Спортивный криминалитет в России один из самых жестоких, беспощадных. Эта история – особняком. Едва не убили спортивного репортера. Вроде мирная профессия. Но, если копать глубже, биться с грязью в большом спорте, можно запросто угодить на тот свет. Или чудом остаться в живых.
Этому человеку крупно повезло. Он выжил, будучи на грани небытия. С порезами и шрамами на лице, будто герой фильма ужасов, он по сей день публикует разоблачительные статьи о подноготной жизни российского спорта, в футболе, прежде всего.
Главным заказчиком того нападения считался лидер криминального мира 90-х Отари Квантришвили. Но не только он…
Иосиф Кобзон и Отари Квантришвили
Историю с «наездом» на самого себя попытался расследовать сам спортивный журналист и автор книг о футболе Алексей Матвеев. Подробности он предоставил специально для телеграм-канала ВЧК-ОГПУ и Rucriminal.info.
РЕПЕТИЦИЯ «НАЕЗДА»
…5 января 94-го запомнится на всю оставшуюся жизнь. Поистине зловещий день. Мои острые публикации, особенно в «Российской газете», не остались незамеченными. Тучи, образно говоря, сгущались.
Немногие журналисты, симпатизировавшие мне, предостерегали: «Они меняются в лице, читая твои публикации, буквально «зеленеют» от нестерпимой злости. Будь аккуратнее. Обещали увезти в глушь, растерзать на куски…».
Забегая вперед, — все сделали в Москве, на глазах ошарашенных людей. Да, оппоненты не то, что раздраженно реагировали, — в бешенстве метались. Видимо, ждали случая, малейшего предлога схлестнуться со мной. Если не жизнь, то здоровье уж точно на кону стояло.
5 января в холле первого этажа здания Олимпийского комитета России на Лужнецкой набережной произошла давно зревшая моя стычка с одиозным главарем судейского футбольного корпуса Эдуардом Шкловским. Шел я на пресс-конференцию тогдашнего тренера сборной России Павла Садырина. В лагере команды разразился скандал, ему и посвящалась встреча с журналистами. Летом того же года сборной предстояло выступить на мировом первенстве в США.
Шкловский, напротив, покидал здание Олимпийского комитета. Ранее состоялось заседание исполкома РФС, подводились итоги, в том числе, судейства в российском чемпионате. Ведомству Эдуарда Исааковича досталось на «орехи», тут еще журналист Матвеев с критическими, ироничными, даже саркастичными заметками и статьями. Наболело у судьи, накипело. Решил выместить злость, тем более, случай подвернулся. Вот же он «обидчик», Матвеев. Дай-ка я его за «грудки». Эмоции взыграли у Шкловского.
Немножко мы с ним потолкались, Эдуард Исаакович даже картинно звал на помощь – милицию. Несколько комичная ситуация. Вроде солидные граждане, а драчку устроили.
Поднялся я в малюсенький зал коллегии Олимпийского комитета, продохнуть невозможно. Человек шестьдесят журналистов набилось. Ощущение, будто мы сельди в теснейшей банке. Пишущие репортеры, а также коллеги из теле-радио компаний собрались.
Вдруг во время пресс-конференции в зал буквально ввалился, точнее не скажешь, огромный, почти двухметровый Отари Квантришвили. В прошлом борец-вольник с широченными плечами, будто скала, возвышался над нами, простыми смертными. От эффекта неожиданности присутствующие на мгновение онемели, застыли и ждали, что последует дальше.
— С теми, кто чернит в печати российский футбол, его руководство, будем разбираться, — многообещающе заявил Отари с порога.
Журналистский люд притих, видимо, в ожидании очередных перлов лидера криминального мира. Они последовали по окончании мероприятия. Едва я собрался выйти из зала после общения с Садыриным, вплотную подошел один из сопровождавших Отари помощников, Андрей Слушаев. Тоже борец, колоритный парень, размерами, правда, чуть меньше главаря. «Отари Витальевич хотел бы с вами пообщаться», — сказал тоном, не терпящим возражений, мой новый знакомый.
Иосиф Кобзон, Борис Громов и Андрей Слушаев вместе с Квантришвили
ЛОБОВАЯ АТАКА
Отари Квантришвили мечтал обосноваться в стенах Государственной Думы. Методично создавал политическую (!) партию спортсменов, чтобы с ней войти в дом на Охотном ряду. Таким образом, легализовал бы свою, мягко говоря, сомнительную деятельность в кулуарах большого российского спорта и политики.
Отари Витальевич отнюдь не случайно стал активно посещать именно футбольные мероприятия. Он намеревался, — о, чудо! – отправиться в составе официальной российской делегации на предстоящее мировое первенство в Америку. Планировал провести переговоры с тогдашним руководителем ФИФА, бразильцем Жоао Авеланжем.
Кстати, весьма регулярно борец вольного стиля (в прямом и переносном смысле) захаживал к президенту футбольного союза Вячеславу Колоскову. Наверное, Отари Витальевич обговаривал с Вячеславом Ивановичем детали будущих переговоров с Авеланжем.
Вячеслав Колосков
Предстоял нелегкий разговор с человеком поистине «вселенского» масштаба. Он ведь собирался на переговоры с самим Авеланжем.
— Ты зачем пишешь о «договорных» матчах, Колоскова в печати ругаешь? – рявкнул со старта Отари Витальевич.
Отвечал ему, — если кого-то критикую в печати, в том числе, и упомянутого персонажа, значит, есть за что.
Говорил я с нотками «металла» в голосе. Вокруг стояли не успевшие разойтись репортеры, другие люди. Они с неподдельным интересом внимали нашему диалогу, если подобное тянуло на диалог.
— Смотри, Колосков на мое имя заявление написал, просит защитить его от твоих нападок в прессе, — на повышенных тонах продолжал Квантришвили, — и тряс передо мной листком бумаги. – Если не прекратишь чернить в газете Славу, наш футбол, бить будем, — открыто, не стесняясь присутствующих, вещал могучий борец. – Вообще ты желчный, злой, с тобой разобраться пора…
— В спорте начнешь понимать, когда к моему мнению прислушаешься, будешь делать, как я скажу, — подытожил «гуру» отечественного криминала.
Расстались мы отнюдь не друзьями, каждый при своем мнении. Мысль – опубликовать по горячим следам острую, разоблачительную заметку, — неотступно преследовала меня. С какой стати, пусть даже очень маститый бандит, грозит мне расправой?
Выше я рассказал, в чем заключался пафос мастера спорта по вольной борьбе, совмещавшего должность президента фонда имени Льва Яшина. Ведь действительно собирался на чемпионат мира в Америку. Зачем?
Ну, как же, футбол – вид спорта номер один в мире. Отари Витальевич хотел тем самым прибавить себе политического веса. Чтобы в Думе быть уважаемой персоной, безусловным авторитетом.
Квантришвили не брезговал ничем. Начал свою бурную деятельность тем, что срывал украшения со своих соплеменников – грузин. Цепочки, кулоны, иные ценности шли, видимо, в недра фонда соцзащиты, надо же иметь стартовый капитал.
Дальше – больше. Разбой, рэкет, грабеж, покушения на строптивых людей – бизнесменов, предпринимателей.
СКОТ ПРОДАЖНЫЙ
Увы, почти в любом коллективе не обходится без уродов. Оказался свой предатель и в «Российской газете». Владислав Иванов был никем иным, как заместителем главного редактора. Конечно, был в курсе редакционных планов, они прилюдно обсуждались на утренних планерках.
И вот оказал бесценную Отари услугу: поставил его в известность о готовящейся публикации, не поленился прочитать «боссу» содержание сенсационного, разоблачительного материала.
Зачем это сделал? Иванов брал деньги у Квантришвили на финансирование федерации парусного спорта, он каким-то боком подвизался в ней. Как тут не информировать спонсора о готовящейся информационной «бомбе»?!
В общем, скот продажный. Таких, как он, в журналистике и около нее, к великому сожалению, множество. Они превратили замечательную нашу профессию в доходное ремесло. Это их стиль, образ жизни. Ничего святого. Деньги для них действительно не пахнут.
…Отари пребывал в бешенстве от прочитанного ему по телефону текста. Конечно, мафиози достаточно крупного калибра не составило труда дозвониться главному редактору «Российской газеты» Наталье Полежаевой. Подоплека разговора ясна: вы, что себе позволяете?! Какая еще публикация? Да он с ребятами всю редакцию разнесет, то есть, взорвет. Так и заявил.
Полежаева, однако, не дрогнула. Некоторое время ходила с охраной. Она имела такую возможность, возглавляла не шарашкину контору, а печатное издание правительства России.
20 января 1994 года вышла-таки моя, ставшая знаменитой, заметка в «Росгазете» под заголовком: «Отари Квантришвили: бить будем». Есть смысл привести отрывки из нее:
«…После памятной пресс-конференции главного тренера футбольной сборной Павла Садырина и президента РФС Вячеслава Колоскова ко мне подошел некто Слушаев, колоритная фигура под сто кило. И вежливо пригласил на «собеседование» (именно так он выразился) к Отари Квантришвили, в прошлом борцу-вольнику, ныне президенту фонда социальной защиты имени Льва Яшина.
Отари Витальевич сразу поинтересовался, почему обижаю его братьев-футболистов, критикую в газете руководство РФС. Я отвечал: за «договорные» матчи в российском первенстве, конфликтную ситуацию в сборной и ряд других причин, перечисление которых заняло бы много времени. Любопытные с интересом внимали нашему разговору. Между тем мы явно не сходились во мнениях.
На прощание Отари Витальевич благословил: «В спорте будешь разбираться, когда перестанешь мне перечить. Вообще ты желчный, злой. Подумай, иначе бить будем». Завуалированные, подчас и открытые угрозы нет-нет да звучали в разговоре. На том и разошлись.
Любопытная деталь. В уголовном деле о групповом изнасиловании, по которому в свое время проходил Отари, есть характерная медицинская справка. Согласно ей, атлета досрочно освободили из мест заключения, так как он страдал вялотекущей шизофренией.
Если диагноз не был снят, то господин Квантришвили не вправе возглавлять какие-либо фонды. А социальная защита действительно необходима. Именно спортсменам, а не футбольным чиновникам. Чем быстрее осознает сие господин президент фонда, тем лучше».
Подписал я себе «приговор» данной публикацией? Отчасти.
…Дату нападения, судя по всему, тщательно планировали. Видимо, не случайно выбрали День защитника Отечества. К тому же в феврале обычно проходят зимние Олимпийские игры. В 94-м они состоялись в норвежском Лиллехаммере.
Отари Витальевич, как позже выяснилось, тоже там был. Правда, не совсем ясно, в качестве кого. Вроде не являлся представителем зимних видов. Вероятно, «социально защищал» там российских атлетов. Дескать, какие к нему претензии, он в день нападения на журналиста за пределами страны находился.
Накануне «знакового события» я почти всю ночь делал срочный материал для газеты, утром сдавать надо. Прилег отдохнуть ненадолго.
Встал очень рано, — по вторникам, до приезда в редакцию, играл с друзьями в футбол. Еще до начала рабочего дня мяч гоняли, с полдевятого до десяти утра. В здании спорткомплекса «Правда», он располагался в нескольких метрах от газетного офиса. Любимую забаву не пропускал, для меня – святое. В то утро до спортзала и рабочего места не дошел…
Источником новости является данный сайт.
Если Вас заинтересовала новость:
- Ниже на странице вы можете видеть взаимосвязанные статьи (при их наличии).
- Обратите внимание на ссылки, имеющиеся в статье, за ними содержится дополнительная информация.
- Воспользуйтесь поиском на сайте для получения дополнительных материалов по интересующей вас теме.
Резали бритвами и ножиками. Кровь текла ручьями на асфальт
Спортивный криминалитет в Российской Федерации один из наиболее ожесточенных, бесчеловечных. Данная история – домом. Чуть не уничтожили спортивного корреспондента. Вроде мирная профессия. Однако, если копать поглубже, биться с грязюкой в большом спорте, можно просто угодить на тот свет. Либо чудом остаться в живых.
Данному человеку крупно посчастливилось. Он выжил, являясь на грани небытия. С порезами и шрамами на лице, как будто киногерой ужасов, он до настоящего времени размещает разоблачительные статьи о подноготной жизни российского спорта, в футболе, сначала.
Основным заказчиком того нападения числился лидер преступного мира девяностых Отари Квантришвили. Однако не только он…
Иосиф Кобзон и Отари Квантришвили
Историю с «наездом» на самого себя попробовал проводить расследование сам спортивный корреспондент и автор книжек о футболе Алексей Матвеев. Детали он предоставил специально для telegram-канала ВЧК-ОГПУ и Rucriminal.info.
РЕПЕТИЦИЯ «НАЕЗДА»
…5 января 94-го запомнится на всю оставшуюся жизнь. Воистину наизловещий день. Мои острые публикации, в особенности в изданию «Российская газета», не остались незамеченными. Тучи, образно говоря, сгущались.
Немногие репортеры, которые симпатизировали мне, остерегали: «Они изменяются в лице, читая твои публикации, практически «зеленеют» от невыносимой злобы. Будь аккуратнее. Обещали увезти в глушь, растерзать на кусочки…».
Забегая вперед, — все сделали в столице России, на очах ошеломлённых людей. Да, соперники не то, что раздраженно реагировали, — в бешенстве метались. Вероятно, ожидали варианта, мельчайшего предлога схлестнуться со мной. Если не жизнь, то здоровье уж точно на кону стояло.
5 января в холле первого этажа строения Олимпийского комитета Рф на Лужнецкой набережной произошла издавна зревшая моя драка с одиозным главарем судейского футбольного корпуса Эдуардом Шкловским. Шел я на встречу с журналистами являющегося в то время наставника российской командой Павла Садырина. В лагере команды разразился скандал, ему и посвящалась встреча с репортерами. Летом такого же года сборной предстояло выступить на чемпионате мира в США.
Шкловский, наоборот, покидал здание Олимпийского комитета. До этого произошло совещание исполнительного комитета Российского Футбольного Союза, подводились результаты, также, судейства в российском чемпионате. Ведомству Эдуарда Исааковича досталось на «орешки», здесь еще корреспондент Матвеев с критичными, ироническими, даже саркастичными заметками и статьями. Наболело у судьи, накипело. Решил выместить злоба, тем паче, случай подвернулся. Вот же он «неприятель», Матвеев. Дай-ка я его за «грудки». Эмоции взыграли у Шкловского.
Чуть-чуть мы с ним потолкались, Эдуард Исаакович даже картинно звал на помощь – милицию. Несколько комичная положение дел. Вроде приличные жители, а драчку устроили.
Поднялся я в малюсенький зал коллегии Олимпийского комитета, продохнуть нереально. Человек шестьдесят представителей СМИ набилось. Чувство, как будто мы сельди в теснейшей банке. Пишущие репортеры, также соратники из теле-радио компаний собрались.
Вдруг во время встрече с журналистами в зал практически ввалился, поточнее не сообщишь, большой, практически двухметровый Отари Квантришвили. В прошедшем боец-вольник с широченными плечами, как будто гора, высился над нами, ординарными смертными. От эффекта нежданности присутствующие на мгновение онемели, застыли и ожидали, что последует далее.
— С теми, кто чернит в печати российский футбол, его управление, будем разбираться, — многообещающе заявил Отари с порога.
Журналистский народ притих, вероятно, в ожидании очередных перлов лидера преступного мира. Они последовали после завершения мероприятия. Чуть я собрался выйти из зала после общения с Садыриным, впритирку подошел один из сопровождавших Отари помощников, Андрей Слушаев. Тоже боец, яркий юноша, размерами, правда, чуток меньше главаря. «Отари Витальевич желал бы с вами поговорить», — сообщил тоном, не терпящим возражений, мой новый знакомый.
Иосиф Кобзон, Борис Громов и Андрей Слушаев вместе с Квантришвили
ЛОБОВАЯ АТАКА
Отари Квантришвили грезил основаться в стенках Гос Думы. Методично создавал политическую (!) партию атлетов, чтоб с ней войти в дом на Охотном ряду. В итоге, узаконил бы свою, мягко говоря, непонятную деятельность за кулисами огромного российского спорта и политики.
Отари Витальевич никак не случаем стал интенсивно посещать конкретно футбольные мероприятия. Он был намерен, — о, волшебство! – отправиться в составе официальной российской делегации на дальнейшее чемпионат мира в Америку. Планировал провести переговоры с действовавшим тогда главой FIFA, бразильцем Жоао Авеланжем.
К слову, очень часто боец свободного стиля (в прямом и переносном смысле) захаживал к президенту футбольного союза Вячеславу Колоскову. Наверняка, Отари Витальевич обговаривал с Вячеславом Ивановичем детали будущих обсуждений с Авеланжем.
Вячеслав Колосков
Предстоял тяжелый разговор с человеком воистину «вселенского» масштаба. Он ведь хотел на переговоры с самим Авеланжем.
— Ты для чего пишешь о «договорных» матчах, Колоскова в печати ругаешь? – гаркнул со старта Отари Витальевич.
Отвечал ему, — если кого-либо критикую в печати, также, и указанного персонажа, следовательно, есть за что.
Говорил я с нотами «сплава» в голосе. Вокруг стояли не успевшие разойтись репортеры, остальные люди. Они с настоящим интересом внимали нашему общению, если схожее тянуло на разговор.
— Смотри, Колосков на мое имя заявление написал, просит защитить его от твоих обвинений в средствах массовой информации, — на завышенных тонах продолжал Квантришвили, — и тряс передо мной листком бумаги. – Если не прекратишь чернить в прессе Славу, наш футбол, лупить будем, — открыто, не стесняясь присутствующих, вещал могучий боец. – В принципе ты желчный, злой, с тобой разобраться пора…
— В спорте начнешь осознавать, когда к моему воззрению прислушаешься, будешь делать, как я сообщу, — резюмировал «гуру» российского криминала.
Расстались мы никак не товарищами, каждый при собственном мнении. Идея – опубликовать по жарким следам острую, разоблачительную заметку, — неотступно преследовала меня. С какой стати, пусть даже чрезвычайно маститый преступник, угрожает мне экзекуцией?
Выше я сообщил, в чем заключался пафос мастера спорта по свободной борьбе, который совмещал пост президента фонда имени Льва Яшина. Ведь вправду хотел на мировое первенство в Америку. Для чего?
Ну, как, футбол – вид спорта №1 в мире. Отари Витальевич желал тем прибавить для себя авторитета в политической среде. Чтоб в Думе быть почетаемой личностью, бесспорным авторитетом.
Квантришвили не гнушался ничем. Начал свою бурную деятельность тем, что срывал декорации со собственных соплеменников – грузин. Цепочки, кулоны, другие ценности шли, вероятно, в недра фонда социальной защиты, нужно же иметь стартовый капитал.
Далее – больше. Разбой, рэкет, грабеж, покушения на супротивных людей – предпринимателей, бизнесменов.
СКОТ ПРОДАЖНЫЙ
Как досадно бы это не звучало, практически в любом коллективе не обходится без уродцев. Оказался собственный предатель и в изданию «Российская газета». Владислав Иванов был никем другим, как замом руководителя. Естественно, был в курсе редакционных планов, они публично обсуждались на утренних планерках.
И вот оказал неоценимую Отари услугу: поставил его в известность о подготавливаемой публикации, не поленился прочесть «боссу» содержание поразительного, разоблачительного материала.
Для чего это сделал? Иванов брал средства у Квантришвили на выделение денежных средств федерации парусного спорта, он каким-то боком подвизался в ней. Как здесь не предоставлять информацию спонсора о подготавливаемой информационной «бомбе»?!
В общем, скот продажный. Таковых, как он, в журналистике и около нее, к величавому огорчению, огромное количество. Они превратили восхитительную нашу профессию в доходное ремесло. Это их стиль, стиль жизни. Ничего святого. Средства для них вправду не пахнут.
…Отари пребывал в бешенстве от прочитанного ему по телефону текста. Естественно, мафиози довольно большого калибра не составило труда дозвониться основному редактору «Российской газеты» Наталье Полежаевой. Причина беседы ясна: вы, что для себя позволяете?! Какая еще публикация? Да он с ребятами всю редакцию разнесет, другими словами, подорвет. Так и заявил.
Полежаева, но, не дрогнула. Некое время ходила с охраной. Она имела такую возможность, возглавляла не шарашкину контору, а печатное издание кабинета министров Рф.
20 января 1994 года вышла-таки моя, которая стала известной, заметка в «Росгазете» под заголовком: «Отари Квантришвили: лупить будем». Есть смысл привести отрывки из нее:
«…После памятной встрече с журналистами основного наставника футбольной сборной Павла Садырина и президента РФС Вячеслава Колоскова ко мне подошел некто Слушаев, яркая фигура под 100 кило. И обходительно позвал на «собеседование» (конкретно так он выразился) к Отари Квантришвили, в прошедшем бойцу-вольнику, сейчас президенту фонда соцзащиты имени Льва Яшина.
Отари Витальевич сходу полюбопытствовал, почему обижаю его братьев-игроков, критикую в прессе управление РФС. Я отвечал: за «договорные» игры в российском первенстве, конфликтную положение дел в команде и ряд остальных обстоятельств, перечисление которых заняло бы большое количество времени.. Любознательные с интересом внимали нашему разговору. При этом мы очевидно не сходились в понимании.
На прощание Отари Витальевич благословил: «В спорте будешь разбираться, когда перестанешь мне возражать. В принципе ты желчный, злой. Задумайся, по другому лупить будем». Завуалированные, тотчас и открытые угрозы нет же да звучали в общении. На том и разошлись.
Любознательная деталь. В уголовном деле о групповом изнасиловании, в соответствии с которым в свое время проходил Отари, есть соответствующая мед справка. В соответствии с ей, спортсмена раньше срока освободили из мест заключения, в связи с тем, что он мучился вялотекущей шизофренией.
Если диагноз не был снят, то господин Квантришвили не имеет права возглавлять какие-или фонды. А соц защита вправду нужна. Конкретно спортсменам, но не футбольным государственным служащим. Чем резвее понимает сие господин президент фонда, тем лучше».
Подписал я для себя «вердикт» этой публикацией? Частично.
…Дату нападения, скорее всего, кропотливо планировали. Вероятно, не случаем избрали День заступника Отечества. Притом в феврале обычно проходят зимние Олимпиада. В 94-м они состоялись в норвежском Лиллехаммере.
Отари Витальевич, как позднее было установлено, тоже там был. При этом, не так чтобы ясно, в качестве кого. Вроде не являлся представителем зимних видов. Возможно, «общественно защищал» там российских спортсменов. Мол, какие к нему претензии, он в день нападения на корреспондента за границами государства находился.
Ранее «знакового действия» я практически на протяжении всей ночи делал срочный материал для газеты, утром сдавать нужно. Прилег отдохнуть на непродолжительное время.
Встал чрезвычайно рано, — по вторникам, до приезда в редакцию, играл с товарищами в футбол. Еще до начала рабочего дня мяч гоняли, с полдевятого до 10 утра. В помещении спортивного комплекса «Правда», он размещался в нескольких метрах от газетного кабинета. Возлюбленную забаву не пропускал, для меня – святое. В то утро до спортзала и рабочего места не дошел…
