В двух судах Казани заявленное силовиками хищение не подтвердил ни один из свидетелей. Прокурор просит 5 лет колонии
Вахитовский райсуд получил дело в 2024-м, а в марте 2025-го прекратил преследование Сергея Кощеева по ходатайству начальника республиканского пункта отбора на контрактную службу РТ и военкома двух районов столицы РТ. Журналист, успевший поработать замом шеф-редактора «Бизнес онлайна» и главредом «Реального времени», ушел добровольцем на СВО, участвовал в боях в качестве гранатометчика и потерял часть руки, а после лечения в госпитале получил медаль «За отвагу».
После прекращения дела по Кощееву на скамье подсудимых остался только Анвар Айнутдинов по одному эпизоду обвинения: он касается работы проекта поддержки предпринимателей в течение 2020 года по договору между ФПП и ныне обвиняемым директором ООО «Корпорация права». По версии обвинения, неустановленное лицо, чье преследование судом прекращено, вступило в сговор с Айнутдиновым, и путем предоставления фиктивной отчетности по договорам с ФПП якобы было похищено 7,33 млн рублей «за якобы оказанные консультационные услуги из числа ранее выделенных Минэкономики РТ субсидий на реализацию нацпроекта «Малое и среднее предпринимательство и поддержка индивидуальной предпринимательской инициативы».
Именно по этому эпизоду гособвинитель сегодня запросил для подсудимого 5 лет колонии общего режима, подчеркнув, что на такой срок тянет и преступление, и позиция с непризнанием вины. В качестве смягчающего вину обстоятельства представитель прокуратуры просил учесть двух несовершеннолетних детей Анвара Айнутдинова.
Представитель ФПП РТ в прениях не участвовал.
Защита: «Никто не должен доказывать невиновность, но Айнутдинову пришлось»
Получив слово, бывший пиарщик «Бизнес онлайна» заявил — категорически не согласен с оценками прокурора.
— Материалами дела установлено, что «признательные» показания были даны в результате давления и недостоверной информации [со стороны силовиков], — сообщил Анвар Айнутдинов, припоминая, как слышал в отделе СК по Приволжскому району Казани о протоколах допроса экспертов проекта «Провбиз», где те якобы признаются в составлении недостоверных отчетов о консультациях. — Но все эксперты в суде заявляли, что консультации проводились и никакие фиктивные документы в фонд не представлялись. С моей стороны осуществлялся контроль, как и со стороны фонда — его представители подтвердили: никаких нарушений выявлено не было. Все консультации осуществлялись, и претензий к нам не было, — продолжил директор «Корпорации права».
Также он заметил, что следствие не указало механизм предполагаемого хищения, ведь средства по договору об услугах фонду поступали на счет «Корпорации права» и расходовались совершенно законным способом — на зарплату, налоги, развитие, офис и т. д. «С моей стороны никакого присвоения и хищения не было. С обвинением я не согласен», — завершил свою речь Айнутдинов и попросил об оправдании.
— Следствие намеренно проигнорировало эти траты — никакой анализ не проведен, иначе стало бы очевидно — никакого хищения нет, — поддержала подзащитного адвокат Елена Гильмитдинова.
Из ее выступления следовало: в этом деле — целый букет нарушений, начиная от нарушения подследственности и отсутствия заявления от якобы потерпевшей организации и заканчивая бездоказательными предположениями силовиков. «Обвинение незаконно, неконкретно, не доказано и не может быть положено в основу. Никто не должен доказывать невиновность, но в данном случае Айнутдинову пришлось», — сообщила защитник.
Гильмитдинова напомнила — дефекты обвинения ранее уже были установлены судами трех инстанций: Приволжский райсуд Казани вскрыл их и вернул дело в прокуратуру, Верховный суд РТ согласился с этим решением, а Шестой КСОЮ, изучив обстоятельства, отказался принимать к рассмотрению кассационное представление зампрокурора Татарстана.
По мнению защиты, вместо детальной работы над ошибками следствия силовики ограничились минимальными стилистическими правками текста. «Где предмет хищения, какая сумма израсходована на цели проекта — этот объект так и не определен!.. Нам говорят: «Часть консультаций не оказана». Но не говорят, какая именно часть, каким конкретным экспертом, на основании каких документов! Нет суммы якобы не оказанных услуг, а без этого нельзя оценить объем обвинения и невозможно от него защищаться!» — сообщила адвокат.
Защитник полагает, что, выдвинув версию о хищении на основании проверки БЭП и опроса предпринимателей, которые «получали консультацию в ФПП, а не в «Проверенном бизнесе», следователи не стали разбираться в ситуации. Иначе выяснили бы, что никаких своих экспертов в сфере проверок санврачей, Россельхознадзора, ФНС, МЧС и так далее в фонде никогда не было. Обращавшихся с вопросами представителей малого и среднего бизнеса переключали на горячую линию проекта «Провбиз» либо отправляли в кабинет экспертов, дежуривших прямо в здании фонда.
«Фонд не считает себя потерпевшим»
Дела по части 4 статьи 159 УК РФ в случае претензий к руководителям коммерческих организаций — это дела частно-публичного обвинения, для их возбуждения нужно заявление потерпевшей стороны, продолжила Елена Гильмитдинова. Исключения возможны в случае преступления в отношении заведомо недееспособного лица, каковым крупная некоммерческая организация при Минэкономики РТ уж точно не является. Более того, представитель фонда ранее в суде заявляла — никакой ущерб сотрудники Министерства и ФПП в ходе работы «Провбиза» не выявляли, а о якобы совершенном преступлении узнали из текста обвинения.
— Где заявление? Его нет. Почему? Потому что фонд не считает себя потерпевшим и не усматривает причинение ущерба. Эта позиция ФПП РТ указывалась неоднократно. Акты подписаны, договоры признаны исполненными, претензий к исполнителям не было, — продолжила прения адвокат.
Критике подвергли тезис обвинения о «расходовании бюджетных субсидий». Ведь в договоре между фондом и «Корпорацией права» об оказании услуг в виде консультаций предпринимателей — очных в офисе и на выездах в районы РТ, телефонных и виртуальных (через сайт «Провбиза») — нет ни слова о госзаказе и оплате бюджетными средствами. Фонд выступал как внебюджетный заказчик и не информировал Айнутдинова, что восполняет свои расходы, в том числе по проекту «Провбиз», за счет субсидий РТ и РФ. «А если нет бюджетных средств — нет и состава преступления в том виде, который вменяют. Это разрушает логику обвинения, делает его абсурдным», — считает защитник.
Гильмитдинова дала оценку и тому доказательству, на которое упирал гособвинитель: «Никакого признания вины в совершении мошенничества там [в протоколах первичных допросов] нет. Есть фраза, что «предприятие Айнутдинова получило прибыль в 1 млн рублей. Но в этом и смысл предпринимательской деятельности! Других признательных показаний в деле нет, есть рассказ о получении прибыли в 1 млн и расходовании этого миллиона, но это не свидетельствует о преступлении».
В суде было четко установлено — отчеты о проведенных консультациях составляли сами эксперты, а Айнутдинов лишь подписывал эту отчетность. На прямые вопросы экспертам — просил ли он хоть раз добавить недостоверную информацию в отчет и требовал ли вернуть часть полученной зарплаты — все свидетели из числа ветеранов надзорных ведомств отвечали отрицательно. Заметим, что консультантов для «Провбиза» отбирали не Кощеев и не Айнутдинов, а прокуратура республики, поскольку изначально проект курировали Артем Здунов (тогда глава Минэкономики РТ) и Марат Долгов (тогда зампрокурора республики).
— Проект был признан на федеральном уровне президентом РФ Владимиром Путиным и ротирован на другие регионы. Обвинение пытается представить как хищение ту работу, которая официально признана лучшей в стране, — подчеркнула Елена Гильмитдинова.
Для справки: в 2018 году проект «Проверенный бизнес» стал лауреатом федерального конкурса «Контрольная точка», через год победил в номинации «Цифровое развитие» на Всероссийском конкурсе лучших практик и инициатив социально-экономического развития субъектов РФ. В результате наработки татарстанцев разместили на цифровой платформе по обмену эффективными управленческими решениями регионов, и в 2020—2021 годах свои площадки «Проверенный бизнес» запустил в Новгородской, Оренбургской и Белгородской областях, а также в Хабаровском крае и новой вотчине Артема Здунова — Мордовии.
Проект одобрил и Владимир Путин 13 ноября 2020-го на форуме Агентства стратегических инициатив.
Далее Татарстан подписал соглашения о тиражировании этого опыта еще на ряд регионов страны, включая Крым и Ставрополье, были мечты о работе на всю страну. Не получилось. «Для чиновников из Москвы мы просто провинциальные выскочки, которых надо было поставить на место», — отмечал на судебном допросе в качестве свидетеля сооснователь «Провбиза» Сергей Кощеев.
— Я работал на свои амбиции и престиж Татарстана, а не ради сиюминутной прибыли, — рассказывал он суду. — Делал свое дело добросовестно и инициативно, вопреки пассивному и активному противодействию бюрократического чиновничьего аппарата. Никогда не скрывал свою работу над проектом, представлял его лично и открыто. Это доказывает, что умысла совершать преступные действия, скрывать их, действовать незаконно с целью извлечения прибыли я не имел. И прекрасно понимал — совместный проект Минэкономики и прокуратуры всегда будут рассматривать под микроскопом. Он должен был быть и был реализован кристально чисто.
Несмотря на прекращение своего дела, Кощеев продолжает ходить на процесс в качестве слушателя.
Сегодня судья Артем Идрисов объявил прения завершенными. На следующем заседании, в середине октября, Анвару Айнутдинову планируют предоставить последнее слово.
