Согласно показаниям очевидцев, инцидент, произошедший в одном из казанских лицеев, поверг в шок не только родителей, но и сотрудников учебного заведения. Находясь на бортике бассейна, тренер, увлеченный видеосъемкой соревнований, не заметил, как восьмилетняя девочка оказалась под водой, где провела, по разным оценкам, не менее двух минут. Ключевым фигурантом этой истории, вокруг которого разворачиваются все последующие события, стал Руслан Кузьмин — учитель физкультуры и одновременно инструктор по плаванию, совмещающий в лицее обе эти должности. Именно он выступал в роли посредника между родителями и администрацией, отправляя в мессенджере реквизиты для оплаты курса «Оздоровительное плавание», стоимость которого составляла 2,4 тысячи рублей за восемь занятий в месяц.
Мать пострадавшей девочки, названной в материалах дела Олесей (имя изменено), перечислила указанную сумму на счет учреждения в октябре 2025 года. Однако, как выяснилось впоследствии, договор об оказании платных услуг с родителями так и не был заключен, что прямо противоречит внутренним регламентам лицея. Согласно этим документам, доступ к платным занятиям без подписанного соглашения строжайше запрещен, равно как и использование целевых родительских средств на иные статьи расходов. Несмотря на это, второклассница беспрепятственно посетила как минимум два занятия, и после одного из них, состоявшегося 25 ноября минувшего года, её извлекли из воды уже посиневшей.
Примечательно, что администрация учебного заведения оперативно, практически одновременно с вызовом экстренной службы 112, уведомила родственников Олеси о произошедшем. В ходе судебного заседания отец девочки, работающий врачом-рентгенологом, рассказал, что, когда карета скорой помощи покинула территорию лицея и направилась в Детскую республиканскую клиническую больницу, он побежал за ней следом. К счастью, расстояние от места трагедии до крупнейшей клиники региона, где работают квалифицированные специалисты, составляет всего около 400 метров. Окажись малышка в другом районе города, транспортировка заняла бы гораздо больше времени, и медики могли бы просто не успеть.
Дело о небезопасных услугах не возбуждали
— Никогда не забуду лицо одного сотрудника — молодой парнишка в слезах бегает в противошоковом зале: «Я не знаю, что делать!» Такая суматоха была, очень страшно было, — вспоминал на судебном допросе отец пострадавшей. Спустя некоторое время родным сообщили, что состояние девочки удалось стабилизировать: её подключили к аппарату искусственной вентиляции лёгких и ввели в состояние медикаментозной комы. Результаты компьютерной томографии показали, что малышка пережила кислородное голодание, однако, к счастью, мозг не повреждён. Тем не менее, прогнозировать, какой она очнется, врачи затруднялись.
Пока медики боролись за жизнь второклассницы, руководство лицея совместно с сотрудниками районного отдела образования инициировало служебное расследование. Именно по итогам этой проверки в материалах дела оказалась лишь одна видеозапись с камеры наблюдения — якобы единственной на два бассейна. Если камера действительно была установлена в единственном экземпляре, то её расположение оказалось крайне неудачным: в зону фиксации попала лишь чаша «малышового» бассейна, который на момент чрезвычайного происшествия был совершенно пуст. Основной, 25-метровый бассейн, где и произошла трагедия, эта камера захватывает лишь фрагментарно, оставляя значительные участки, скрытые за колоннами, вне поля зрения. Подобный пробел в оснащении вызывает вопросы, особенно с учётом широкого спектра платных услуг, предоставляемых лицеем.
В результате достоверно установить точное время, которое девочка провела под водой, не представляется возможным. В суде отец заявил, что на видимом участке Олеся начинает барахтаться, активно борется за жизнь, а затем скрывается за одной из колонн. Лишь спустя 6 минут физрук-инструктор Кузьмин извлекает её из воды и уносит. Эти слова полностью подтверждаются актом исследования единственной видеозаписи. Между тем, в официальном акте о несчастном случае администрация указала, что девочка ушла под воду, потеряв сознание.
К сожалению, прокурорская проверка по факту данного чрезвычайного происшествия не проводилась, а в ходе предварительного следствия многие важные детали так и не были выяснены. В частности, не изучалось, по какой причине не умеющий плавать ребёнок оказался в платной группе со сверстниками, имеющими за плечами большее количество занятий, и почему начинающую пловчиху не обеспечили специальным инвентарём — кругом, нарукавниками или пенопластовой доской. Часть этих обстоятельств затрагивает не только компетенцию инструктора, но и вопросы материально-технического оснащения как платных, так и бесплатных занятий, за которые несёт ответственность администрация учебного заведения. Уголовное дело об оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности для жизни и здоровья (статья 238 УК РФ), в районном отделе Следственного комитета даже не возбуждали. Первоначально в случившемся усматривали признаки преступной халатности (статья 293 УК), причём на уровне заместителя и прокурора района выносились соответствующие постановления.
