Цены на золото с 2020 года бьют исторические рекорды. Драгоценный металл привлекает все новых инвесторов, среди которых богатейшие люди России. Череда кризисов вот уже третий год удерживает цены на золото на уровне в полтора раза выше, чем было до пандемии. На рынок потянулись новые и вернулись прежние игроки. «Спецоперация»* на Украине только ускорила ротацию собственников.
В начале августа 2020 года, в самый разгар пандемии коронавируса, в российском списке Forbes сменился лидер. Впервые за все время существования рейтинга на его вершине оказалась семья сенатора Сулеймана Керимова с оценкой состояния в $24,7 млрд. Основа состояния Керимовых — золотодобывающая компания «Полюс», 76,84% акций которой на тот момент принадлежали сыну Керимова Саиду, выпускнику МГИМО 2016 года. Еще в начале 2020 года золото торговалось по цене порядка $1500 унцию, а в начале августа ежедневно обновляло исторические максимумы, перевалив за отметку в $2000.
Керимов — не новичок на рынке золота. Еще в середине 2000-х он владел и вывел на IPO компанию «Полиметалл». На «Полюс» в 2021 году пришлась четверть всей добычи золота в России (84,5 т, по данным Союза золотопромышленников России всего в стране добыли 330,9 т).
В 2013-2019 годах цена на золото колебалась в диапазоне $1200-1300 за унцию, иногда падая почти до $1000. Новый виток роста цен на золото совпал с приходом на рынок новых инвесторов. В отчете за 2021 год Союз золотопромышленников России отмечает «взрывную активизацию сделок M&A» и ожидает, что тренд сохранится в 2022-м. Самый активный новый игрок — бывший топ-менеджер девелопера ПИК Владислав Свиблов. Он уже скупил компании, суммарная добыча которых, по оценке Союза золотопромышленников, составляет 16 т в год, и готовится выкупить российские активы компании Kinross Gold, которая выходит из бизнеса на фоне «спецоперации». Сделка выведет ранее малоизвестного на золотом рынке Свиблова в топ-3 российских золотопромышленников.
Другая компания, на которую напрямую повлияла «спецоперация», — Petropavlovsk. Из-за санкций расстроилась сделка по покупке крупнейшего пакета в компании группой «Регион» миллиардера Сергея Сударикова. В то же время на активы Petropavlovsk появился новый претендент — Уральская горно-металлургическая компания (УГМК), основными акционерами которой до недавних пор были Искандер Махмудов и Андрей Бокарев.
Что еще происходит на золотом рынке и кто участвует в его активном переделе?
Вечный бой
Неприметный особняк на Яузе по соседству с лабораторным корпусом МГТУ им. Баумана журналисты Forbes посещают едва ли не раз в год. Здесь расположен головной офис компании Petropavlovsk, которая последние пять лет живет в состоянии непрекращающегося корпоративного конфликта. В названии компании с активами в Амурской области хорошо считываются имена основателей: британца Питера Хамбро и бывшего доцента МАТИ Павла Масловского.
Хамбро и Масловский еще в 2002 году вывели Petropavlovsk на Лондонскую фондовую биржу и постепенно сократили свои доли в компании, но продолжили ею управлять. Из-за падения цен на золото в первой половине 2010-х и больших кредитов, взятых на строительство новых фабрик, компания оказалась в сложном положении. В 2016 году крупнейшим акционером Petropavlovsk стала «Ренова» Виктора Вексельберга, скупившая на рынке акции и облигации. Конфликт мажоритария с Хамбро и Масловским привел к тому, что они покинули компанию.
Затем крупнейший пакет акций Petropavlovsk начал переходить из рук в руки. Сначала 22,18% акций у «Реновы» купил казахстанский бизнесмен Кенес Ракишев. Затем он продал свою долю Роману Троценко. А в феврале 2020 года пакет Троценко выкупил основатель «Южуралзолота» Константин Струков. И «Ренова», и Ракишев, и Троценко могли заработать на инвестициях в Petropavlovsk: за период с начала 2016 года по март 2020-го котировки компании выросли с 6,7 пенса до 20,6 пенса.
А что Струков? Его приход ознаменовался новым витком корпоративного конфликта с Масловским — основатель Petropavlovsk с командой вернулся в компанию при Ракишеве. В результате конфликта Масловский оказался в СИЗО. Его обвиняют в особо крупном мошенничестве: по версии следствия, в 2018 году Масловский убедил совет директоров Petropavlovsk выкупить по завышенной стоимости здание в Благовещенске у его сына. Заявление в ФСБ написал представитель «Южуралзолота» в совете директоров Petropavlovsk.
Струков и Масловский договаривались об объединении «Южуралзолота» и Petropavlovsk, но не смогли ужиться в одной компании, объяснял Forbes знакомый последнего. У Масловского «своеобразный» стиль управления, говорит человек, работавший с его командой. Во второй половине 2000-х Масловский и Хамбро планировали вывести на IPO компанию «Тындалес». Когда начали готовить размещение, выяснилось, что на вырубках компании трудятся северокорейские заключенные.
По итогам 2021 года Petropavlovsk сократила производство золота на 18%, до 13,99 т, накануне «спецоперации» ее акции торговались дешевле 17 пенсов. Сказались корпоративный конфликт и истощение так называемых легких руд на месторождениях компании. Но Petropavlovsk остается перспективным активом — еще в 2018 году компания запустила автоклав для переработки так называемых упорных руд. Сейчас автоклавы в России есть только у Petropavlovsk и «Полиметалла». В прошлом году глава Petropavlovsk Денис Александров рассчитывал, что уникальная экспертиза компании поможет ей зарабатывать на сотрудничестве с другими игроками, сталкивающимися с истощением легких руд.
В марте 2022 года Струков почти продал свой пакет акций Petropavlovsk (к этому времени он владел уже почти 29%). Покупателем должна была стать инвестгруппа «Регион» Сергея Сударикова. Но уже в начале апреля сделка была расторгнута. Сделка изначально была очень сложно сконструирована, говорит источник, близкий к одной из сторон, а санкции сделали ее невозможной. Petropavlovsk зарегистрирован в Великобритании, при этом обязан продавать все золото кредитору — Газпромбанку, попавшему под санкции.
Большой инвестор
«Они жили там неделями. Я смотрел фото, как они жили — довольно комфортно размещались в бывших ламповых, оборудовали спальные места, приносили продукты», — делился подробностями быта «черных копателей» летом 2017 года сенатор от Забайкальского края Степан Жиряков. Накануне произошли забастовки шахтеров на расположенном в Забайкалье Дарасунском руднике, и Жиряков в интервью местному изданию рассуждал о том, что часть сотрудников предприятия может быть задействована в нелегальной добыче. Рудником на тот момент владело «Южуралзолото», собиравшееся закрыть предприятие как убыточное.
Дарасунский рудник — сложный актив, говорит собеседник Forbes, знакомый с положением дел. По его словам, рудник устроен так, что в нем очень сложно бороться с «черными копателями», которые могут неделями добывать металл в одной из жил.
Струков расстался с Дарасунским рудником, в который вложил 10 млрд рублей, осенью 2017 года, продав его за $1 млн инвестору Сергею Бербидаеву. В июне 2020 года компания «Урюмкан», владевшая рудником, перешла в новые руки — она досталась Владиславу Свиблову.
Свиблов — непубличный и малоизвестный бизнесмен с большими аппетитами в золотодобыче. В 2000-х он работал в компании «Росбилдинг» Сергея Гордеева, прославившейся агрессивными сделками на рынке недвижимости. В 2014 году Свиблов стал вице-президентом группы ПИК, долю в которой Гордеев накануне выкупил у Сулеймана Керимова.
Свиблов покинул ПИК в 2017 году и вскоре занялся инвестициями в горную добычу. В 2019 году он стал мажоритарным акционером Озерного полиметаллического месторождения в Бурятии, которое долгие годы безуспешно пыталась запустить ИФК «Метрополь» экс-депутата Госдумы Михаила Слипенчука. Местные СМИ до этого называли покупателем Гордеева. О тени основного акционера ПИК писал и «Коммерсант» в связи со сделкой по покупке «Урюмкана». Но Гордеев эти связи отрицал. А знакомые Свиблова говорили, что как минимум в своей первой крупной сделке он действовал как самостоятельный инвестор.
Речь идет о покупке компании Highland Gold. В августе 2020 года Свиблов выкупил 40% компании у Романа Абрамовича и его партнеров. Для сделки компания была оценена в $1,4 млрд. Затем Свиблов выкупил акции миноритариев и провел делистинг Highland Gold с Лондонской биржи. Смена собственника пошла компании на пользу. По итогам 2021 года ее добыча выросла на 30%, до 11,2 т золота.
По аналогичной схеме Свиблов в 2021 году приобрел компанию Trans-Siberian Gold — выкупил 51,2% у группы фондов UFG, а затем консолидировал остальные акции и провел делистинг. Исходя из параметров сделки, вся компания была оценена в 108,4 млн фунтов стерлингов. Свиблов договорился выкупить у «Реновы» и ее бывших топ-менеджеров компанию «Золото Камчатки», по оценкам источников «Ведомостей», за $500 млн или около $200 млн за вычетом долга.
«Владислав Свиблов сформировал портфель проектов, который по производственным характеристикам уже попадает не только в пятерку российских лидеров золотодобычи, но и как минимум в топ-30 мировых золотодобывающих компаний», — отмечали авторы «Института геотехнологий» в обзоре M&A-сделок в российской золотодобыче. «Новый собственник энергично ставит амбициозные задачи коллективам поглощенных компаний по доведению выпуска металла до новых показателей, что, вполне вероятно, заставит нынешнюю тройку лидеров золотодобычи России потесниться, — утверждали авторы. — Не исключено при этом, что можно также ожидать новых приобретений Свибловым крупных полиметаллических активов, если таковые активы приемлемого качества окажутся доступными по приемлемой цене».
Новый актив нашелся весной 2022 года. Компания Kinross Gold, акции которой принадлежат многочисленным инвестфондам, в первые дни «спецоперации» решительно объявила об уходе из России, где ей принадлежит рудник Купол на Чукотке. В начале апреля стало известно, что российские активы Kinross за $680 млн выкупит Highland Gold. Добыча Kinross по итогам 2021 года составила почти 15 т. С учетом 16 т, добытых, по оценке Союза золотопромышленников, компаниями Свиблова, эта сделка разом переместит его на третье место в списке крупнейших золотопромышленников России, которое сейчас занимает Константин Струков. Судя по открытым данным, скупка золотодобывающих компаний обошлась Свиблову в почти $2,38 млрд.
Откуда у активного инвестора деньги на приобретения? Как минимум первые большие сделки Свиблов совершал при помощи ВТБ — банк выдал кредит на 70 млрд рублей для строительства ГОКа на Озерном месторождении и кредитовал сделку по покупке Highland Gold. ВТБ также выступил финансовым консультантом в сделке с Trans-Siberian Gold. «Золото Камчатки» тоже не чужая для банка компания, судя по данным СПАРК, в залоге у ВТБ акции ее дочерних структур — «Камголд» и «Аметистовое». В 2020 году «Коммерсантъ» даже писал о желании «Реновы» Вексельберга передать «Золото Камчатки» ВТБ, чтобы вывести компанию из-под санкций.
Приход гигантов
Ранним субботним утром 23 апреля сотрудники горно-обогатительного комбината в небольшом городке Гай на Южном Урале обнаружили в шахте тела троих своих коллег. Следственный комитет возбудил уголовное дело, на самом «Гайском ГОКе» поспешили сообщить, что на телах погибших шахтеров не было внешних повреждений.
«Гайский ГОК» входит в состав Уральской горно-металлургической компании (УГМК), здесь разрабатывают полиметаллическое месторождение медно-колчеданных руд, из которых попутным методом добывают и золото. УГМК не публикует данных о производстве благородного металла, несколько лет назад ее гендиректор Андрей Козицын называл цифру 10 т. У Союза золотопромышленников оценки скромнее — порядка 5 т. В отчете по итогам 2021 года УГМК называется «серой лошадкой» металлургической индустрии.
У компании масштабные амбиции в отношении золотодобычи. Например, в 2021 году «Гайский ГОК» потратил 111 млн рублей, выкупив на аукционах две лицензии на разработку золотых месторождений в Оренбургской области. А в начале 2022 года ФАС одобрила ходатайство УГМК на покупку золотодобывающей компании GV Gold, не первый год пытающейся провести IPO или найти покупателя на свои активы. Сделка не состоялась — как писал «Коммерсантъ», стороны не договорились о цене.
Но в орбите УГМК появился другой актив — в конце апреля холдинг выкупил долги Petropavlovsk на $201 млн перед Газпромбанком. Тогда же золотодобывающая компания получила требование незамедлительно погасить долг на $201 млн, а также расплатиться до 26 апреля по долгам дочерних компаний на $87,1 млн. В конце апреля Petropavlovsk объявила о техническом дефолте.
Бывшие совладельцы УГМК Искандер Махмудов и Андрей Бокарев (они вышли из числа бенефициаров в марте, кому достались их доли в холдинге — не раскрывается) не единственные участники списка Forbes, проявившие в последние годы интерес к золотодобыче. В начале 2022 года холдинг «Металлоинвест» Алишера Усманова создал структуру USM Gold. «Пока первым активом компании стала площадная лицензия в Хакассии на проведение ГРР совместно с «Росгеологией», но, видимо, это только начало», — пишут аналитики Союза золотопромышленников России.
В обзоре «Института геотехнологий» отмечена активность Андрея Комарова, в 2021 году продавшего свою долю в ЧТПЗ. Комаров уже получил контроль над месторождением Федорова тундра в Мурманской области, где, помимо платины и палладия, можно добывать золото. Кроме того, компания «Атом Голд» Комарова приобрела у «Золота Камчатки» около 75% в золоторудном проекте Кумроч на Камчатке. «И здесь можно с достаточно высокой степенью уверенности говорить о том, что вряд ли приобретения этим ограничатся, причем более вероятными будут новые приобретения именно среди золоторудных активов, возможно, даже из числа действующих золотодобывающих компаний, что было бы логично и целесообразно для дальнейшего развития такого портфеля», — рассуждают авторы обзора «Института геотехнологий».
Одному из богатейших бизнесменов России Владимиру Потанину не пришлось подбирать объект для поглощения. Потанин вместе с экс-партнером Михаилом Прохоровым уже владел компанией «Полюс Золото», которую в кризис 2009 года выкупили структуры Сулеймана Керимова. Теперь Потанин вернулся на рынок золотодобычи. В 2018 году заработал гринфилд-проект «Норильского никеля» Быстринский ГОК в Забайкалье. Помимо медного и железорудного концентрата, которые идут на экспорт в Китай, на ГОКе добывается золото, запасы которого оцениваются в 295 т.
Источником новости является сайт RuCompromat.
Если Вас заинтересовала новость:
- Ниже на странице вы можете видеть взаимосвязанные статьи (при их наличии).
- Обратите внимание на ссылки, имеющиеся в статье, за ними содержится дополнительная информация.
- Воспользуйтесь поиском на сайте для получения дополнительных материалов по интересующей вас теме.
Мультимиллионеры Судариков и Свиблов рвутся в царствуй золотой горы
Сначала августа 2020 года, в самый разгар сильной эпидемии коронавирусной инфекции, в российском перечне Форбс поменялся лидер. Впервые за весь период существования рейтинга на его верхушке оказалась семья члена сената Сулеймана Керимова с оценкой состояния в $24,7 миллиардов. База состояния Керимовых — золотодобывающая компания «Полюс», 76,84 % акций которой в то время принадлежали сыну Керимова Саиду, выпускнику МГИМО 2016 года. Еще сначала 2020 года золото торговалось по стоимости порядка $1500 унцию, а сначала августа каждый день обновляло исторические максимумы, перевалив за отметку в $2000.
Керимов — не новичок на рынке золота. Еще посреди двухтысячных он обладал и вывел на IPO компанию «Полиметалл». На «Полюс» в 2021 году пришлась четверть всей добычи золота в Российской Федерации (84,5 т, по данным Союза золотопромышленников Рф всего в государстве добыли 330,9 т).
В 2013-2019 годах стоимость на золото сомневалась в спектре $1200-1300 за унцию, время от времени падая практически до $1000. Новый виток повышения цен на золото совпал с приходом на рынок новых финансистов. В отчете за 2021 год Альянс золотопромышленников Рф отмечает «взрывную активизацию соглашений M&A» и рассчитывает, что тренд сохранится в 2022-м. Самый активный новый игрок — бывший руководитель высшего звена девелопера ПИК Владислав Свиблов. Он уже скупил компании, суммарная добыча которых, по оценке Союза золотопромышленников, составляет 16 т в год, и готовится купить российские активы компании Kinross Gold, которая выходит из бизнеса в условиях «специальной операции». Сделка выведет до этого малоизвестного на золотом рынке Свиблова в топ-3 российских золотопромышленников.
Иная компания, на которую впрямую оказала влияние «специальная операция», — Petropavlovsk. Из-за санкционных мер расстроилась сделка по приобретению наикрупнейшго пакета в компании группой «Регион» бизнесмена Сергея Сударикова. Одновременно на активы Petropavlovsk возник новый претендент — Уральская горно-металлургическая компания (УГМК), главными владельцами акций которой до недавних пор были Искандер Махмудов и Андрей Бокарев.
Что еще случается на золотом рынке и кто принимает участие в его активном переделе?
Нескончаемый бой
Незаметный дом на Яузе по соседству с лабораторным корпусом МГТУ им. Баумана репортеры Форбс посещают вряд ли ни один раз в год. Тут размещен центральный офис организации Petropavlovsk, которая последние 5 лет проживает в состоянии неперестающего корпоративного конфликтной ситуации. В заглавии компании с активами в Амурской области отлично считываются имена основоположников: англичанина Питера Хамбро и бывшего доцента МАТИ Павла Масловского.
Хамбро и Масловский еще в 2002 году вывели Petropavlovsk на Лондонскую фондовую биржу и равномерно уменьшили свои толики в компании, но продолжили ею управлять. Из-за снижения цен на золото в первой половине 2010-х и огромных займов, которые были взяты на стройку новых фабрик, компания попала в трудном положении. В 2016 году одним из самых крупных владельцем акций Petropavlovsk стала «Ренова» Виктора Вексельберга, которая скупила на рынке акции и облигации. Конфликт мажоритария с Хамбро и Масловским привел к тому, что они оставили компанию.
Потом один из самых крупных пакет акций Petropavlovsk начал перебегать от одного к другому. Поначалу 22,18 % акций у «Реновы» купил казахстанский предприниматель Кенес Ракишев. Потом он продал свою долю Роману Троценко. А в феврале 2020 года пакет Троценко выкупил основоположник «Южуралзолота» Константин Струков. И «Ренова», и Ракишев, и Троценко могли получить доход на вложениях в Petropavlovsk: за период с начала 2016 года по март 2020-го цены компании выросли с 6,7 пенса до 20,6 пенса.
А что Струков? Его приход ознаменовался новым витком корпоративного конфликтной ситуации с Масловским — основоположник Petropavlovsk с командой возвратился в компанию при Ракишеве. В итоге конфликтной ситуации Масловский попал в СИЗО. Он обвиняется в мошенничестве в особо крупном размере: как считают следственные органы, в 2018 году Масловский уверил совет руководителей Petropavlovsk купить по завышенной цены здание в Благовещенске у его сына. Заявление в ФСБ написал представитель «Южуралзолота» в совете руководителей Petropavlovsk.
Струков и Масловский уславливались об объединении «Южуралзолота» и Petropavlovsk, но не сумели ужиться в одной компании, разъяснял Форбс знакомый последнего. У Масловского «типичный» стиль управления, гласит человек, который работал с его командой. Во 2-ой половине двухтысячных Масловский и Хамбро планировали вывести на IPO компанию «Тындалес». Когда начали готовить расположение, было установлено, что на вырубках компании работают северокорейские заключенные.
По результатам 2021 года Petropavlovsk уменьшила создание золота на восемнадцать процентов, до 13,99 т, ранее «специальной операции» её акции торговались дешевле 17 пенсов. Отразились корпоративный конфликт и истощение так именуемых легких руд на месторождениях компании. Однако Petropavlovsk остается многообещающим активом — еще в 2018 году компания запустила автоклав для переработки так именуемых упрямых руд. На данный момент автоклавы в Российской Федерации есть только у Petropavlovsk и «Полиметалла». В прошедшем году глава Petropavlovsk Денис Александров рассчитывал, что неповторимая экспертиза компании поможет ей зарабатывать на взаимодействии с иными игроками, сталкивающимися с истощением легких руд.
В марте 2022 года Струков практически продал собственный пакет акций Petropavlovsk (к данному моменту он обладал уже примерно 29%). Покупателем обязана была стать инвестгруппа «Регион» Сергея Сударикова. Однако уже сначала апреля сделка была аннулирована. Сделка вначале была чрезвычайно трудно сконструирована, гласит источник, близкий к одной из сторон, а санкционные меры сделали её неосуществимой. Petropavlovsk зарегистрирован в Англии, при всем этом должен продавать все золото кредитору — Газпромбанку, который попал под санкционные меры.
Большой финансист
«Они жили там неделями. Я смотрел фото, как они жили — достаточно уютно располагались в бывших ламповых, оборудовали спальные места, приносили товары», — делился деталями быта «темных копателей» летом 2017 года член сената от Забайкальского края Степан Жиряков. Ранее произошли стачки шахтеров на расположенном в Забайкальском крае Дарасунском руднике, и Жиряков в беседе местному изданию размышлял про то, что часть служащих компании быть может использована в незаконной добыче. Рудником в то время обладало «Южуралзолото», собиравшееся закрыть предприятие как убыточное.
Дарасунский рудник — непростой актив, гласит собеседник Форбс, знакомый с положением дел. Как он сообщил, рудник устроен так, что в нем чрезвычайно трудно биться с «темными копателями», которые могут неделями добывать сплав в одной из жил.
Струков расстался с Дарасунским рудником, в который вложил 10 миллиардов рублей, осенью 2017 года, продав его за $1 млн финансисту Сергею Бербидаеву. В июне 2020 года компания «Урюмкан», которая владела рудником, перебежала в новые руки — она досталась Владиславу Свиблову.
Свиблов — непубличный и малоизвестный предприниматель с большими аппетитами в золотодобыче. В двухтысячных он трудился в компании «Росбилдинг» Сергея Гордеева, ставшей известной агрессивными сделками на рынке недвижимого имущества. В 2014 году Свиблов стал заместителем президента группы ПИК, долю в какой Гордеев ранее выкупил у Сулеймана Керимова.
Свиблов оставил ПИК в 2017 году и скоро начал заниматься вложениями в горную добычу. В 2019 году он стал мажоритарным владельцем акций Озерного полиметаллического месторождения в Республики Бурятия, которое долгие и длительные годы неудачно пробовала запустить ИФК «Метрополь» бывшего депутата Государственной Думы Михаила Слипенчука. Региональные средства массовой информации ранее называли покупателем Гордеева. О тени главного акционера ПИК писал и «Предприниматель» в связи со сделкой по приобретению «Урюмкана». Однако Гордеев эти связи опровергал. А знакомые Свиблова рассказывали, что по меньшей мере в собственной первой большой сделке он действовал как самостоятельный финансист.
Идет речь о приобретении компании Highland Gold. В конце лета 2020 года Свиблов выкупил сорок процентов компании у Романа Абрамовича и его партнеров. Для сделки компания была оценена в $1,4 миллиардов. Потом Свиблов выкупил акции миноритариев и провел делистинг Highland Gold с Английской биржи. Смена владельца пошла компании на пользу. По результатам 2021 года её добыча увеличилась на тридцать процентов, до 11,2 т золота.
По такой же схеме Свиблов в 2021 году заполучил компанию Trans-Siberian Gold — выкупил 51,2 % у группы фондов UFG, а потом организовал другие акции и провел делистинг. Отталкиваясь от характеристик сделки, вся компания была оценена в 108,4 млн фунтов стерлингов. Свиблов условился купить у «Реновы» и её бывших управленцев компанию «Золото Камчатского полуострова», по оценкам источников «Ведомостей», за $500 млн либо около $200 млн за вычетом долга.
«Владислав Свиблов сформировал портфель проектов, который по промышленным чертам уже попадает не только в пятерку лидеров Российской Федерации золотодобычи, да и по меньшей мере в топ-30 глобальных золотодобывающих компаний», — отмечали создатели «Института геотехнологий» в обзоре M&A-соглашений в российской золотодобыче. «Новый владелец энергично ставит принципиальные задачи коллективам поглощенных компаний по доведению выпуска сплава до новых характеристик, что, полностью возможно, принудит сегодняшнюю тройку лидеров золотодобычи Рф потесниться, — утверждали создатели. — Не исключено вместе с тем что можно также ждать новых приобретений Свибловым больших полиметаллических активов, если такие активы применимого качества окажутся доступными по применимой стоимости».
Новый актив нашелся весной 2022 года. Компания Kinross Gold, акции которой принадлежат бессчетным инвестиционным фондам, в 1-ые дни «специальной операции» уверенно сообщила об уходе из Российской Федерации, где ей принадлежит рудник Купол на Чукотке. Сначала апреля появилась информация, что российские активы Kinross за $680 млн выкупит Highland Gold. Добыча Kinross по результатам 2021 года составила примерно 15 т. С учетом 16 т, добытых, по оценке Союза золотопромышленников, компаниями Свиблова, эта сделка разом переместит его на третье место в перечне одних из самых крупных золотопромышленников Рф, которое на данный момент занимает Константин Струков. Судя по открытым данным, скупка золотодобывающих компаний обошлась Свиблову в практически $2,38 миллиардов.
Откуда у активного финансиста средства на приобретения? По меньшей мере 1-ые огромные сделки Свиблов совершал с помощью ВТБ — банк выдал кредит на 70 миллиардов рублей для строительства ГОКа на Озерном месторождении и кредитовал договор по приобретению Highland Gold. ВТБ также выступил денежным специалистом в сделке с Trans-Siberian Gold. «Золото Камчатского полуострова» тоже не чужая для банка компания, судя по данным SPARK INTERFAX, в залоге у ВТБ акции её взаимосвязанных структур — «Камголд» и «Аметистовое». В 2020 году «Коммерсантъ» даже писал о желании «Реновы» Вексельберга передать «Золото Камчатского полуострова» ВТБ, чтоб вывести компанию из-под санкционных мер.
Приход великанов
Ранешным субботним утром 23 апреля работники горно-обогатительного комбината в маленьком городе Гай на Южном Урале нашли в шахте тела троих собственных коллег. СК начал уголовное расследование, на самом «Гайском ГОКе» поторопились сказать, что на телах жертв шахтеров не было наружных повреждений.
«Гайский ГОК» заходит в состав Уральской горно-металлургической компании (УГМК), тут разрабатывают полиметаллическое месторождение медно-колчеданных руд, из которых попутным способом добывают и золото. УГМК не размещает данных о производстве великодушного сплава, пару лет назад её генеральный директор Андрей Козицын называл цифру 10 т. У Союза золотопромышленников оценки скромнее — порядка 5 т. В отчете по результатам 2021 года УГМК называется «сероватой лошадкой» металлургической промышленности.
У компании масштабные устремления в отношении золотодобычи. К примеру, в 2021 году «Гайский ГОК» издержал 111 миллионов рублей, приобретя на торгах две лицензии на разработку золотых месторождений в Оренбургской области. А сначала 2022 года ФАС поддержала обращение УГМК на покупку золотодобывающей компании GV Gold, не 1-ый год пытающейся провести IPO либо найти клиента на свои активы. Сделка не свершилась — как писал «Коммерсантъ», стороны не условились о стоимости.
Однако в орбите УГМК возник иной актив — в апреле месяце холдинг выкупил долги Petropavlovsk на $201 млн перед Газпромбанком. Тогда же золотодобывающая компания получила требование немедленно затушить долг на $201 млн, также расплатиться до 26 апреля по долгам взаимосвязанных компаний на $87,1 млн. В апреле месяце Petropavlovsk сообщила о техническом дефолте.
Бывшие партнеры УГМК Искандер Махмудов и Андрей Бокарев (они вышли из числа выгодоприобретателей в марте, кому достались их толики в холдинге — не раскрывается) не единственные участники перечня Форбс, которые проявили в последние несколько лет интерес к золотодобыче. Сначала 2022 года холдинг «Металлоинвест» Алишера Усманова сделал структуру USM Gold. «Пока первым активом компании стала площадная лицензия в Хакассии на проведение ГРР вместе с «Росгеологией», но, вероятно, это только начало», — пишут специалисты Союза золотопромышленников Рф.
В обзоре «Института геотехнологий» отмечена активность Андрея Комарова, в 2021 году продавшего свою долю в ЧТПЗ. Комаров уже получил контроль над месторождением Федорова тундра в Мурманской области, где, кроме платины и палладия, можно добывать золото. А также, компания «Атом Голд» Комарова заполучила у «Золота Камчатского полуострова» приблизительно 75% в золоторудном проекте Кумроч на Камчатском полуострове. «И тут можно с весьма большой степенью убежденности разговаривать о том, что навряд ли приобретения этим ограничатся, при этом больше возможными будут новые приобретения конкретно в числе золоторудных активов, может быть, даже из числа работающих золотодобывающих компаний, что было бы разумно и целенаправлено для предстоящего развития этого ранца», — анализируют создатели обзора «Института геотехнологий».
Одному из самых богатых предпринимателей Рф Владимиру Потанину не пришлось подбирать объект для поглощения. Потанин вместе с бывший-партнером Михаилом Прохоровым уже обладал компанией «Полюс Золото», которую во время кризиса 2009 года выкупили структуры Сулеймана Керимова. Сейчас Потанин возвратился на рынок золотодобычи. В 2018 году заработал гринфилд-проект «Норильского никеля» Быстринский ГОК в Забайкальском крае. Кроме медного и железорудного концентрата, которые идут на экспорт в Китайскую Народную Республику, на ГОКе добывается золото, припасы которого оцениваются в 295 т.
