Сладкие активы Игоря Худокормова
Заводы, девелоперские проекты, недвижимость в России и Европе совладельца сахарного холдинга «Продимекс»
Игорь Худокормов В России резко вырос спрос на сахар, старушки сметают его с полок. Владельцем крупных производств является рублёвый миллиардер Игорь Худокормов. Как он поднялся и чем зарабатывает?
По неизвестной причине россияне, в большинстве своём пожилого возраста, скупают сахар. Например, воронежцы купили 100 тонн сахара за 10 дней — это месячная норма. Во многих местных магазинах тут же взлетели цены и опустели полки. Аналогичная картина в Брянской, Ульяновской, Пензенской и Сахалинской областях, Приморье, Башкортостане и десятке других регионов. Мошенники тоже не дремлют: в Москве женщина заказала у оптовика 30 тонн и заплатила аванс 300 тысяч рублей. После перевода продавец пропал.
По данным Росстата, с 24 февраля по 4 марта сахарный песок подорожал на 3,3%, с 5 по 11 марта — на 12,8%. В некоторых регионах цены выросли ещё сильнее. Например, в Калужской области сразу на 20%. В соцсетях есть сообщения о двукратном подорожании. Сахарная истерия выглядит искусственной, если вспомнить новости двухгодовалой давности. Тогда сообщалось, что несколько сезонов подряд Россия производит больше сахара, чем потребляет, — излишки копятся на складах. Новые цены на сахар могут теперь озолотить производителей и посредников.
Игроки сахарного рынка
В отличие от любой другой отрасли сельского хозяйства сахарная чересчур закрытая и корпоративно сплочённая, отмечают эксперты. У сахарников единый союз — «Союзроссахар» (в отличие от молочников, мясников и зерновиков, имеющих по несколько конкурирующих объединений), который выполняет множество функций — от лоббистских до пиара. Сахарные гиганты ведут скоординированную политику. Например, в 2014 году «Русагро» и «Продимекс» одновременно прекратили поставки на фабрики «Объединённых кондитеров», накопивших долг в 220 миллионов рублей.
В свеклосахарный подкомплекс России входят около 4500 свеклосеющих хозяйств и 68 сахарных заводов. В 2021 году было произведено почти 6 млн тонн сахарного песка. Заметных игроков на рынке четыре.
Крупнейший игрок на сахарном рынке — холдинг «Продимекс» Доля кубанского холдинга «Доминант» — 13%. Владелец Павел Демидов, малоизвестный бизнесмен из Москвы.
Такая же доля — 13% — у столичного концерна «Русагро», подконтрольного семье экс-сенатора от Белгородской области олигарха Вадима Мошковича.
«Сюкден» — транснациональная компания с французскими корнями — имеет долю 12%.
Крупнейшим и наиболее влиятельным отечественным производителем сахара является агрохолдинг «Продимекс», созданный в 1992 году. В его составе: 16 сахарных заводов, почти 900 тысяч гектаров земли в Воронежской, Белгородской, Курской, Тамбовской и Пензенской областях, Краснодарском и Ставропольском краях, Республике Башкортостан. Ежегодное производство — свыше 1,5 млн тонн сахара. В разные годы «Продимекс» занимал 21–23% российского рынка сахара. В 2020-м холдинг принёс выручку 93,6 млрд рублей — это на треть больше, чем в позапрошлом году.
Структура «Продимекса» — это десятки связанных между собой юридических лиц, раскиданных по всей стране. Головных компаний две: столичная ХК «Продимекс» и принадлежащая кипрскому офшору горно-алтайская «ОСК». Сейчас они реорганизуются, сливаясь в одну организацию. Центр логистики агрохолдинга находится в подмосковном Красногорске в БЦ «Рига Ленд».
Самый скрытный бизнесмен России
Основал «Продимекс» 53-летний уроженец Пензы Игорь Худокормов. По разным оценкам, он сейчас владеет 61–81% акций агрохолдинга. Худокормова называют самым скрытным бизнесменом России. Он не дал ни одного интервью, ничего не известно о его семье, почти ничего — о биографии. В 2019-м Игорь Худокормов стал № 177 в рейтинге Forbes с состоянием $600 млн.
Abireg.ru, 15.05.2017, «Бизнес вприкуску — сахар, слезы и колхозы Игоря Худокормова»: Предыдущие несколько лет Худокормов с состоянием в 500 миллионов долларов занимал места чуть ниже 195-го, так что его убытию средства массовой информации не удивились. Произошло это незаметно, как и почти все, что касается жизни Игоря Вячеславовича. «Продимекс» не имеет пресс-секретаря и не отвечает на запросы прессы, сам Худокормов за 25 лет с момента основания компании не дал ни одного интервью. Во всех случаях, когда «Продимексу» нужно что-то сообщить о себе, за основателя компании «отдуваются» его топ-менеджеры. У закрытости есть и свои плюсы — на просторах Интернета нет не то что компромата, а даже упоминаний фамилии Худокормова в негативном контексте. […]
Единственным известным увлечением сахарного короля является хоккей. Многие годы нападающий Худокормов играл в разных любительских лигах, и, хотя данных об его участиях в спортивных соревнованиях после 2011 года нет, вряд ли он свою привычку оставил. Просто, как и все остальное в своей жизни, спрятал подальше от любопытных глаз. Сильные мира сего любят прокатиться с клюшкой по льду, но с кем владелец «Продимекса» пересекается и дружит на хоккейной площадке и вне ее — остается тайной за семью печатями. Известны, правда, дружеские отношения Худокормова со знаменитым хоккеистом Игорем Есмантовичем, с которым они вместе играли за команду «Банк «Клиентский» в любительской хоккейной лиге. Сегодня Есмантович — генеральный директор ЦСКА, а пригласил его на работу не кто иной, как президент «Роснефти» Игорь Сечин, возглавляющий наблюдательный совет легендарной команды. Так что, думаю, Худокормов машет клюшкой не без выгоды для себя и своего бизнеса. […]
На дочерей Худокормова вместе с женами Цандо и Пчелкина оформлена компания «Бизнес строй», которая занимается «покупкой и продажей собственной недвижимости». Его родная сестра Елена работает нотариусом в Южном Бутово. — Врезка К.ру
Об Игоре Худокормове пишут, что он «военный, выпускник Ленинградского железнодорожного военного училища. Худокормов должен был получить диплом примерно в 1990 году, а уже в 1992-м занялся бизнесом. Его партнёры по «Продимексу» — тоже бывшие офицеры и, скорее всего, сослуживцы. Речь о гендиректоре Викторе Алексахине, миноритарных акционерах Виталии Цандо и Владимире Пчёлкине. Ещё топ-менеджером в «Продимексе» трудился сын замминистра МВД РФ Дениса Зубова. В 2004 году Игорь Худокормов купил у высокопоставленного силовика долю в офшорной компании The Monumental Property Company, фигурировавшей в «Панамском досье».
Согласно базе СПАРК, первым бизнесом Игоря Худокормова стала пензенская торговая фирма «Росса». Её создал в 1991 году Вячеслав Худокормов — отец миллиардера. Как выяснил Лайф, Худокормов-старший работал в управляющей компании «Тройка Диалог» — скандальной инвестиционной конторе, которую обвиняли в отмывании, обналичивании и нелегальном выводе из России $5 млрд. Вячеслав Худокормов председательствовал в правлении дачного товарищества «Палица-2012» на Рублёво-Успенском шоссе. Юрлица сейчас нет. Но роскошные особняки остались и находятся, судя по карте, на территории элитного закрытого посёлка КП «Молодёново». Стоимость домов — от 200 млн рублей.
Отец Игоря Худокормова был председателем правления дачного кооператива Мать сахарного короля Алевтина Худокормова владела четырьмя столичными предприятиями в сфере рекламы и строительства, а также ЧОП. Все они ликвидированы фискалами из-за нарушений.
В 1992 году Игорь Худокормов стал заниматься поставками с Украины дешёвого украинского сахара. Основным методом расчёта был бартер на российский мазут. Вскоре наши власти поняли, что украинский песок убивает отечественную сахарную отрасль, и установили пошлины на импорт. Игорь Худокормов нашёл выход, воспользовавшись лазейкой в новом законе. Он начал ввозить украинский песок в виде сиропа.
В 1994 году, предположительно, от рук наёмных убийц погиб директор Успенского сахарного завода. Покойный прославился тем, что передал в руки простых сотрудников 94% акций предприятия. Однако они так и не получили дивидендов. Старая компания была ликвидирована, на её месте появилась новая, подконтрольная уже структурам Худокормова.
В нулевые Худокормов уже считался респектабельным и быстроразвивающимся бизнесменом. Но его методы продолжали вызывать вопросы.
В 2009 году «Продимекс» и Перепелиное хозяйство не поделили десять гектаров пахотных земель. Между их ЧОП произошла битва с применением оружия. Деловая пресса утверждает, что охрана «Продимекса» применила боевое оружие, оппоненты — травматическое. Конфликт погасил ОМОН, пострадало 20 человек.
В 2013 году в Воронежской области сотрудники «Продимекса» не дали собрать урожай фермеру Игорю Югову. Земля оказалась уже не его по решению суда. Сам Югов говорил, что на судью якобы давили, поэтому тот и вынес решение в пользу агрохолдинга. Юристы фермера указывали на связь интересов суда, районной администрации и «Продимекса».
В 2015-м подразделение Федеральной антимонопольной службы по Татарстану обвинило 32 сахарных завода, включая большинство цехов «Продимекса», в картельном сговоре и единовременном экономически необоснованном повышении цен на сахар на 30%. Ревизоры предписали вернуть в бюджет полученные таким образом 360 млн рублей. История закончилась ничем. ФАС отменила предписание регионального подразделения.
В прошлом году «Продимекс» стал по сути единоличным кредитором воронежского ФГУП «Знамя Октября». Оно задолжало налоговой службе 178 млн рублей, но обанкротилось по иску «Продимекса» на 2,4 млн. Контролируя банкротство ФГУПа, структуры Худокормова смогут выкупить его активы за цену ниже рынка.
В бизнес-империю Игоря Худокормова также входят строительные предприятия. Головная компания — ООО «Сонгри». Ею владеют дочери миллиардера Анастасия и Вероника Худокормовы, а управляет брат — Олег Худокормов. Финансовые показатели «Сонгри» имеют отрицательное значение — минус полмиллиарда рублей. «Дочками» являются госпоставщик «Элитстрой» с убытком в восемь миллионов рублей, работающие без прибыли коммунальная УК «Саввин» и управляющая недвижимостью «Грандор». Самыми ценными выглядят фирмы «Строительно-монтажный трест» (АО «СМТ») с прибылью 82 млн рублей и принадлежащая кипрскому офшору кружевная фабрика «Гардтекс» с прибылью 1,2 млрд рублей. Главное богатство последней — полтора гектара земли рядом с Плющихой в центре Москвы. На этом участке фабрика «Гардтекс» построила элитный жилой комплекс Savvin River Residence.
Среди строительных компаний Худокормова самые печальные показатели у «Бизнес-строя» — минус 11 млн рублей. В собственности этой фирмы находится исторический особняк на две тысячи квадратов в Хамовниках. Аналоги стоят свыше 600 млн рублей. Интересно, что «Бизнес-строй» обанкротил принадлежащий кипрскому офшору Торговый дом «Продимекс». Долг был копеечный — 150 тысяч рублей.
Ведомости.Ру, 21.04.2015, «Игорь Худокормов подтвердил статус крупнейшего землевладельца»: После покупки доли в «Агрокультуре», шведском агрохолдинге с российскими активами, Игорь Худокормов укрепил статус крупнейшего в России владельца земель сельхозназначения. Он также владеет крупнейшим в России производителем сахара — «Продимексом».
В 2015 г. «Продимекс» обогнал своего многолетнего и единственного конкурента по количеству сельхозугодий — казахский «Иволга-холдинг». К апрелю 2015 г. «Продимекс» контролировал на праве собственности и аренды 570 000 га сельхозземель, подсчитали аналитики консалтинговой компании BEFL. […]
Правда, гендиректор «Продимекс-холдинга» (головная компания «Продимекса») Виктор Алексахин еще в июне 2014 г. утверждал, что под контролем «Продимекса» — 560 000 га. […]
В 2014 г. структура Худокормова Magna Investments скупила вне биржи акции «Агрокультуры». На конец марта офшор владел 46,7% акций сельхозкомпании. Худокормов говорил «Ведомостям», что приобретал акции примерно по 4,50 шведской кроны за штуку ($0,63). Таким образом, пакет в 46,7% мог обойтись ему в 292,1 млн шведских крон (или $33,7 млн по курсу на 31 декабря 2014 г.). […]
У «Агрокультуры» бизнес более диверсифицирован: она обрабатывает 115 400 га, из которых 70 904 га (или 61,4%) — в России, по данным компании на конец марта. В России «Агрокультура» выращивает больше всего пшеницы (на нее в 2014 г. пришлось 16 239 га земель), примерно столько же земель отведено для подсолнечника, сахарная свекла растет на 1338 га.
Земельный банк шведского агрохолдинга не консолидирован с землями «Продимекса», сообщил «Ведомостям» Алексахин. — Врезка К.ру
Семья миллиардера
В 1995 году Игорь Худокормов женился на Светлане Бородиной. Она мать его дочерей. Бородина скрывает внешность и меняет настоящий возраст в своих соцсетях. В нулевых она работала в «Продимексе» и была учредителем алкокомпании «Винотека», впоследствии обанкроченной ближайшими бизнес-партнёрами мужа. Бородина основала фирму «Аудит ТПС», имеющую копеечную прибыль. Деньги тут не очень важны: компания из года в год проводит обязательный аудит сахарных структур Худокормова.
— Ситуация коррупционноёмкая. Аффилированные аудиторы могут нарисовать любой отчёт по заказу клиента. Но поймать их за руку на махинациях почти невозможно. Это ведь так называемая саморегулируемая сфера, — пояснил Лайфу председатель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов.
Светлана Бородина и Игорь Худокормов Официально Игорь Худокормов прописан в подмосковном Подольске на улице Лагерной в ничем не примечательном коттедже. Машины в его гараже вполне скромные для такого уровня бизнесмена — Range Rover, Lexus LX570 и минивэн Mercedes. Старшая дочка — Анастасия — живёт на берегу Москвы-реки в элитном посёлке Заречье на Рублёво-Успенском шоссе. Самый скромный домик там стоит 140 млн рублей, самый дорогой — свыше 1,5 млрд. Владения Худокормовой-младшей представляют собой 15 соток земли и два особняка. Судя по базе ЕГРН, оба здания, вероятно, не стоят на кадастровом учёте. Так обычно поступают, чтобы скрыть недвижимость и не платить налоги за неё. Строил их дачный кооператив «Заречье», где председателем правления был сам Худокормов.
Анастасия (слева) и Вероника Худокормовы На Анастасию Худокормову и Светлану Бородину оформлена французская компания Villa Primo, в собственности которой — роскошный особняк в Сен-Рафаэль на берегу Лигурийского моря (Прованс). Стоимость может составлять около 10 млн евро. Поблизости — Ницца, где младшая дочь Вероника Худокормова выступает на скачках.
Тёзка Светланы Бородиной является управляющим менеджером испанской фирмы широкого профиля (от торговли импорт/экспорт до строительства и операций с недвижимостью) Artprior Media Sl. Юрлицо зарегистрировано в жилом доме в спальном районе Аликанте в полутора километрах от Средиземного моря. Цена самых скромных апартаментов — 100 тысяч евро. Аликанте считается вотчиной русских бизнесменов, которые скупают там недвижимость.
Особняк старшей дочери Игоря Худокормова
Тут прописана старшая дочь Худокормова Анастасия
ЖК, в котором зарегистрирована компания тезки жены Худокормова (Аликанте) Кажется, что Игорь Худокормов сейчас скрывает своё богатство. Странно выглядит его исчезновение из рейтинга Forbes. Агрохолдинг «Продимекс» растёт, выручка становится больше, но его владелец старается держаться в тени.
***
Игорь Худокормов с партнерами «как танк шли, ползли к своей цели»
Игорь Худокормов В июле 2009 года в Воронежской области разразилась небольшая битва. Несколько десятков крепких молодых людей, вооруженных бейсбольными битами, арматурными прутьями и травматическими пистолетами, сошлись у зернотока (пункта временного хранения зерна) в степном селе Старая Чигла. Оборонявшимся удалось отстоять позиции, и нападавшие — они приехали на 19 машинах — ретировались, забрав своих раненых. С обеих сторон пострадало около 20 человек.
Бандитская «разборка»? Как писали воронежские СМИ, всего в столкновении участвовали официально зарегистрированные охранные предприятия. Как выяснила позже милиция, «в нападении» играл ЧОП, нанятый местной фирмой «Перепелиное хозяйство», а оборонявшиеся защищали зерно компании «Продимекс», одного из крупнейших российских сельскохозяйственных холдингов и крупнейшего в стране производителя сахара. Купив сельхозпредприятие в Старой Чигле, владельцы «Продимекса» обнаружили, что прежние хозяева повесили на него огромные долги, и начали судиться, а суды вскоре переросли в боевые столкновения. Через полгода уголовное дело о превышении полномочий сотрудниками обоих ЧОПов закрыли, но пересуды о схватке долго не утихали в округе.
Война — основная, «по образованию», профессия основного владельца «Продимекса» Игоря Худокормова. Выпускник Ленинградского железнодорожного военного училища контролирует кипрский офшор Prodimex Farming Group. В компании много бывших офицеров: два совладельца — Виталий Цандо и Владимир Пчелкин, генеральный директор Виктор Алексахин, другие менеджеры. Армейская жилка и морально-психологическая подготовка наверняка пригодились им в войнах за земельные угодья и предприятия пищевой промышленности, ничуть не уступавших куда более широко освещавшимся в прессе алюминиевым и нефтяным войнам. Бывшие офицеры выиграли большую часть битв, и призом стала компания, занимающая 69-е место в списке крупнейших частных компаний России по версии Forbes с выручкой в 2011 году 39,7 млрд рублей. А Худокормов (в списке богатейших россиян по версии Forbes он занимает 177-е место, его состояние оценивается в $550 млн) — один из крупнейших российских латифундистов: «Продимекс» контролирует как минимум 570 000 га пахотных земель.
Как бывший офицер стал сахарным королем? Встретиться с Forbes Худокормов отказался. Хотя его компания планировала провести в 2012 году IPO, нынешние и бывшие менеджеры и партнеры бизнесмена помалкивают. Forbes попытался разобраться в истории построения частной компании, занимающей сейчас четверть российского сахарного рынка.
Импортер
Сахар — это и сырье, и розничный товар, нужный всем и всегда. Торговля им — занятие, не требующее сверхсложного оборудования и большого капитала. Все это сделало сахарный бизнес в начале 1990-х одним из самых привлекательных занятий для коммерсантов первой волны наряду с торговлей компьютерами, импортной электроникой и одеждой.
В России после распада СССР было около сотни сахарных заводов, вспоминает в беседе с Forbes бывший гендиректор конкурента «Продимекса», «Сахарной компании «Разгуляй» Артур Черников. Свеклы, которую выращивали колхозы и совхозы, хватало на загрузку четверти мощностей этих заводов. Оборотных средств у предприятий не было, в экономике царил бартер. Открывшиеся возможности быстро оценили будущие олигархи: «Альфа-Эко» Михаила Фридмана и «Менатеп-Импэкс» Михаила Ходорковского наладили импорт кубинского сахара-сырца в обмен на поставки на «остров свободы» российской нефти. Сахар с Украины и из Европы ввозили 500–600 мелких компаний, вспоминает Черников.
Одной из этих мелких компаний было зарегистрированное в 1993 году по адресу частной сочинской квартиры АОЗТ «Продимекс». Первой сделкой Худокормова была закупка сахара для Пензенского Облпотребсоюза на Украине, в Одессе — по крайней мере, так утверждает бывший менеджер одного из крупных конкурентов Худокормова. Каков был порог входа на рынок? «Не было порога, — вспоминает Черников из «Разгуляя». — Есть вагон? Продал. Есть мешок? Продал». Серьезным рыночным игроком считался человек с $30 000. «Разгуляй», основанный одновременно с «Продимексом», в I квартале 1994 года продал один вагон купленного на Украине сахара (60 т), во втором — два вагона, и так до конца года дело дошло до 6000 т. «Так вполне можно было создать финансовую и сбытовую базу, которая позволяла развивать компанию», — вспоминает те времена Черников.
К самому выгодному делу — кубинскому бартеру — новичкам типа «Разгуляя» и «Продимекса» было не подобраться: эти контракты заключались через тендеры МВЭС, крупнейшими импортерами были «Нафта-Москва» в паре с «Менатеп-Импэксом» и «Альфа-Эко». Но небольшие компании нашли себе собственную нишу — Украину. В 1990-х они меняли российский мазут на украинский сахар. С каждой тонны украинского сахара при оптовой цене $750 выходило $250 прибыли, рассказывал в интервью журналу «Секрет фирмы» создатель еще одного конкурента «Продимекса» — продовольственной компании «Русагро» Вадим Мошкович. Говорить о Худокормове и его бизнесе Мошкович отказался, но Черников из «Разгуляя» вспоминает, что познакомился с основателем «Продимекса» как раз на Украине, где тот занимался тем же самым.
Импорт украинского сахара добивал растившие сахарную свеклу российские колхозы и разорял отечественные перерабатывающие заводы. В результате в 1997 году правительство ввело импортные пошлины на ввоз белого сахара с Украины. Торговцы перешли на закупки сахара-сырца и самостоятельное производство готового сахара, для чего потребовалось скупать заводы. К тому моменту «Продимекс» был уже одним из крупнейших российских импортеров сахара: ввозил 270 000 т сырца в год (столько же, сколько французский гигант Sucden). Буквально за пять лет Худокормов из спекулянта сахаром превратился в одного из крупнейших импортеров сырца и одного из первых фабрикантов: скупал заводы один за другим. Один из участников сахарного рынка, побеседовавший с Forbes, утверждает, что в середине 1990-х деньги на развитие «Продимекса» дал Иосиф Кобзон — не только звезда эстрады, но и влиятельный тогда предприниматель, президент многопрофильного холдинга «Московит», но сам Кобзон это отрицает.
Заводчик
«Слышь, твои ребята у меня в подвале сидят — надо бы стрелку забить» — так, по словам топ-менеджера одной из крупных российских продовольственных компаний, начинались беседы о покупке и продаже акций сахарных заводов в середине 1990-х. «Процедура захода на заводы всегда была с душком и на грани законности, — вспоминает топ-менеджер одной из сахарных компаний. — Их изымали местные бандиты, главы администраций или разные шустрые ребята. Раз «Продимекс» прошел через это, у них есть закалка».
Не только закалка, но и весь арсенал приемов 1990-х. Например, еще в 1996 году Худокормов начал регистрировать компании своей группы во внутреннем офшоре — но не в Калмыкии, как многие, а в свободной экономической зоне (СЭЗ) на Алтае. В 1990-х годах льготы, которые она давала, были более чем существенными: в первые два года после регистрации компания освобождалась от налога на прибыль, сельхозпредприятия пять лет платили налог, сокращенный на 30%, затем — на 20%, НДС был меньше на 25%. Резиденты свободной экономической зоны, зарабатывавшие иностранную валюту, имели право оставлять себе 80% и платить работникам валютную зарплату.
В 1998 году Худокормов зарегистрировал в СЭЗ «Алтай» фирму «Аквилон», имевшую около 20 дочерних компаний по всей стране. Примерно половина из них — дистрибьюторы, другая — частные охранные предприятия. Там же, на Алтае, вскоре были зарегистрированы «Производственное объединение «Продимекс», «Торговый дом «Продимекс», управляющая активами холдинга «Объединенная сахарная компания». Хотя эта СЭЗ уже не действует, многие компании группы зарегистрированы на Алтае до сих пор.
В 1996 году Худокормов одним из первых на рынке начинает скупку сахароперерабатывающих заводов. За эти активы тогда разгорались настоящие войны. Владелец «Разгуляя» Игорь Потапенко признавался в интервью журналу «Секрет фирмы»: «Скупали все, что плохо лежит… Возможно, кого-то обидели». «У Худокормова не было бандитского налета, присущего тем годам, — вспоминает Черников. — Он и его команда всегда были степенными, не гнались за огромными цифрами и не старались проскочить из грязи в князи». Значит ли это, что Худокормов был мягок и уступчив? Нет. «Они как танк шли, ползли к своей цели», — говорит Черников. Они создавали условия, чтобы никто другой не мог войти на интересовавшие их предприятия: кредитовали заводы и окружающие свекольные хозяйства, поставляли технику, вкладывались в «социалку». К 2003 году у «Продимекса» было больше всего заводов в отрасли — 21.
Рубеж 1990-х и 2000-х на сельскохозяйственном рынке помнят как время, когда власти в несколько приемов резко ограничили — сначала пошлинами, а потом квотами — импорт с Украины сначала сахара, а потом и сахара-сырца (себестоимость сахара из импортного сырца была в полтора раза ниже, чем у сделанного из отечественной свеклы). Квоты на импорт нужно было покупать на аукционе, и в 2000 году крупнейшие участники — «Евросервис», «Разгуляй», «Русагро», «Продимекс» и Sucden — так задрали их цену, что некоторое время торговали сахаром в убыток.
У Худокормова нашлось секретное оружие и для этой войны. В 2001 году таможенники заметили нарастающие поставки с Украины так называемого жидкого сахара. На Украине сахар разводили водой и провозили в виде сиропа, содержащего 70% сахара, по импортной ставке €8–9 за тонну (вместо €150 за внеквотный сахар-сырец). В России из него всего лишь выпаривали воду.
В 2002 году таможенная служба провела расследование, по результатам которого объявили, что виновник — российская компания «Стелз Шугар» (по крайней мере это единственная компания, признавшая свое участие в схеме). «Стелз» возила цистернами сахарный сироп с Одесского сахарорафинадного завода на предприятия «Продимекса». По данным расследования, за несколько месяцев 2002 года заводы переработали 14 000 т сиропа. По оценке участников рынка, переработано было не менее 70 000 т. «Появление этого сахара обрушило рынок сахара-сырца, подтолкнуло отрасль к кризису, а массы небольших игроков — к уходу», — считает он.
Артур Черников называет использование «Продимексом» сиропа «уникальным бизнес-решением, построенном на недоработках закона». По его словам, Худокормов оказался в тот момент умнее остальных. «У меня это вызвало восхищение: почему не я?» — говорит он. Остальные попытались тоже воспользоваться этой схемой, но поздно — правительство, быстро сориентировавшись, подняло пошлины и на сироп.
В 2003 году заградительные пошлины сработали: ввоз тростникового сырца пошел на убыль, стало выгодно перерабатывать отечественную свеклу. Как вспоминал в интервью отраслевому порталу Agro.ru тогдашний директор «Продимекса» Владимир Пчелкин, если в 1999 году доля свекловичного сахара в продажах его компании составляла 5%, то через пять лет она доросла до 40%. Пришла пора Худокормову стать не только фабрикантом, но и латифундистом.
Помещик
В 2001 году «Продимекс» начал покупать доли в аграрных компаниях и брать земли в аренду в Белгородской и Воронежской областях. Бессменный губернатор Белгородской области Евгений Савченко тогда активно зазывал к себе в область инвесторов, в том числе обещаниями земель и налоговых льгот. «Предприятие — это приложение к производству [сельхозпродукции]», — заявлял губернатор и настаивал, что компаниям нужна собственная земля, что все от начала до конца должно производиться на предприятиях одной группы. Для привлечения сельхозинвесторов в начале 2000-х областное правительство выпустило постановление, частично освобождающее их от местных налогов. В область пришли и «Русагро» Мошковича, и «Евросервис» Константина Мирилашвили. «Продимекс» появился одним из первых. «Возможно, Худокормов был первым [кто начал покупать заводы и брать в аренду, а потом и приобретать угодья]», — вспоминает Алексей Севальнев, первый заместитель начальника Белгородского областного агропромышленного департамента.
По его словам, сейчас «Продимекс» — один из крупнейших арендаторов областного земельного фонда. Есть у компании и собственная земля — ближе к границе с Воронежской областью, в которой у нее больше всего заводов и земли. В Воронежской области у «Продимекса» 260 000 га, в Курской — около 46 000 га, земельные угодья есть еще и в других областях юга России. Всего же, по оценке участников рынка, в собственности или аренде «Продимекса» находится примерно 570 000 га. Это консервативная оценка: по словам одного из собеседников Forbes, в активе «Продимекса» уже около 700 000 га (в самой компании отказались комментировать эти цифры). Это ставит компанию на одно из первых мест среди латифундистов России. Столько земли только у агропромышленного холдинга «Иволга», российского подразделения многопрофильного казахстанского «Иволга-холдинга» Василия Розинова — 650 000 га.
После распада СССР на территории России осталось около сотни сахарных заводов, и в середине 90х за них развернулась борьба.По данным консалтинговой компании BEFL, цена покупки сельхозземли в Белгородской и Воронежской областях составляет до 20 000 рублей за гектар (оценка по отдельным сделкам 2010 года). Если бы вся земля Худокормова — а ее площадь больше, чем у султаната Бруней в Юго-Восточной Азии, — находилась в собственности компании, ее стоимость превышала бы $388 млн. Однако пока значительную часть своих угодий «Продимекс» арендует.
Приобретение земель не везде шло спокойно. Если поначалу «Продимекс» арендовал землю у окружающих его заводы хозяйств, то к 2008 году, когда стал одним из крупнейших производителей сахара, начал действовать с позиции силы. Вот одна из историй, иллюстрирующих царящие в отрасли нравы. Как сообщало в 2011 году агентство Regions.ru, в середине 2000-х годов в одном из районов Воронежской области больше десяти сельхозпредприятий, разводивших свеклу, не смогли рассчитаться с банком. Местное руководство решило, что хозяйствам можно помочь, объединив их. Так в 2004 году появилась компания «Авангард», которую Минсельхоз сразу включил в рэнкинг ста крупнейших производителей сахарной свеклы в стране (под номером 61): ее земельные угодья простирались на 110 км, только под свеклой было занято больше 1300 га. И тут появился «Продимекс»: как позже рассказывал журналистам бывший директор «Авангарда», тот договорился с владельцами хозяйства о покупке, согласовал сделку с банком-кредитором, директору пообещал «вознаграждение» — 35 млн рублей. Получил директор только 3 млн рублей, начал судиться с дочерней компанией «Продимекса», купившей хозяйство, но ушел несолоно хлебавши: компания-покупатель была оперативно перерегистрирована из Горного Алтая в Воронежскую область, а потом обанкрочена. Оставшийся ни с чем директор «Авангарда» уверял журналистов, что земли его хозяйства незадолго до этого были переданы в другую структуру «Продимекса» (компания ситуацию не комментирует).
Девелопер
Одновременно со скупкой угодий Худокормов начал приобретать другие земли, стоящие в десятки тысяч раз дороже сельских, — участки под строительство в Москве.
Первый опыт, который удалось зафиксировать Forbes, — покупка гардинно-кружевной фабрики «Гардтекс». Главное богатство фабрики — не текстильное производство, а территория больше полутора гектаров в «золотом» районе рядом с Плющихой в центре Москвы. Судя по отчетности фабрики, с 2002 года в ее совет директоров входил совладелец «Продимекса» Владимир Пчелкин и еще один топ-менеджер компании. В 2005 году московское правительство издало постановление о строительстве на ее территории офисно-жилого комплекса. Инвестиции в строительство этого объекта оценивались в сумму более $100 млн. Проект не состоялся: новый мэр столицы Сергей Собянин, сделавший одной из своих задач борьбу с «точечной застройкой», расторг инвестконтракт на Плющихе вместе с десятками других. Но Худокормов, которому принадлежало 92% фабрики, в любом случае не остался в убытке. «Рыночная стоимость такого земельного участка (1,7 га), приобретенного в 2002 году, могла увеличиться на 20–30%, а если на этом месте есть согласованный проект, тогда стоимость могла вырасти в несколько раз», — оценивает Константин Лебедев, руководитель отдела Cushman & Wakefield.
А вот на другом куске столичной земли — 11 га на Кутузовском проспекте — Худокормову удалось отлично заработать. В 2004 году «Продимекс-Холдинг» одолжил 95 млн рублей расположенному рядом с «Москва-Сити» Первому московскому приборостроительному заводу имени Казакова (МПЗ), когда-то производившему технику для авиации. Через два года, судя по отчетности завода, долга уже не было, зато среди акционеров завода появились две компании: в 2005 году «Фонсьер» (71,3%), а в 2006-м «Славиа Групп». Фирмы-учредители «Фонсьер» были зарегистрированы в Горно-Алтайске по тому же адресу, что и компании «Продимекса». Директором «Славиа» был гендиректор компании «Продимекс лтд», а телефоны этих компаний совпадали. После нескольких несложных операций с акциями и допэмиссии у «Славии» могло оказаться 85,1% акций завода. Правда, при этом вдесятеро уменьшился пакет Росимущества, который ведомство в 2006 году выставляло на торги. Участники были серьезные: «Базэл» Олега Дерипаски (№14 в списке Forbes, состояние — $8,8 млрд), Mirax Group Сергея Полонского и структура Московского речного пароходства Романа Троценко (№104, $950 млн). Победил «Базэл», заплатив астрономические 5 млрд рублей за, как он полагал, 15% акций завода. Когда же выяснилось, что доля может быть размыта в 10 раз, «Базэл» добился аннулирования итогов аукциона. Тягаться с таким противником Худокормову было не силам, и он, по данным «Коммерсанта», продал свою долю «Базэлу» и Mirax за $270 млн. В 2009 году Mirax вышел из проекта, а структуры «Базэла» открыли на территории завода Центр культурно-деловой активности Kazakova.
Партнер государства
Большинство руководителей крупных российских частных компаний на вопрос, не собираются ли они продать компанию или поделиться ею с инвесторами, проведя IPO, обычно отвечают, что готовы будут сделать это, когда придет время. Для Худокормова время настало в 2005 году: он начал обсуждать выход на биржу с финансовыми консультантами, избавляться от нерентабельных заводов (в итоге из 21 осталось 14). Компания выпустила CLN на $100 млн, раскрыла основных владельцев и наняла нескольких руководителей высшего звена из крупной немецкой сахарной компании Nordzucker.
Однако «Продимекс», в отличие от удачно разместившихся конкурентов — «Разгуляя» и «Русагро», IPO не провел. В 2008 году компании помешал кризис. А в 2012 году исполнительный директор «Продимекса» Ахим Лукас уволился из компании, объяснив в письме команде и деловым партнерам, что «в связи с ситуацией на рынках капитала… эта стратегическая цель [IPO] недостижима в ближайшее время» (письмо есть в распоряжении Forbes).
Инвестор в капитале «Продимекса», впрочем, появился — небольшой, но весьма влиятельный. В 2008 году у «Объединенной сахарной компании» (ОСК), управляющей активами холдинга, появился офшорный владелец — Prodimex Farming Group. 3,7% капитала этой фирмы принадлежит, по данным регистратора компаний Кипра, банку «Глобэкс», а директором Prodimex Farming Group стал вице-президент «Глобэкса» Алексей Иванов. При этом бывший владелец банка Анатолий Мотылев сообщил Forbes, что «вхождение «Глобэкса» в капитал «Продимекса» состоялось после передачи «Глобэкса» Внешэкономбанку» («Глобэкс», входивший в десятку крупнейших частных банков, рухнул в кризис 2008 года и был куплен ВЭБом по указанию правительства). Выходит, одна из первых операций, которые совершил ВЭБ после приобретения банка «Глобэкс», — покупка доли в компании Худокормова.
Бизнесмен неожиданно получил в партнеры государственную корпорацию с неограниченными финансовыми возможностями и административным ресурсом. Повезло? Банкир, хорошо знакомый с ситуацией в ВЭБе, уверен, что для Худокормова удачно сложились обстоятельства. Ведь у ВЭБа есть программа поддержки сельского хозяйства, для выполнения которой создано специальное управление, и корпорации требовалось демонстрировать результаты.
Нужна ли теперь бизнесмену, не стремящемуся к публичности, возня с инвесторами? Как рассказал Forbes один из инвестбанкиров, в ходе устной презентации в рамках подготовки к IPO компания сообщала, что в 2010 году при выручке $1,2 млрд ее EBITDA составляла $170 млн, а в 2011-м планировалась на уровне $220 млн (выручка в 2011 году составила $1,4 млрд. — Forbes). Долг компании по итогам 2010 года — около $550 млн, то есть немногим более трех EBITDA, и, по словам нашего собеседника, такая нагрузка не страшна для предприятия аграрного сектора, «особенно эффективного с точки зрения урожайности». «Тем более что их долги [как и у других сельхозпроизводителей и переработчиков] дешевые, субсидированные государством», — подчеркнул инвестор. Так что главному российскому латифундисту вполне комфортно вести дела вдали от посторонних глаз.
При участии Елены Тофанюк
Если Вас заинтересовала новость:
- Ниже на странице вы можете видеть взаимосвязанные статьи (при их наличии).
- Обратите внимание на ссылки, имеющиеся в статье, за ними содержится дополнительная информация.
- Воспользуйтесь поиском на сайте для получения дополнительных материалов по интересующей вас теме.
Сладкие активы Игоря Худокормова.
Сладкие активы Игоря Худокормова
Фабрики, девелоперские проекты, недвижимость в Российской Федерации и Европе соучредителя сладкого холдинговой компании «Продимекс»
Игорь Худокормов В Российской Федерации резко вырос спрос на сахар, старушки сметают его с полок. Обладателем больших производств является рублёвый мультимиллионер Игорь Худокормов. Как он поднялся и чем зарабатывает?
По неведомой причине россияне, в большинстве своём приклонного возраста, скупают сахар. К примеру, воронежцы приобрели 100 тонн сахара за 10 дней — это месячная норма. В почти всех местных торговых точках здесь же взлетели цены и опустели полки. Такая же картина в Брянской, Ульяновской, Пензенской и Сахалинской областях, Приморском крае, Башкортостане и 10-ке остальных регионов. Аферисты тоже не спят: в столице России дама заказала у оптовика 30 тонн и заплатила предоплата 300 тысяч рублей. После перевода торговец исчез.
В соответствии со сведениями службы госстатистики, с 24 февраля по 4 марта сладкий песок стал дороже на 3,3 %, с 5 по 11 марта — на 12,8 %. В некоторых регионах цены выросли ещё посильнее. К примеру, в Калужской области сходу на двадцать процентов. В социальных сетях есть сведения о двукратном подорожании. Сладкая истерия смотрится искусственной, если вспомнить новости двухгодовалой давности. Тогда говорилось, что несколько сезонов попорядку Российская Федерация производит больше сахара, чем потребляет, — избытки копятся в ангарах. Новые цены на сахар могут сейчас озолотить производителей и посредников.
Игроки сладкого рынка
В отличие от хоть какой иной сферы сельхозпроизводства сладкая очень закрытая и корпоративно сплочённая, отмечают специалисты. У сахарников единый альянс — «Союзроссахар» (в отличие от молочников, мясников и зерновиков,которые имеют по несколько конкурирующих объединений), выполняющ?? огромное количество функций — от лоббистских до рекламы. Сладкие великаны ведут организованную политику. К примеру, в 2014 году «Русагро» и «Продимекс» сразу закончили поставки на предприятия «Объединённых кондитеров», которые накопили долг в 220 миллионов рублей.
В свеклосахарный подкомплекс Рф входят около 4500 свеклосеющих хозяйств и 68 сладких заводов. В 2021 году было произведено примерно 6 млн тонн сладкого песка. Приметных игроков на рынке 4.
Один из самых крупных игрок на сладком рынке — холдинг «Продимекс» Доля кубанского холдинговой компании «Доминант» — тринадцать процентов. Собственник Павел Демидов, малоизвестный предприниматель из города Москва.
Данная же доля — тринадцать процентов — у столичного альянса «Русагро», контролируемого семье бывший-члена сената от Белгородской области олигарха Вадима Мошковича.
«Сюкден» — международная компания с французскими корнями — имеет долю двенадцать процентов.
Одним из самых крупных и более имеющим влияние российским производителем сахара является агрохолдинг «Продимекс», который был создан в 1992 году. В его составе: 16 сладких заводов, практически 900 тысяч гектаров земли в Воронежской, Белгородской, Курской, Тамбовской и Пензенской областях, Краснодарском и Ставропольском краях, Республике Башкортостан. Каждогоднее создание — более 1,5 млн тонн сахара. В различные годы «Продимекс» занимал 21–двадцать три процента рынка Российской Федерации сахара. В 2020-м холдинг принёс выручку 93,6 миллиардов рублей — это на 30% выше, чем в позапрошлом году.
Структура «Продимекса» — это 10-ки связанных меж собой организаций, раскиданных на территории всего государства. Головных компаний две: столичная ХК «Продимекс» и принадлежащая кипрскому офшору горно-алтайская «ОСК». На данный момент они реорганизуются, сливаясь в одну компанию. Центр логистики сельскохозяйственного предприятия располагается в подмосковном Красногорске в БЦ «Рига Ленд».
Самый скрытный предприниматель Рф
Основал «Продимекс» 53-летний выходец из Пензы Игорь Худокормов. По различным оценкам, он на данный момент обладает 61–восемьдесят один процент акций сельскохозяйственного предприятия. Худокормова называют самым скрытным предпринимателем Рф. Он не отдал ни 1-го интервью, ничего не понятно о его родственникам, практически ничего — о биографии. В 2019-м Игорь Худокормов стал № 177 в рейтинге Форбс с состоянием $600 млн.
Abireg.ru, 15.05.2017, «Бизнес вприкуску — сахар, слезы и колхозы Игоря Худокормова»: Прошлые пару лет Худокормов с состоянием в пол миллиарда долларов занимал места чуток ниже 195-го, так что его убытию сми не опешили. Случилось это неприметно, как и практически все, что касается жизни Игоря Вячеславовича. «Продимекс» не имеет главу пресс-службы и не отвечает на запросы СМИ, сам Худокормов за двадцать пять лет со времени учреждения организации не отдал ни 1-го интервью. Во всех вариантах, когда «Продимексу» необходимо что-то рассказать о для себя, за учредителя организации «отдуваются» его руководители. У закрытости есть и свои плюсы — на просторах Веба нет не то что компрометирующих сведений, а даже упоминаний фамилии Худокормова в нехорошем контексте. […]
Единственным популярным увлечением сладкого короля является хоккей. Почти все годы нападающий Худокормов играл в различных любительских лигах, и, однако сведений об его ролях в спортивных состязаниях после 2011 года нет, навряд ли он свою привычку оставил. Просто, как и все другое в собственной жизни, упрятал подальше от любознательных глаз. Мощные мира этого обожают проехаться с клюшкой по льду, но с кем собственник «Продимекса» пересекается и дружит на хоккейной площадке и вне её — остается потаенной за семью замками. Известны, правда, дружественные отношения Худокормова со известным хоккеистом Игорем Есмантовичем, с которым они вместе игрались за команду «Банк «Клиентский» в любительской хоккейной лиге. Сейчас Есмантович — гендиректор ЦСКА, а позвал его на работу не кто другой, как президент «Роснефти» Игорь Сечин, который возглавляет наблюдательный совет знаменитой команды. Так что, думаю, Худокормов машет клюшкой не без выгоды себе и собственного бизнеса. […]
На дочерей Худокормова вместе с супругами Цандо и Пчелкина оформлена организация «Бизнес строй», занимающаяся «приобретением и продажей своей недвижимого имущества». Его родная сестра Елена работает нотариусом в Южном Бутово. — Врезка К.ру
Об Игоре Худокормове сообщают, что он «военный, выпускник Ленинградского жд военного училища. Худокормов был должен получить диплом приблизительно в 1990 году, а уже в 1992-м начал заниматься делом. Его партнёры по «Продимексу» — тоже бывшие офицеры и, вероятнее всего, сослуживцы. Речь о генеральном директоре Викторе Алексахине, миноритарных владельцах акций Виталии Цандо и Владимире Пчёлкине. Ещё одним из руководителей в «Продимексе» трудился сын заместитель министра МВД Россия Дениса Зубова. В 2004 году Игорь Худокормов купил у влиятельного представителя силовых органов долю в офшорной компании The Monumental Property Company, которая фигурировала в «Панамском досье».
В соответствии с базе SPARK INTERFAX, первым делом Игоря Худокормова стала пензенская торговая компания «Росса». Её сделал в 1991 году Вячеслав Худокормов — отец бизнесмена. Как узнал Лайф, Худокормов-старший трудился в управляющей организации «Тройка Разговор» — скандальной инвестиционной конторе, которую винили в легализации, обналичивании и незаконном выводе из Российской Федерации $5 миллиардов. Вячеслав Худокормов председательствовал в правлении дачного приятельства «Палица-2012» на Рублёво-Успенском шоссе. Организации на данный момент нет. Однако шикарные дома остались и находятся, судя по карте, на территории престижного закрытого посёлка КП «Молодёново». Цена домов — от 200 миллионов рублей.
Отец Игоря Худокормова был руководителем дачного кооператива Мама сладкого короля Алевтина Худокормова обладала 4-мя столичными организациями в сфере рекламы и строительства, также ЧОП. Они все устранены фискалами из-за нарушений.
В 1992 году Игорь Худокормов стал заниматься поставками с Украины дешёвого украинского сахара. Главным способом расчёта был бартер на российский мазут. Скоро наши власти сообразили, что украинский песок убивает русскую сладкую ветвь, и установили ставки на ввоз. Игорь Худокормов нашёл выход, воспользовавшись лазейкой в новом законе. Он начал ввозить украинский песок в виде сиропа.
В 1994 году, вероятно, от рук наёмных убийц умер руководитель Успенского сладкого завода. Умерший стал известным тем, что передал в руки обычных служащих восемьдесят четыре процента акций компании. Но они так и не получили дивидендов. Древняя компания была ликвидирована, на её месте возникла новая, которая находится под контролем уже структурам Худокормова.
В нулевые Худокормов уже числился солидным и быстроразвивающимся предпринимателем. Однако его способы продолжали вызывать вопросы.
В 2009 году «Продимекс» и Перепелиное хозяйство не смогли поделить 10 гектаров пахотных земель. Меж их ЧОП произошла битва с применением орудия. Деловая пресса заявляет, что охрана «Продимекса» применила боевое орудие, соперники — травматическое. Конфликт затушил ОМОН, пострадало 20 человек.
В 2013 году в Воронежской области работники «Продимекса» не дали собрать сбор фермеру Игорю Югову. Земля оказалась уже не его по судебному постановлению. Сам Югов рассказывал, что на судью будто бы давили, потому тот и вынес решение в пользу сельскохозяйственного предприятия. Юрисконсульты фермера указывали на связь интересов суда, районной администрации и «Продимекса».
В 2015-м отделение Общегосударственной антимонопольной службы по республике Татарстан обвинило 32 сладких завода, в том числе большая часть цехов «Продимекса», в картельном сговоре и разовом экономически безосновательном увеличении цен на сахар на тридцать процентов. Ревизоры предписали возвратить в бюджет приобретенные таким образом 360 миллионов рублей. История завершилась ничем. ФАС отменила распоряжение местного отделения.
В прошедшем году «Продимекс» стал на самом деле единоличным кредитором воронежского ФГУП «Знамя Октября». Оно задолжало налоговой службе 178 миллионов рублей, но разорилось по заявлению «Продимекса» на 2,4 млн. Держа под контролем банкротство ФГУПа, структуры Худокормова смогут купить его активы за стоимость меньше рынка.
В бизнес-империю Игоря Худокормова также входят строй компании. Головная компания — ООО «Сонгри». Ею обладают дочери бизнесмена Анастасия и Вероника Худокормовы, а управляет брат — Олег Худокормов. Денежные характеристики «Сонгри» имеют минусовой показатель — минус полмиллиарда рублей. «Дочками» являются госпоставщик «Элитстрой» с убытком в 8 000 000 рублей, которые работают без дохода коммунальная УК «Саввин» и управляющая недвижимым имуществом «Грандор». Самыми ценными смотрятся компании «Строительно-монтажный трест» (АО «СМТ») с прибылью 82 миллионов рублей и принадлежащая кипрскому офшору узорчатая фабрика «Гардтекс» с прибылью 1,2 миллиардов рублей. Основное достояние последней — полтора гектара земли недалеко от Плющихой в центральном районе города Москва. На данном участке фабрика «Гардтекс» выстроила топовый жилой комплекс Savvin River Residence.
В числе строй компаний Худокормова самые грустные характеристики у «Бизнес-строя» — минус 11 миллионов рублей. В принадлежности этой компании располагается исторический дом на 2000 квадратов в Хамовниках. Аналоги стоят выше 600 миллионов рублей. Любопытно, что «Бизнес-строй» разорил принадлежащий кипрскому офшору Торговый дом «Продимекс». Долг был копеечный — 150 тысяч рублей.
Ведомости.Ру, 21.04.2015, «Игорь Худокормов удостоверил статус наикрупнейшго собственника земельных участков»: После покупки толики в «Агрокультуре», шведском сельскохозяйственном предприятии с российскими активами, Игорь Худокормов укрепил статус наикрупнейшго в Российской Федерации обладателя земель сельскохозяйственного предназначения. Кроме того, он обладает одним из самых крупных в Российской Федерации производителем сахара — «Продимексом».
В 2015 г. «Продимекс» опередил собственного долголетнего и единственного соперника по числу сельскохозяйственных земель — казахский «Иволга-холдинг». К апрелю 2015 г. «Продимекс» держал под контролем на праве принадлежности и аренды 570 000 га сельхозземель, подсчитали специалисты консультационной компании BEFL. […]
При этом, генеральный директор «Продимекс-холдинговой компании» (головная организация «Продимекса») Виктор Алексахин еще в июне 2014 г. заявлял, что под контролем «Продимекса» — 560 000 га. […]
В 2014 г. структура Худокормова Magna Investments скупила вне биржи акции «Агрокультуры». На конец марта офшор обладал 46,7 % акций сельхозкомпании. Худокормов говорил средствам массовой информации, что приобретал акции приблизительно по 4,50 шведской кроны за штуку ($0,63). В итоге, пакет в 46,7 % мог обойтись ему в 292,1 млн шведских крон (либо $33,7 млн по курсу на 31 декабря 2014 г.). […]
У «Агрокультуры» бизнес больше диверсифицирован: она обрабатывает 115 400 га, из которых 70 904 га (либо 61,4 %) — в Российской Федерации, по сведениям организации на конец марта. В Российской Федерации «Агрокультура» выращивает больше всего пшеницы (на нее в 2014 г. пришлось 16 239 га земель), приблизительно столько же земель отведено для подсолнечника, сладкая свекла вырастает на 1338 га.
Земляной банк шведского сельскохозяйственного предприятия не организован с землями «Продимекса», сказал средствам массовой информации Алексахин. — Врезка К.ру
Семья бизнесмена
В 1995 году Игорь Худокормов женился на Светлане Бородиной. Она мама его дочерей. Бородина прячет наружность и меняет реальный возраст в собственных социальных сетях. В нулевых она трудилась в «Продимексе» и была основателем алкокомпании «Винотека», потом обанкроченной наиблежайшими бизнес-партнёрами супруга. Бородина основала организацию «Аудит ТПС», которая имеет копеечную прибыль. Средства здесь не чрезвычайно умеют большое значение: компания из года в год проводит обязательный аудит сладких структур Худокормова.
— Положение дел коррупционноёмкая. Связанные аудиторы могут нарисовать хоть какой отчёт по заказу клиента. Однако изловить их за руку на аферах практически нереально. Это ведь так именуемая саморегулируемая сфера, — сообщил Лайфу глава Государственного противокоррупционного комитета Кирилл Кабанов.
Светлана Бородина и Игорь Худокормов В официальном порядке Игорь Худокормов прописан в подмосковном Подольске на улице Лагерной в ничем не приметном особняке. Машинки в его гараже полностью умеренные для этого уровня предпринимателя — Range Rover, Лексус LX570 и минивэн Мерседес. Старшая дочка — Анастасия — живёт на берегу города Москва-реки в люксовом посёлке Заречье на Рублёво-Успенском шоссе. Самый умеренный домик там стоит 140 миллионов рублей, самый дорогой — более 1,5 миллиардов. Владения Худокормовой-младшей представляют собой 15 соток земли и два дома. Судя по базе ЕГРН, оба строения, возможно, не стоят на кадастровом учёте. Так обычно поступают, чтоб утаить недвижимость и не платить налоговые платежи за неё. Строил их дачный кооператив «Заречье», где руководителем был сам Худокормов.
Анастасия (слева) и Вероника Худокормовы На Анастасию Худокормову и Светлану Бородину оформлена организация из Франции Villa Primo, в принадлежности которой — шикарный дом в Сен-Рафаэль на берегу Лигурийского моря (Прованс). Цена может составлять приблизительно 10 млн евро. Вблизи — Ницца, где младшая дочь Вероника Худокормова выступает на скачках.
Тёзка Светланы Бородиной является управляющим менеджером испанской компании широкого профиля (от торговли импорт/экспорт до строительства и операций с недвижимым имуществом) Artprior Media Sl. Юридическое лицо документально зафиксировано в жилом доме в спальном районе Аликанте в полутора километрах от Средиземного моря. Стоимость самых умеренных апартаментов — 100 тысяч евро. Аликанте считается вотчиной российских предпринимателей, скупающ?? там недвижимость.
Дом старшей дочери Игоря Худокормова
Здесь прописана старшая дочь Худокормова Анастасия
ЖК, в каком зарегистрирована компания тезки супруги Худокормова (Аликанте) По-видимому, что Игорь Худокормов на данный момент прячет своё достояние. Удивительно смотрится его пропажа из рейтинга Форбс. Агрохолдинг «Продимекс» растёт, выручка становится больше, но его собственник усердствует держаться в тени.
***
Игорь Худокормов с коллегами «как танк шли, ползли к собственной цели»
Игорь Худокормов В июле 2009 года в Воронежской области разразилась маленькая битва. Несколько 10-ов крепких юных людей, вооруженных бейсбольными битами, арматурными прутьями и травматическими пистолетами, сошлись у зернотока (пункта временного хранения зерна) в степном селе Древняя Чигла. Защищавшимся получилось отстоять позиции, и нападавшие — они приехали на 19 машинках — ретировались, забрав собственных покалеченых. С обеих сторон пострадало приблизительно 20 человек.
Криминальная «разборка»? Как писали воронежские средства массовой информации, всего в столкновении приняли участие в официальном порядке зарегистрированные охранные компании. Как узнала позднее полиция, «в нападении» играл ЧОП, который был нанят местной компанией «Перепелиное хозяйство», а защищавшиеся защищали зерно организации «Продимекс», 1-го из самых крупных российских сельскохозяйственных холдингов и наикрупнейшго в государстве производителя сахара. Купив предприятие сельхозотрасли в Старенькой Чигле, обладатели «Продимекса» выяснили, что прежние собственники повесили на него большие долги, и начали судиться, а суды скоро переросли в боевые столкновения. Через шесть месяцев уголовное дело о превышении возможностей работниками обоих ЧОПов закрыли, но пересуды о схватке длительно не стихали в окружении.
Война — главная, «по образованию», профессия главного обладателя «Продимекса» Игоря Худокормова. Выпускник Ленинградского жд военного училища держит под контролем кипрский офшор Prodimex Farming Group. В компании много бывших офицеров: два соучредителя — Виталий Цандо и Владимир Пчелкин, гендиректор Виктор Алексахин, остальные менеджеры. Армейская жилка и морально-психическая подготовка наверное понадобились им в войнах за земляные угодья и компании производстве продуктов питания, никак не уступавших куда больше обширно освещавшимся в средствах массовой информации дюралевым и нефтяным войнам. Бывшие офицеры выиграли огромную часть битв, и призом стала компания, которая занимает 69-е место в перечне одних из самых крупных коммерческих организаций Рф по мнению Форбс с выручкой в 2011 году 39,7 миллиардов рублей. А Худокормов (в перечне самых богатых граждан России по мнению Форбс он занимает 177-е место, его состояние оценивается в $550 млн) — один из самых крупных российских латифундистов: «Продимекс» держит под контролем по меньшей мере 570 000 га пахотных земель.
Как бывший офицер стал сладким владыкой? Повстречаться с Форбс Худокормов не согласился. Однако его компания подразумевала провести в 2012 году IPO, сегодняшние и бывшие менеджеры и партнеры предпринимателя помалкивают. Форбс попробовал разобраться в истории построения коммерческой организации, которая занимает на данный момент четверть российского сладкого рынка.
Импортер
Сахар — это и сырье, и розничный продукт, подходящий всем и постоянно. Торговля им — занятие, не требующее сверхсложного оборудования и огромного капитала. Все это сделало сладкий бизнес сначала девяностых среди наиболее симпатичных занятий для предпринимателей первой волны вместе с торговлей компами, ввезенной электронной техникой и одежкой.
В Российской Федерации после краха Советского Союза было около сотни сладких заводов, вспоминает в разговоре с Форбс бывший генеральный директор соперника «Продимекса», «Сладкой организации «Разгуляй» Артур Черников. Свеклы, которую выращивали колхозы и совхозы, хватало на загрузку четверти мощностей этих заводов. Обратных средств у компаний не было, в экономике царствовал бартер. Открывшиеся возможности стремительно оценили будущие олигархи: «Альфа-Эко» Михаила Фридмана и «Менатеп-Импэкс» Михаила Ходорковского наладили импорт кубинского сахара-сырца в обмен на поставки на «полуостров свободы» российской нефти. Сахар с Украины и из европейских стран ввозили 500–600 маленьких компаний, вспоминает Черников.
Одной из этих маленьких компаний было зарегистрированное в 1993 году по адресу личной сочинской квартиры АОЗТ «Продимекс». Первой сделкой Худокормова была закупка сахара для Пензенского Облпотребсоюза на Украине, в Одессе — по последней мере, так утверждает бывший менеджер 1-го из больших соперников Худокормова. Каковой был порог входа на рынок? «Не было порога, — рассказывает Черников из «Разгуляя». — Есть вагон? Продал. Есть мешок? Продал». Суровым рыночным игроком числился человек с $30 000. «Разгуляй», который был основан сразу с «Продимексом», в первые три месяца 1994 года продал один вагон приобретенного на Украине сахара (60 т), во 2-м — два вагона, и так к концу года дело дошло до 6000 т. «Так полностью можно было сделать финансовую и сбытовую базу, позволявш?? развивать компанию», — рассказывает те времена Черников.
К самому прибыльному делу — кубинскому бартеру — новеньким типа «Разгуляя» и «Продимекса» было не подобраться: эти договоры заключались через тендеры МВЭС, наикрупнейшими импортерами были «Нафта-Москва» в паре с «Менатеп-Импэксом» и «Альфа-Эко». Однако маленькие компании обнаружили для себя свою нишу — Украину. В девяностых они меняли российский мазут на украинский сахар. С каждой тонны украинского сахара при оптовой стоимости $750 выходило $250 дохода, говорил в беседе журналу «Секрет компании» создатель еще 1-го соперника «Продимекса» — продуктовой организации «Русагро» Вадим Мошкович. Разговаривать о Худокормове и его бизнесе Мошкович не согласился, но Черников из «Разгуляя» вспоминает, что познакомился с основоположником «Продимекса» как раз на Украине, где тот занимался этим же самым.
Импорт украинского сахара добивал растившие сладкую свеклу российские колхозы и разорял российские перерабатывающие фабрики. В итоге в 1997 году правительство ввело ставки на ввоз продукции на ввоз белого сахара с Украины. Торговцы перебежали на закупки сахара-сырца и самостоятельное создание готового сахара, для чего понадобилось скупать фабрики. В то время «Продимекс» был уже одним из самых крупных российских импортеров сахара: ввозил 270 000 т сырца в год (столько же, сколько французский великан Sucden). Практически за 5 лет Худокормов из спекулянта сахаром перевоплотился в 1-го из самых крупных импортеров сырца и 1-го из первых фабрикантов: скупал фабрики один за одним. Один из участвующих сладкого рынка, который побеседовал с Форбс, заявляет, что посреди девяностых средства на развитие «Продимекса» отдал Иосиф Кобзон — не только звезда эстрады, да и авторитетный тогда бизнесмен, президент многопрофильного холдинговой компании «Московит», но сам Кобзон это опровергает.
Заводчик
«Слышь, твои ребята у меня в подвальном помещении посиживают — нужно бы стрелку забить» — так, согласно мнению управленца одной из больших российских продуктовых компаний, начинались диалоги о приобретении и продаже акций сладких заводов посреди девяностых. «Процедура захода на фабрики постоянно была с душком и на грани правопорядка, — рассказывает руководитель высшего звена одной из сладких компаний. — Их изымали местные преступники, главы администраций либо различные шустрые ребята. Раз «Продимекс» прошел через это, у них есть закалка».
Не только закалка, да и весь арсенал приемов девяностых. К примеру, еще в 1996 году Худокормов начал регистрировать компании собственной группы во внутреннем офшоре — но не в Республики Калмыкия, как почти все, а в вольной финансовой зоне (СЭЗ) на Алтае. В девяностых годах льготы, которые она давала, были больше чем значительными: в 1-ые два года после регистрации компания освобождалась от налога на доходы, предприятия сельхозотрасли 5 лет платили налог, сокращенный на тридцать процентов, потом — на двадцать процентов, НДС был меньше на двадцать пять процентов. Резиденты вольной финансовой зоны, которые зарабатывали зарубежную валюту, имели право оставлять для себя восемьдесят процентов и платить персоналу денежную заработную плату.
В 1998 году Худокормов зарегистрировал в СЭЗ «Алтай» организацию «Аквилон», которая имела приблизительно 20 взаимосвязанных компаний на территории всего государства. Приблизительно половина из них — дилеры, иная — личные охранные компании. Там же, на Алтае, скоро были зарегистрированы «Производственное объединение «Продимекс», «Торговый дом «Продимекс», которая управляет активами холдинговой компании «Объединенная сладкая компания». Однако эта СЭЗ уже не действует, почти все компании группы зарегистрированы на Алтае до настоящего времени.
В 1996 году Худокормов одним из первых на рынке начинает скупку сахароперерабатывающих заводов. За эти активы тогда разгорались истинные войны. Собственник «Разгуляя» Игорь Потапенко признавался в беседе журналу «Секрет компании»: «Скупали все, что плохо лежит… Может быть, кого-либо оскорбили». «У Худокормова не было криминального налета, присущего тем годам, — рассказывает Черников. — Он и его команда постоянно были степенными, не гнались за большими цифрами и не усердствовали перескочить из грязищи в князи». Означает ли это, что Худокормов был мягок и уступчив? Нет. «Они как танк шли, ползли к собственной цели», — полагает Черников. Они делали условия, чтоб никто иной не мог войти на интересовавшие их компании: кредитовали фабрики и окружающие свекольные хозяйства, поставляли технику, вкладывались в «социальную сферу». К 2003 году у «Продимекса» было больше всего заводов в сферы — 21.
Предел девяностых и двухтысячных на сельскохозяйственном рынке помнят как время, когда власти в несколько приемов резко ограничили — поначалу пошлинами, а позже квотами — импорт с Украины поначалу сахара, а позже и сахара-сырца (себестоимость сахара из ввезенного сырца была в полтора раза ниже, чем у изготовленного из отечественной свеклы). Квоты на ввоз необходимо было приобретать на тендере, и в 2000 году наикрупнейшие участники — «Евросервис», «Разгуляй», «Русагро», «Продимекс» и Sucden — так задрали их стоимость, что некое время вели торговлю сахаром в убыток.
У Худокормова нашлось засекреченное орудие и для данной войны. В 2001 году таможенники увидели нарастающие поставки с Украины так называемого водянистого сахара. На Украине сахар разводили водой и провозили в виде сиропа, который содержит семьдесят процентов сахара, по ввезенной ставке €8–9 за тонну (заместо €150 за внеквотный сахар-сырец). В Российской Федерации из него всего только выпаривали воду.
В 2002 году таможенная служба провела расследование, по итогам которого сообщили, что виновник — организация из России «Стелз Шугар» (по последней мере это единственная компания, признавшая свое участие в схеме). «Стелз» возила цистернами сладкий сироп с Одесского сахарорафинадного завода в организации «Продимекса». По данным расследования, за несколько месяцев 2002 года фабрики переработали 14 000 т сиропа. По расчетам присутствующих на рынке, переработано было более 70 000 т. «Возникновение этого сахара обрушило рынок сахара-сырца, подтолкнуло ветвь к кризису, а массы маленьких игроков — к уходу», — думает он.
Артур Черников называет внедрение «Продимексом» сиропа «неповторимым бизнес-решением, построенном на недоработках закона». Как он сообщил, Худокормов оказался в то время умнее других. «У меня это повлекло восхищение: почему не я?» — полагает он. Другие попробовали тоже пользоваться этой схемой, но поздно — правительство, стремительно сориентировавшись, подняло ставки и на сироп.
В 2003 году заградительные ставки сработали: ввоз тростникового сырца начал снижаться, стало прибыльно перерабатывать русскую свеклу. Как вспоминал в беседе отраслевому порталу Agro.ru действовавший тогда руководитель «Продимекса» Владимир Пчелкин, если в 1999 году доля свекловичного сахара в продажах его компании составляла пять процентов, то через 5 лет она доросла до сорок процентов. Пришла пора Худокормову стать не только фабрикантом, да и латифундистом.
Помещик
В 2001 году «Продимекс» начал брать толики в земельных компаниях и брать земли в аренду в Белгородской и Воронежской областях. Бессменный глава региона Белгородской области Евгений Савченко тогда интенсивно завлекал к для себя в область финансистов, также обещаниями земель и льгот по налогам. «Предприятие — это приложение к производству [сельскохозяйственной продукции]», — утверждал глава региона и утверждал что компаниям необходима собственная земля, что все от начала до конца должно выполняться на предприятиях одной группы. Для привлечения сельхозинвесторов сначала двухтысячных областное правительство выпустило постановление, отчасти освобождающее их от местных налоговых платежей. В область пришли и «Русагро» Мошковича, и «Евросервис» Константина Мирилашвили. «Продимекс» возник одним из первых. «Может быть, Худокормов был первым [кто начал брать фабрики и брать в аренду, а позже и получать угодья]», — рассказывает Алексей Севальнев, 1-ый заместитель руководителя Белгородского областного агропромышленного департамента.
Как он сообщил, на данный момент «Продимекс» — один из самых крупных арендаторов областного земляного фонда. Есть у компании и собственная земля — поближе к границе с Воронежской областью, в какой у нее больше всего заводов и земли. В Воронежской области у «Продимекса» 260 000 га, в Курской — приблизительно 46 000 га, земляные угодья еще есть и в остальных областях юга Рф. Всего же, по оценке присутствующих на рынке, в принадлежности либо аренде «Продимекса» располагается приблизительно 570 000 га. Это консервативная оценка: согласно мнению 1-го из собеседников Форбс, в активе «Продимекса» уже около 700 000 га (в самой компании предпочли не обсуждать эти числа). Это ставит компанию на одно из первых мест в числе латифундистов Рф. Столько земли только у агропромышленного холдинговой компании «Иволга», российского отделения многопрофильного казахстанского «Иволга-холдинговой компании» Василия Розинова — 650 000 га.
После краха Советского Союза в Российской Федерации осталось около сотни сладких заводов, и посреди 90х за них развернулась борьба.По данным консультационной компании BEFL, стоимость покупки сельхозземли в Белгородской и Воронежской областях составляет до 20 000 рублей за гектар (оценка по некоторым сделкам 2010 года). Если б вся земля Худокормова — а её площадь выше, чем у султаната Бруней в Юго-Восточной Азии, — находилась в принадлежности компании, её цена превосходила бы $388 млн. Но пока существенную долю собственных наделов «Продимекс» снимает в аренду.
Приобретение земель не всюду шло расслабленно. Если сначала «Продимекс» взял в аренду землю у окружающих его фабрики хозяйств, то к 2008 году, когда стал одним из самых крупных производителей сахара, начал действовать с позиции силы. Вот одна из историй, которые иллюстрируют царящие в сферы характеры. Как докладывало в 2011 году агентство Regions.ru, посреди двухтысячных годов в одном из районов Воронежской области больше 10 аграрных организаций, которые разводили свеклу, не сумели рассчитаться с банком. Местное управление решило, что хозяйствам можно посодействовать, объединив их. Так в 2004 году возникла организация «Авангард», которую Министерство сельского хозяйства сходу включил в рэнкинг 100 одних из самых крупных производителей сладкой свеклы в государстве (под номером 61): её земляные угодья простирались на 110 км, только под свеклой было занято больше 1300 га. И здесь возник «Продимекс»: как позднее говорил представителям СМИ экс-руководитель «Авангарда», тот условился с обладателями хозяйства о приобретении, согласовал сделку с банком-кредитором, руководителю дал обещание «вознаграждение» — 35 миллионов рублей. Получил руководитель только 3 миллионов рублей, начал судиться с подконтрольной организацией «Продимекса», которая купила хозяйство, но ушел несолоно хлебавши: компания-клиент была оперативно перерегистрирована из Горного Алтая в Воронежскую область, а позже доведена до банкротства. Оставшийся ни с чем руководитель «Авангарда» убеждал представителей СМИ, что земли его хозяйства накануне этого были переданы в другую структуру «Продимекса» (компания положение дел не комментирует).
Застройщик
Сразу со скупкой наделов Худокормов начал получать остальные земли, стоящие в 10-ки тысяч раз дороже сельских, — участки под стройку в столице России.
1-ый опыт, который получилось зафиксировать Форбс, — покупка гардинно-узорчатый предприятия «Гардтекс». Основное достояние предприятия — не текстильное создание, а территория больше полутора гектаров в «золотом» районе недалеко от Плющихой в центральном районе города Москва. Судя по отчетности предприятия, с 2002 года в её совет руководителей заходил один из собственников «Продимекса» Владимир Пчелкин и очередной руководитель высшего звена компании. В 2005 году московское правительство выпустило постановление о строительстве на её территории офисно-жилого комплекса. Вложения в стройку этого объекта оценивались в общую стоимость больше $100 млн. Проект не состоялся: новый глава города столицы Сергей Собянин, который сделал одной из собственных задач борьбу с «точечной застройкой», аннулировал инвестконтракт на Плющихе вместе с десятками остальных. Однако Худокормов, которому принадлежало восемьдесят два процента предприятия, при любом варианте не остался в убытке. «Рыночная цена этого земляного участка (1,7 га), обретенного в 2002 году, могла возрости на 20–тридцать процентов, а если на данном месте есть согласованный проект, тогда цена могла вырасти в пару раз», — оценивает Константин Лебедев, глава подразделения Cushman & Wakefield.
А вот на другом кусочке столичной земли — 11 га на Кутузовском проспекте — Худокормову получилось непревзойденно заработать. В 2004 году «Продимекс-Холдинг» одолжил 95 миллионов рублей расположенному недалеко от «Москва-Сити» Первому московскому приборостроительному заводу имени Казакова (МПЗ), в свое время производившему технику для авиационной техники. Через два года, судя по отчетности завода, долга уже не было, зато в числе владельцев акций завода возникли две компании: в 2005 году «Фонсьер» (71,3 %), а в 2006-м «Славиа Групп». Компании-основатели «Фонсьер» были зарегистрированы в Горно-Алтайске по тому же адресу, что и организации «Продимекса». Руководителем «Славиа» был генеральный директор организации «Продимекс лтд», а телефоны этих компаний совпадали. После нескольких легких операций с акциями и дополнительной эмиссии у «Славии» могло оказаться 85,1 % акций завода. При этом, при всем этом вдесятеро уменьшился пакет Федерального агентства по управлению госимуществом, который учреждение в 2006 году выставляло на торги. Участники были суровые: «Базэл» Олега Дерипаски (№14 в перечне Форбс, состояние — $8,8 миллиардов), Mirax Group Сергея Полонского и структура Столичного речного пароходства Романа Троценко (№104, $950 млн). Одолел «Базэл», заплатив астрономические 5 миллиардов рублей за, как он считал,15 % акций завода. Когда же было установлено, что доля быть может размыта в 10 раз, «Базэл» достигнул аннулирования результатов аукциона. Тягаться с таким противником Худокормову было не силам, и он, согласно информации СМИ, продал свою долю «Базэлу» и Mirax за $270 млн. В 2009 году Mirax вышел из проекта, а структуры «Базэла» открыли на территории завода Центр культурно-деловой активности Kazakova.
Партнер страны
Большая часть управляющих больших российских коммерческих организаций на вопрос, не намерены ли они реализовать компанию либо поделиться ею с финансистами, проведя IPO, обычно заявляют, что готовы будут сделать это, когда настанет время. Для Худокормова время настало в 2005 году: он начал обсуждать выход на биржу с финансовыми специалистами, избавляться от невыгодных заводов (в конечном итоге из 21 осталось 14). Компания выпустила CLN на $100 млн, раскрыла главных собственников и наняла нескольких управляющих высшего звена из большой германской сладкой компании Nordzucker.
Но «Продимекс», в отличие от успешно разместившихся соперников — «Разгуляя» и «Русагро», IPO не провел. В 2008 году компании помешал кризис. А в 2012 году исполнительный руководитель «Продимекса» Ахим Лукас уволился из компании, объяснив в письме команде и коллегам по бизнесу, что «в связи с положением дел на рынках капитала… эта стратегическая цель [IPO] неимоверна в скором времени» (письмо имеется в наличии Форбс).
Финансист в капитале «Продимекса», вообщем, возник — маленький, но очень авторитетный. В 2008 году у «Объединенной сладкой компании» (ОСК), которая управляет активами холдинговой компании, возник офшорный собственник — Prodimex Farming Group. 3,7 % капитала этой компании принадлежит, по данным регистратора компаний Кипра, банку «Глобэкс», а руководителем Prodimex Farming Group стал заместитель президента «Глобэкса» Алексей Иванов. При всем этом бывший собственник банка Анатолий Мотылев сказал Форбс, что «вхождение «Глобэкса» в капитал «Продимекса» произошло после передачи «Глобэкса» Внешэкономбанку» («Глобэкс», входивший в 10-ку одних из самых крупных личных банков, упал во время кризиса 2008 года и был куплен ВЭБом по распоряжению кабинета министров). Получается, одна из первых операций, которые сделал ВЭБ после приобретения банка «Глобэкс», — покупка толики в компании Худокормова.
Предприниматель нежданно получил в партнеры муниципальную корпорацию с безграничными финансовыми возможностями и административным ресурсом. Посчастливилось? Банкир, отлично осведомленный в ВЭБе, думает, что для Худокормова успешно сложились обстоятельства. Ведь у ВЭБа есть программа поддержки сельхозпроизводства, для реализации которой организовано особое управление, и компании требовалось показывать показатели.
Необходима ли сейчас предпринимателю, не стремящемуся к публичности, возня с финансистами? Как сообщил Форбс один из инвестбанкиров, в процессе устной презентации в рамках подготовки к IPO компания рассказывала, что в 2010 году при выручке $1,2 миллиардов её EBITDA составляла $170 млн, а в 2011-м планировалась на уровне $220 млн (выручка в 2011 году составила $1,4 миллиардов. — Форбс). Долг компании по результатам 2010 года — около $550 млн, другими словами немногим больше 3-х EBITDA, и, согласно мнению нашего собеседника, такая перегрузка не жутка для компании земельного сектора, «в особенности действенного исходя из убеждений урожайности». «Тем паче что их долги [как и у остальных сельхозпроизводителей и переработчиков] дешевенькие, субсидированные страной», — отметил финансист. Так что основному российскому латифундисту полностью уютно вести дела вдалеке от сторонних глаз.
При участии Елены Тофанюк
Источником новости является сайт Компромат.ру.
