«Грубо кончив, Виктор отталкивал меня и оставлял в полном удивлениии»
Из мемуаров художника Владислава Мамышева-Монро о связи с Фроловым — бывшим рейвером, монахом, а сейчас царевичем государственного заказа и зятем Тимченко
Оригинал этого материала
© @pustotapustota, 29.05.2024 15:57, Фото: via @pustotapustota
Справа влево: Лукашенко, Владимир Путин, Гавриил Фролов А вот история на миллион.
Январь 2024 года. Владимир Путин указывает Лукашенко «наикрупнейший хоккейный стадион в мире» – только-только открывшуюся в Санкт-Петербурге «СКА-Арену». На всех официальных фото недалеко от 2-мя президентами стоит человек с зализанными назад седоватыми волосами. По имени в кремлевских сводках его не называют, но это Гавриил Фролов, собственник строительной организации «Горка», которая возводила объект, стройку которого сопровождалось скандалами от раздувшейся в два раза сметы до чертовского обвалы конструкций стоявшего на данном месте СКК.
Организацию «Горка» Гавриил Фролов получил в качестве подарка. Свадебного. И он в действительности совершенно не Гавриил.
Ноябрь 2021 года. Мы сидим, уставившись в попавший к нам перечень вип-клиентов поликлиники «Согаз» и пытаемся осознать, кто же прячется за именованием Наталья Геннадиевна Браунинг. Отчество намекает на то, что она быть может дочерью наиблежайшего друга Владимира Путина – Геннадия Тимченко. И вправду, в английском реестре располагается запись о браке, заключенном меж выпускниками Оксфорда, Натальей Г. Тимченко и Питером Браунингом. Означает, это по правде она.
Однако в перечне клиентов есть дочь Натальи, фамилия тоже Браунинг, но отчество не «Петровна», а «Гавриловна». Кто же данный таинственный Гавриил, отец внучки Тимченко? У Натальи было старенькое юридическое лицо, мастерская мебели «Аттикус», руководителем в какой значился некто Гавриил Фролов. Кроме мебели мастерская делала иконостасы. На первом месте в портфолио – убранство храма питерского подворья Валаамского монастыря. По изумительному совпадению, семья Тимченко щедро спонсировала и монастырь и само подворье, а распорядителем домашнего меценатства была конкретно Наталья.
По еще больше изумительному совпадению в подворье служил экономом монах, иеродьякон Гавриил Фролов, истинное имя – Виктор Борисович Фролов. Не без усилий мы находим изображение этого монаха в обществе прихожан храма во Вконтакте. Не без усилий мы находим изображение обладателя организации «Горка», на которой он посиживает за одним столом с Валерием Гергиевым.
Валерий Гергиев (в центре) и Гавриил Фролов (слева) По снимкам разумеется: два этих Фролова, монах и собственник наикрупнейшей строительной компании – один и этот же человек.
Однако это еще не все.
Начало девяностых. В Санкт-Петербурге в большом сквоте на набережной Фонтанки, 145, только-только открылся 1-ый в государстве техно-клуб «Танцпол». Его главные звезды – Алиса Леонова и Виктор Фролов.
Виктор Фролов и Алиса Леонова Вот они сфотографированы в другом культовом клубе тех времен, «Тоннеле»: Виктор в темной рубахе и полосатых, как у люберов, брюках, Алиса – в маленьких белых шортах и блестящей синтетической куртке.
Алиса Леонова и Виктор Фролов Живописец Владислав Мамышев-Монро вспоминал, как возвратился в 1991 году из Парижа в Санкт-Петербург и повстречал собственного царевича.
Альманах «Дантес» №2″, 1999 г.: Царевичем оказался независимый юноша с налетом околокриминальной романтики и атлетической фигурой, с неплохим передовым вкусом — Виктор Фролов. Я стал писать ему письма и всевозможными способами завлекать в свои «дамские сети». Моя героиня, настоящая дама, в том нуждалась, по другому не могла. Разрыв меж реальностью и внутренним чушью моей художественной натуры вылился в последующее.
У Виктора была уже женщина Алиса, которую он обожал. Все же я ухитрился попасть в их дом, чтоб там поселиться. Моим «козырем» были мои окутанная домыслами и легендами известность, изобретательность и посулы каких-либо сказочных доходов, которые могла бы будто бы дать наша коллективная с Виктором деятельность. Я — живописец, он — менеджер. Однако шила в мешке не скроешь, так и я не сумел спрятать свою Мэрилин Монро под сень этой «проф» подоплеки. Любовные письма, которыми я стал практически запугивать Виктора, вылились в циклопическое (6х4 метра) признание «Ай лав Виктор Фролов», которое я развесил на каждогодней выставке на Дворцовом мосту. […]
«Хотимый секс» у нас с Виктором был трижды. Впервой Виктор предложил мне отсосать у него в купе поезда Москва-Петербург. Его, как видите, возбуждало пребывание спящей на верхней полке Алисы. 2-ой раз в столице России, в квартире Вадика Фишкина, просто от того, что Виктор находился в состоянии алкогольного опьянения и ему «хотелось кончить». 3-ий раз в отеле Союза живописцев, куда нас пристроила Ольга Свиблова, тоже по технической причине — у Алисы были месячные, а в рот она брать отказывалась. Каждый раз эти его неожиданные предложения вызывали у меня бурю страстей, глуповатых надежд: нашел предлог, а в действительности к нему пришла любовь […] Однако нет. Грубо кончив, Виктор отталкивал меня и оставлял в полном удивлениии, в шоке, с полным ртом спермы. Позднее я вызнал, что в кругу его друзей данный акт называется «опустить», то есть очень оскорбить, что он и проделывал со мной под мои сумасшедшие фантазии о большой любви. […]
Он стал добиваться его прославения. Дескать, как это так, ты — живописец, а я — какой-то менеджер, я тоже желаю называться художником и быть известным. Тогда я — из кожи вон — стал внушать всем знакомым представителям СМИ помещать его в статьи, искусствоведам — писать и разговаривать о Викторе Фролове как о величавом художнике. В один прекрасный момент он пришел в невероятной ярости от того, что нашел еще одну статью в британской прессе про меня, где не было ни 1-го слова про него. Пришел и гласит: «Владислав, Для вас Ваша карьера дороже нашей дружбы». […]
Позже Виктор, когда, в конце концов, подсчитал все его «менеджерские вещественные утраты» стал добиваться от меня средств. Что ни сделаешь для возлюбленного? Я продал свою квартиру и дал ему средства. — Врезка К.ру
Может быть, эпатажный Мамышев-Монро незначительно приукрасил воспоминания, но мемуары о Викторе и Алисе как о самой броской паре тусовочных петербургских девяностых оставили почти все. Фролов дружил с Георгием Гурьяновым, «Новыми Академиками», делал клубные декорации и блестел.
В 2001 году Алиса погибла от рака. «Виктор удалился в монастырь и стал иноком», – писал в летописи российского рейва «Компания счастья» Андрей Хаас.
Красавчик и рейвер. Муза Мамышева-Монро. Монах и церковный эконом. Царевич государственного заказа и зять Тимченко. А сейчас к тому же персонаж, фотографирующийся об руку с Владимиром Путиным. Все это – один и этот же человек.
Если Вас заинтересовала новость:
- Ниже на странице вы можете видеть взаимосвязанные статьи (при их наличии).
- Обратите внимание на ссылки, имеющиеся в статье, за ними содержится дополнительная информация.
- Воспользуйтесь поиском на сайте для получения дополнительных материалов по интересующей вас теме.
