателем позиции в отношении российского рынка, может само по себе рассматриваться как недобросовестное поведение», – отметила апелляция.
При этом в постановлении было подчеркнуто, что поведение Olympus Corporation является недобросовестным и «направлено не на защиту своих прав как правообладателя, а на обогащение за счет ответчика».
«На недобросовестность поведения истца прямо или косвенно <…> указывают следующие его действия: предъявление необоснованно высокого размера компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, использованный в отношении оригинальной (неподдельной) продукции <…>. Требование предъявлено к банку, который не является профессиональным участником на рынке медицинского оборудования, не ввозил на территорию России спорные эндоскопы, <…> в то же время, к лицам, непосредственно участвующим в ввозе на территорию России (Монголия -> Армения -> Россия), как пояснил представитель истца, требования не предъявлялись из экономической нецелесообразности», – указано в документах.
Кроме того, апелляция обратила внимание, что Olympus Corporation подтвердила, что имеет опыт предоставления согласия на ввоз оборудования лицам, не являющимся его дистрибьютором, а в некоторых случаях такое согласие дается безвозмездно. При этом на предложение УБРиР на возмездное предоставление подобного согласия корпорация ответила отказом без объяснения причин.
Также суд добавил, что запрет на реализацию товара в текущей ситуации равносилен требованию о его уничтожении.
«Следовательно, применение выбранного истцом неимущественного способа защиты ставит компанию (правообладателя) при защите своих прав в более выгодное положение, а в отношении банка влечет необоснованно значительные неблагоприятные последствия, что позволяет суду в рамках предоставленной ему дискреции руководствоваться правовыми критериями баланса конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности. <…> Компания не обосновала, какой разумный экономический интерес побуждает ее запретить продажу в России своего высокотехнологичного оригинального товара», – отметила апелляция.
В пресс-службе УБРиР подчеркнули, при отсутствии ограничительных мер банк будет рассматривать возможность продажи данного оборудования, включая и вариант реализации правообладателю (дистрибьютору).
В свою очередь адвокат, вице-президент Адвокатской палаты Свердловской области Андрей Каюрин отмечает, что, исходя из практики, когда первая и апелляционная инстанции принимают диаметрально разные решения, есть вероятность оспаривания актов в кассации.
«Однозначные оценки без первичной документации сложно давать, но суд в итоге пришел к выводу, что те доказательства, которые предоставил истец – иностранная компания, недостаточны. Значит, есть шансы в кассации. При этом можно говорить, что количество подобных дел с зарубежными организациями уже множится. Это можно рассматривать как определенную оценку нашей судебной системы», – заключил Каюрин.
Источником новости является сайт RuCompromat.
Если Вас заинтересовала новость:
- Ниже на странице вы можете видеть взаимосвязанные статьи (при их наличии).
- Обратите внимание на ссылки, имеющиеся в статье, за ними содержится дополнительная информация.
- Воспользуйтесь поиском на сайте для получения дополнительных материалов по интересующей вас теме.
Пермский суд вставил жителям страны восходящего солнца колоноскоп по самое не желаю
Семнадцатый арбитражный апелляционный суд отменил решение первой инстанции по спору ПАО «Уральский банк переобустройства и развития» (УБРиР) с Olympus Corporation, отказав в ублажении условий зарубежной организации.
Уточним, Olympus – японская компания, которая специализируется на производстве оптики, фототехники и медицинского оборудования. В иске к банку она потребовала недопустить нарушение необыкновенных прав на товарные знаки методом запрета нелегальной реализации продуктов, также взыскать с УБРиР возмещение в размере 581,5 миллионов рублей.
Как тщательно докладывала «Правда УрФО», основой для претензий стало больше чем 150 единиц оборудования, в числе которого гастровидеоскопы, бронховидеоскопы, колоновидеоскопы, риноларинговидеоскопы. Как было установлено в процессе разбирательств, оборудование было необычным и досталось банку в качестве отступного от ООО «Медскан». При всем этом экономисты заявляли, что без помощи других продукт на территорию Россия не ввозили. Вообщем, такая аргументация Olympus Corporation не устроила, как и предложения банка о выкупе у него оборудования.
В конечном итоге Арбитражный суд Свердловской области сделал вывод, что факт нелегального использования товарных символов был подтвержден и ограничил внедрение оборудование. При этом, заместо полумиллиарда решил взыскать 55 млн.
Апелляция, вообщем, разрешила положение дел по другому, в том числе, подчеркнув, что убытки подтверждены не были.
«Положения ГК Россия с целью охраны необыкновенного права на товарный символ делают для правообладателя достоинства, которые освобождают его от бремени доказывания размера нанесенного вреда и наличия виновности нарушителя. Это значит, что компенсация может взыскиваться вне зависимости от размера потерь, но только при наличии таких. Являясь мерой гражданско-законодательной ответственности, она имеет целью вернуть имущественное положение правообладателя <…>. Но событие наличия у истца потерь судом первой инстанции установлено не было, а отсутствие потерь исключает право на получение возмещения, которое освобождает только от доказывания размера причиненных нарушением необыкновенных прав потерь», – следует из постановления.
Не согласился пермский суд и с резонами в пользу ограничений на внедрение оборудования. Например, апелляция подчеркнула, что применение этот меры, как запрет на реализацию уникальной продукции, которая была признана параллельным импортом, просит провести проверку «добросовестность правообладателя и наличие у него разумного финансового интереса». Дальше арбитражем были приведены деяния правообладателя, которые «не могут восприниматься как одобряемые»
«Необыкновенную опасность этого рода деяния могут получать <…> из-за приминения любым страной установленных вне соответствующей международно-законодательной процедуры и в разногласие с многосторонними межгосударственными договорами, участником которых является Россия, санкционных мер против Рф, её хозяйствующих субъектов, следование режиму которых со стороны правообладателя товарного знака, выразившееся в занятой правообладателем позиции в отношении рынка Российской Федерации, может само по себе рассматриваться как нерадивое поведение», – отметила апелляция.
При всем этом в постановлении было подчеркнуто, что поведение Olympus Corporation является нерадивым и «направлено не на защиту собственных прав как правообладателя, а на обогащение за счет ответчика».
«На недобросовестность поведения истца прямо либо в некоторой степени <…> указывают последующие его деяния: предъявление неоправданно высочайшего размера возмещения за нарушение необыкновенных прав на товарный символ, использованный в отношении уникальной (настоящей) продукции <…>. Требование предъявлено к банку, который не является проф участником на рынке медоборудования, не ввозил на территорию Рф спорные эндоскопы, <…> одновременно, к лицам, конкретно участвующим в ввозе на территорию Рф (Монголия -> Армения -> Российская Федерация), как объяснил представитель истца, требования не предъявлялись из финансовой нецелесообразности», – обозначено в документах.
А также, апелляция отметила, что Olympus Corporation сообщила, что имеет опыт предоставления согласия на ввоз оборудования лицам, которые не являлись его дилером, а в некоторых вариантах подобное согласие дается бесплатно. При всем этом на предложение УБРиР на возмездное предоставление такого согласия компания ответила отказом не разъяснив произошедшего.
Кроме того суд также сообщил, что запрет на реализацию продукта в текущей ситуации эквивалентен требованию о его ликвидировании.
«Как следует, применение избранного заявителем неимущественного метода защиты ставит компанию (правообладателя) при защите собственных прав в больше прибыльное положение, а в отношении банка тянет неоправданно существенные отрицательные результаты, что дозволяет суду в рамках предоставленной ему дискреции управляться правовыми аспектами баланса конкурирующих интересов сторон и соизмеримости назначаемой меры ответственности. <…> Компания не доказала, какой разумный финансовый интерес вдохновляет её запретить продажу в Российской Федерации собственного сверхтехнологичного необычного продукта», – отметила апелляция.
В пресс-центре УБРиР выделили, при отсутствии ограничений банк будет изучать возможность реализации этого оборудования, в том числе и вариант реализации правообладателю (дилеру).
При этом юрист, заместитель президента Адвокатской палаты Свердловской области Андрей Каюрин подчеркивает, что, отталкиваясь от практики, когда 1-ая и апелляционная инстанции принимают диаметрально различные решения, есть возможность обжалования актов в кассации.
«Конкретные оценки без первичной документации трудно давать, но суд в конечном итоге сделал вывод, что те подтверждения, которые предоставил истец – зарубежная компания, недостаточны. Означает, есть возможности в кассации. При всем этом можно рассказывать, что число схожих дел с иностранными организациями уже умножается. Это можно изучать как определенную оценку нашей судебной системы», – заключил Каюрин.
