Оригинал этого материала
© Фонтанка.ру, 16.02.2023, Фото: ФИА «Интерпресс»
Взлет и падение настройщика капитализма в Российской Федерации
Как Марк Горячев шел к своим млрд и к погибели
Марк Горячев В прошлую пятницу «Фонтанка» рассказала секрет пропажи 1-го из самых обеспеченных граждан Петербурга девяностых годов. Пиарщики выдумали для него девиз «настройщик капитализма в Российской Федерации». Марк Горячев 30 годов назад был одним из числа тех, кто закладывал базы новой Рф. Это история про то, по какой причине человек, вознесшийся к верхушкам личного благосостояния и власти, погрузился по частям в прорубь на Финском заливе.
Уникальный материал размещен в 2021 году в соцсети Русланом Линьковым, которые были очевидцем почти всех событий тех лет. С согласия автора редакция размещает сокращенную версию и меняет псевдоним героя авторского текста на реальную фамилию.
Белые рояли для темных людей
Перед тем как стать «настройщиком капитализма в Российской Федерации», Марк Леонидович Горячев был настройщиком на фабрике музыкальных инструментов «Красный Октябрь». Его рабочие будни не отличались многообразием. Каждое утро он приходил в цех, надевал голубий халатик, брал в руки камертон и сумку с ключами. Ему предписывалось в течение рабочей смены дать прекрасный глас 20 новым пианино. Горячев с нормой справлялся.
Монотонную жизнь настройщика до неузнаваемости изменил Константин Карольевич Яковлев. Некоторые называли его еще «Костей Могилой». В свое время он был землекопом на Южном кладбище, но с того времени сделал большой путь и числился в воровском мире смотрящим за Ленинградом.
Яковлев был другом руководителя «Красного Октября». с помощью ему на общем фоне снижения спроса на гобои, тромбоны, балалайки и баяны, музыкальная фабрика преуспевала. «Могила» знал толк в инструментах. В особенности в роялях.
Каждый раз после его приезда на «Красный Октябрь» несколько свежеизготовленных роялей отчаливали на юг к товарищам-сотрудникам Константина Карольевича — в сочинские, гагрские и батумские дома правителей мира «понятий» и «общака». Ажиотажным спросом у этой публики воспользовались массивные лакированные рояли белого цвета.
Константин Карольевич всецело закрывал все траты на их изготовка, перевозку и настройку в домах тех, кто видел особенный шик в прослушивании «Мурки» под аккомпанемент этих дорогих концертных инструментов.
В среднем за месяц «Могила» дарил своим товарищам 4 рояля. А сопровождать и настраивать их руководитель предприятия обусловил Марка Горячева. Выписывал ему постоянные «командировки» на Кавказ будто бы в целях «подбора специальной хвойной, лиственной древесной породы и войлока для обустройства внутренней машинерии роялей».
Все были довольны. Руководитель имел с этих роялей собственный процент, Константин Карольевич увеличивал авторитет в числе коллег по «общаковому» делу, а Марк Горячев безвозмездно путешествовал, смачно ел и безлимитно пил.
Однако в один прекрасный момент схема чуть не отдала сбой. Марк Горячев ещё до отбытия из Ленинграда не проверил музыкальный груз перед его перевозкой в Батуми. Там, в тронном зале «коронованной особы» местные рабочие вскрыли ящик, вытащили из него белый корпус рояля, затянутый прозрачной пленкой. Горячев разрезал её и, вознеся руки ввысь, стукнул по кнопкам. А в ответ…раздалась тишь.
Владелец дворца взирал на происходящее со собственного дивана. Горячев поднял крышку над декой и увидел снутри лакированной коробки рояля полное отсутствие струнной арфы. Молоточки клавишной группы заместо струн стучались в пустоту. Рабочие-упаковщики «Красного Октября» в спешке запихнули в ящик неукомплектованный экземпляр.
Марк Леонидович готовился к самому плохому. Однако владелец дворца похлопал его по плечу и осиплым голосом молвил:
— «И нэ нада! Тиха будэт!».
После этого вместе со свитой удалился из зала. Сердце Марка закончило усиленно колотиться.
Данная история его многому обучила. «Хватит настраивать рояли», — подумал он. А еще решил: «Пора делать средства!»
с помощью старшему товарищу Константину Карольевичу и своим поездкам по дворцам, он сообразил, как ему следует действовать. Горячев руководствовался тем, что государственный служащий, «красный руководитель» советского компании либо банкир, ничем не ужаснее «криминального лидера». И брать их можно нагими руками, пуская золотую пыль в глаза и балуя подарками в блестящей обертке со стразами и мишурой.
1-ая курица с золотыми яичками
В 1989 году Горячев уволился с предприятия музыкальных инструментов «Красный Октябрь» и зарегистрировал «Альянс Горячев».
Стартовать Марк Леонидович решил на Ленинградском заводе художественного стекла, а поточнее — в его музее. Руководителю компании он дал обещание организовать потрясающую выставку всей музейной коллекции в Италии и позже гастроль по государствам Западной Европы. В итоге турне о заводе вызнал бы весь Европа. Марк Горячев обещал миллионные инвалютные заказы, которые прольются дождём прямо на проспект Обуховской Обороны, где завод художественного стекла до того времени тихо стагнировал.
Марк Леонидович открыл внутри себя гипнотические возможности, магически действующие на различных руководящих лиц. Прельстив руководителя картиной перспектив, он представил ему контракт, в соответствии с которым в компанию Горячева перетекали права на безграничное по времени хранение музейной коллекции завода и эксклюзив на её экспонирование во всем мире. Руководитель завода худстекла соглашение подписал. А Марк Леонидович, не мешкая, вывез всю коллекцию компании к для себя на склад и назвал её продукцией «Альянса Горячев».
Поставив на баланс альянса чужое стекло, Марк Леонидович капитализировал свою компанию и пошёл за первыми банковскими кредитами, муниципальными субсидиями и дотациями.
Эту музейную стеклопосуду он закладывал и перезакладывал, где только мог. И под данный залог госчиновники и банкиры давали ему средства (постоянно ли бескорыстно — иной вопрос). Однако бизнес собственный Марк Горячев строил на том, что каждый новый кредит либо дотация должны были превосходить прошлые. При возврате средств прежнему заимодавцу лихой заёмщик оставлял в кармане значительную разницу. Однако большая доля от «дохода» перепадала и «полезным людям» из числа госслужащих, сотрудников правоохранительных органов и банковских служащих.
Руководитель завода художественного стекла в которой-то момент прозрел, кинулся на розыск пропавшей коллекции. Однако перспектив возвратить её в музей в то время уже не осталось. А Марк Горячев же сфокусировался на новой курице с золотыми яичками.
Магическая сила понтов
При помощи 1-го государственного служащего городской администрации он стал обладателем контрольного пакета компании «Цветочки» (с оранжереями в Таврическом саду).
Пока трудовой коллектив «Цветов» отбивался от захвата с поглощением «Альянсом Горячев», зачинатель «приватизации» оранжерей в следующем банке спешно разжился кредитными млрд, оставив экономистам-ростовщикам в качестве обеспечения «цветочные акции».
Актуальная надобность неизменного роста кредитного ранца и залоговых масс диктовала Марку Горячеву значимость привлечения к собственной работе пиарщиков и имиджмейкеров.
Розыск таких привели его к профессиональному писателю, который написал за 1-го популярного политика известную книжку о хождении во власть. Также к одной из наилучших режиссёров питерского телевидения и авторам творческого объединения «5-ое колесо». Марк Леонидович уверил их заняться его «личным ростом». Писатель и режиссёр выдумали для него видное созвучие слов: «Марк Горячев — настройщик капитализма в Российской Федерации!»
Он так обворожил режиссера, что та (вероятно, только бескорыстно) стала лепить из Горячева фигуру человека, который способен спасти Российскую Федерацию и вывести её из кризиса.
Банкиры, видевш?? бессчетные интервью Марка в передачах режиссера, соображали, что имеют дело с солидным суровым предпринимателем, не вызывающим подозрений. И с большим желанием ссужали ему средства. Кредитный портфель Марка Леонидовича толстел и тяжелел.
На очередные средства от торговли акциями «Цветов» он приобрёл в Скандинавии 30 эксклюзивных сборных древесных финских домиков (по 300 квадратных метров каждый). Петербургская таможня их пропустила в Российскую Федерацию, переименовав груз в «финский ламинат для персонального использования». Он стремительно прослыл щедрым другом целого ряда влиятельных госслужащих. Он даровал обладателям люксовых земляных участков в эксклюзивных пригородных кооперативах под Петербургом 20 финских домиков. В некоторых вариантах презенты в соответствии с документами считались «приобретением кубических метров дров для печного отопления».
Себя Марк Леонидович тоже не забыл. Накупил машин люксовых марок. Городским жителям Горячев запомнился верхом на красном «Ламборджини» низкой высадки. И это по питерским-то разбитым магистралям 1993 года! Однако понты того стоили.
В его кабинете на Невском проспекте, дом 7 (в помещении бывших касс «Аэрофлота»), даже потолок был драпирован люрексом. На десктопе Марка Леонидовича занимало почётное место огромное фото владельца кабинета недалеко от Отцом Римским Иоанном Павлом II.
С парижской химзавивкой, которые были поставлены в США фарфоровыми зубами, изготовленным в Риме носом целеустремленный Горячев решил выдвигаться в члены Государственной Думы. При этом, на интервью нёс такую несвязную чушь, что режиссерам приходилось монтировать его речи даже не по фразам, а согласно мнению. И все таки в декабре 1993 года из Марка Леонидовича общими усилиями слепили-таки парламентария.
Поединок с Владимиром Жириновским
Отправление парламентских возможностей Марк Леонидович начал с обустройства в столице России. На накопления от еще одного займа под приватизированные и заложенные «Цветочки» он взял в аренду апартаменты в правительственной резиденции в Серебряном Бору. В ней же обитал глава Государственной Думы Иван Петрович Рыбкин. При выбирании прибежища Горячев управлялся принципом — место проживания должно соответствовать масштабу амбиций.
Уже на 4-ый день работы Государственной Думы депутат Марк Горячев смог прогреметь. Однако не колоритными речами и законопроектами, а столкновением с Владимиром Жириновским в думской столовой.
Марк Леонидович там воспринимал еду, а Владимир Вольфович только прибыл со своими бодигардами (оформленными в депутаты членами фракции ЛДПР). Найдя отсутствие вольных столов, Владимир указал на Горячева и повелел своим «орлам» «выбросить этого очкарика».
Марк Леонидович, не дожидаясь внедрения физического действия, вскочил из-за стола и попробовал надеть на голову Владимира Жириновского стул. Бодигарды опешили от нежданности. На шум оперативно прибежала думская охрана. Владимир Вольфович с распухшей кровоточивой губой на выходе из столовой отдал интервью прессе. Он был приметно смущён и ошеломлён. Данному случаю предназначили аж целый развитие событий в программе «Время».
Совратить и обесчестить «5 канал»
Иной парламентской работой Марк Горячев не запомнился.
Однако без дела он не посиживал. Его ангел-хранитель — Константин Карольевич Яковлев в то время приценивался к Гос телерадиокомпании «Петербург — 5 канал». И Марк Леонидович, движимый заботой о свободе слова, решил ему посодействовать.
На счастье Горячева, директрисой «5-ого канала» была дама, которая приняла демократические мысли, но с бурным прошедшим секретаря парткома КПСС Ленинградского комитета по телевидению и радиовещанию. Ей «гипнотизер» Марк Горячев тоже смог вскружить голову, как до этого руководителю завода художественного стекла. Презентовал грандиозность их грядущего взаимодействия. Марк Леонидович представил теленачальникам фронтмена нового «бизнес-проекта», юного человека с грибной фамилией Опятков. Управлению «5-ого канала» «менеджера нового типа» отрекомендовали влиятельные аппаратчики из Смольного, и оно прониклось к Опяткову доверием. Так, что с пожелания юного дарования и с его же помощью в США была зарегистрирована компания с заглавием «Телевидение энд радио оф Санкт-Петербург Интернешнл».
Задействуя пробивную силу и мощь директрисы телевизионного канала, Опятков достигнул общегосударственного выделения финансовых средств на полное переоборудование петербургской телестудии. Средства поступили из казны России в муниципальную телеканал. Опятков одномоментно перевёл их в США на счёт упомянутой компании и дальше раскидал по своим личным счетам в банках.
Репортеры-расследователи позже раскопали, что из «оборудования для питерского телевидения» Опятков приобрёл на своё имя судно за 3 миллиона долларов. Судьба большей части других средств до настоящего времени остаётся практически неизученной.
В дни, когда банковские операции и манипуляции с средствами «5-ого канала» ещё совершались, а Опятков был ещё вне подозрений, Марк Леонидович подстрекнул «спонсорское» вручение наличных средств жену директрисы телерадиокомпании «Петербург — 5-ый канал». Получение супругом директрисы «пожертвований» на издание газеты Горячев и Опятков зафиксировали на видео и аудио…
Опустошив банковский счёт организации из США «Телевидение энд радио оф Санкт-Петербург Интернешнл», Марк Леонидович вместе с Опятковым устроили встречу с журналистами и представили представителям СМИ лихо закрученный триллер о вымогательстве взятки с легализацией денежных средств управлением российского муниципального телевизионного канала в Соединённых Штатах Америки. тогда же Опятков безнаказанно оставил Российскую Федерацию и отбыл на Карибское море, к собственной судне, забыв навечно государство, в какой сумел так отлично заработать.
Все же к планам Горячева и «Могилы» в тот раз судьба не была благорасположенна. Тв-канал на непродолжительное время достался другой экономически-промышленной группировке…
«Костя Могила» возьмет реванш и «5-ый канал» спустя несколько лет, когда губернатором Петербурга станет супруг соседки Константина Карольевича согласно его кабинету на улице Маяковского. Авторитетную поддержку «Могиле» окажет его партнёр из города Москва Бадри Патаркацишвили, вместе с которым они монополизируют рынок петербургской телевизионной рекламы, построят медиаимперию из 5 местных телевещателей и «Первого канала» Рф. Она просуществует до 2003 года.
Однако тогда, после первой провальной попытки поставить под контроль «5-ый канал», Марк Горячев тоски не проявлял. Во-1-х, он осуществил новый красивый пиарход — заплатил 20 тысяч долларов в организационный комитет Давосского Глобального финансового форума и направил в средства массовой информации пресс-выпуск о собственном в нем участии.
А во-2-х, Горячева увлёк новый проект. На этот раз на роль жертвы был назначен петербургский завод имени Козицкого, который выпускал телеки «Радуга».
Средства нерожденных телевизоров
Пользуясь парламентским мандатом, Марк Леонидович наладил прямое общение с гендиректором компании. Тот был одержим большими личными ожиданиями от совместных действий с Горячевым. Однако являясь дремуч в вопросах экономики и рынка, не до конца осознавал стоимость поручительствам и распискам. Руководитель выдал от имени завода Козицкого банку из республики Татарстан гарантийное поручительство под новый кредит в 300 млрд неденоминированных рублей для «Альянса Горячев». Будто бы на восстановление компании.
Счёт компании Марка Леонидовича резко пополнился. С того времени руководитель «Козицкого» Горячева не встречал.
Снова поднявшись на гребень денежной волны, Марк Горячев задумал очередной, уже политический, проект. Его устремления добивались завести личную партию. И он организовал «Движение народной консолидации», сокращённо — ДНК.
Средства неродившихся телевизоров «Радуга» Марк Леонидович направил на громкий реклама.
Он сформировал избирательный блок «ДНК» для довыборов в Законодательное собрание Петербурга осенью 1994 года. Средств на предвыборную гонку Горячев не жалел. Он собрал солянку из 20 претендентов и бросился завоёвывать власть.
В СКК около входа на станцию «Парк Победы» Марк Горячев разыгрывал в числе городских жителей машина ВАЗ 6-ой модели и презентовал перечень претендентов в депутаты.
На удивление наблюдающих лиц, предвыборная гонка блока «ДНК» показала значительный итог. Тому содействовали неимоверные валютные потоки от Марка Леонидовича. Путь «ДНК» к верхушкам фуррора был назад пропорционален движению завода имени Козицкого в долговую яму и к банкротству.
Политическая сила Горячева набрала на довыборах в городской парламент в общей сумме приблизительно 17 процентов голосов граждан, что стало нежданным триумфом. Однако при мажоритарной системе, которая тогда действовала в Санкт-Петербурге, от «ДНК» в Законодательное собрание прорвались всего два человека. Так что этот выигрыш для Марка Леонидовича стала пирровой. Её по праву необходимо считать точкой бифуркации. Отныне Горячева преследовали одна беда за иной.
Мультимиллионер на содержании шофера и секретарши
Вероломно подло поступил руководитель завода телевизоров «Радуга» имени Козицкого. Он указал банкирам и коллекторам прямой путь к Марку Леонидовичу. Как ком с горы на Горячева полетели требования возврата больше ранешних займов.
Чтоб защитить активы (квартиры, кабинеты и дома) от судебных исполнителей, Марк Леонидович повесил на объекты вывески: «Приёмная парламентария Гос Думы России Марка Леонидовича Горячева».
Однако это не выручило. К примеру, злые люди из 1-го из северокавказских регионов, которые представляют интересы популярного татарского банка, прямо около строения Государственной Думы забрали у Марка Леонидовича его красный «Ferrari». Они так не показали уважения к депутатской неприкасаемости, что отчасти повредили Горячеву поставленные в США дорогие фарфоровые зубы и изготовленный в Италии нос.
В которой-то момент от нехороший жизни у бизнесмена и парламентария Марка Горячева вошло в привычку занимать средства у парламентских представителей СМИ:
— У тебя есть средства?
— Незначительно. Вознаграждение на BBC как раз получил, 150 долларов.
— О, дай! Я скоро верну!
Так смотрелись обычные истории пополнения казны Марка Леонидовича эры его заката.
Репортеры звонили Марку Леонидовичу через месяц либо два, просили возвратить 150 долларов. Однако натыкались на недопонимание:
— Ты что, думаешь у меня нет средств? Да я тебе миллион дам! — орал в трубку Горячев.
— Миллион не нужно. Возвратите, пожалуйста, 150 долларов.
— Да это ты мне должен за то, что я к тебе отлично отношусь!
В Санкт-Петербурге сотрудников ФССП не приостановила табличка «приемной парламентария». Проникнув в его дом на Верейской улице, экзекуторы обрисовали имущество и задержали жалкие остатки коллекции музея завода художественного стекла, которой Марк Леонидович овладел до этого.
В декабре 1995 года Горячев бросил остатки средств на своё переизбрание в Думу. И здесь произошло ужасное.
Никогда не обижайте сотрудников ДПС
В парламентскую бытность Горячев сделал огромное количество нарушений дорожных правил. Гаишники накапливали обиду. В роковой для Марка Леонидовича час они нанесли ответный сокрушительный удар.
Дело развивалось так: Марк Горячев окончил сбор подписей граждан для еще одного выдвижения в Государственную Думу. Шел последний день подачи документов в окружную избирательную комиссию Столичного района Петербурга. Приблизительно за час до закрытия избирательного комитета Горячев с подписными листами и протоколами вышел из собственного модного кабинета на Невском проспекте, дом 7, сел в машину и тронулся с места.
Засада ожидала его сходу за углом, на Малой Морской улице. Гаишники приостановили Марка Леонидовича, потребовали набор бумаг на машину и со всех сторон заблокировали депутатский «Додж». Они тщательно инспектировали авто на угон, а обладателя на оплату прежних штрафов. Процедура продолжалась ровно час. Марк Леонидович бегал от 1-го сотрудника ДПС к иному и отрисовывал им сумрачные картины их грядущего. Однако время работало против Горячева. Когда его личность «установили», машину проверили и перечень нарушений исследовали, Марка Леонидовича отпустили с пожеланиями «неплохой дороги». Но было уже поздно. Избирательный комитет закрылся, а подписные листы потеряли свою ценность, превратившись в макулатуру. Кто знает, может, последние стопки валютных символов от телевизоров «Радуга» сделали волшебство, но под утро Марк Леонидович таки попал в числе зарегистрированных претендентов. Однако жители Санкт-Петербурга руководствовались на голосовании собственной логикой — Марк Горячев не был вновь избран.
И 1-ые станут последними…
Марк Леонидович без депутатского мандата смотрелся жаль. Кольцо невзгод вокруг него сжималось. К неприятностям с раздражающими займодателями и скупыми следователями добавились стихийные бедствия.
Летними днями 1996 года самовоспламенились сходу 10 финских сборных домов, которые Марк Горячев хранил и планировал реализовать по схожей стоимости, чтобы малость поправить финансовое положение. Этим же часом в одном из люксовых посёлков сгорел очередной дом — подарок бизнесмена Горячева.
А в Королевском Селе начал заниматься огнём оплаченный им у кабинета министров Петербурга дворец князя Юсупова. Пожары в лентах новостей стали крепко ассоциироваться с фамилией Горячев.
Марк Леонидович часами сиротливо посиживал в своём опустевшем кабинете на Невском 7 и пребывал в большом раздражении. Однажды, во время перерыва меж займодателями, его посетил журналист одной радиокомпании, чтоб взять интервью у экс-парламентария Государственной Думы, бывший-бизнесмена и «настройщика капитализма в Российской Федерации». Корреспондент начал задавать сложные вопросы, нежданно Марк Леонидович неистово закричал:
«Ты что, думаешь, у меня нет бабла?! Нннна!» И пустил по столу юзом к репортёру собственный золотой Rolex с бриллиантами на циферблате.
Журналист обалдел и толкнул часики по столу Горячеву назад.
Тот спешно угодие «будильник» на руку. Видно было, что Марк Леонидович при всей широте жеста с «дарением часов» чрезвычайно дорожил бриллиантовой финтифлюшкой.
Банкиры, преступники и руководителя «облагодетельствованных» Марком Леонидовичем компаний осаждали его крепость. Свирепствовали сотрудники ФССП, нахально изымали у него одну квартиру за иной, арестовывали счета и тс.
В которой-то момент стервятники, слетевшиеся на голову Марка Леонидовича, сделали вывод: решать вопрос с его долгами следует не с самим Горячевым, а с его «крышей» в лице знатного «Кости Могилы».
Константин Карольевич Яковлев энтузиазмом брать на себя обязанности Марка Леонидовича не горел. Однако обстоятельства так оборотились, что ему пришлось находить выход из сложившейся ситуации. «Костя Могила» выдумал возвратить Горячева к истокам — первому бизнес-проекту «настройщика капитализма в Российской Федерации». Он порекомендовал возродить из банкротного пепла Завод художественного стекла на проспекте Обуховской Обороны. «Могила» посоветовал суровым людям поставить Марка Леонидовича на пост антикризисного управляющего стекольного производства.
Банкротный руководитель Горячев воспрял духом и нашёл доводы для злопамятных банкиров, не простивших ему многомиллиардные долги. Марк Леонидович уверенно дал гарантии им возврат средств сходу, как выведет из раззорения и продаст «данный завод стеклотары».
Время текло, а денежка ростовщикам так и не возвратилась. Напряжение вокруг Горячева нарастало. Он и сам ощущал приближение трагедии. Старый заступник (Константин Карольевич) вдруг отдалился. Огромную часть времени каждый день съедали походы к сотрудникам следствия на дачу показаний по бессчетным уголовным делам. В январе 1997 года с цепи сорвалась прокуратура, и её укусы делались все больнее.
В том же 1997 году, ранешным рабочим утром 4 марта Марк Леонидович по традиции двигался как обычно выручать от раззорения Завод художественного стекла. Неизвестная нужда изменила его обычный маршрут от пригородного дома в посёлке Песочное до заводоуправления на проспекте Обуховской Обороны. Горячеву в срочном порядке пригодилось завернуть в магазин «Молодой техник» напротив Торжковского рынка.
Он поставил на стоянку Volvo 850 недалеко от торговой точкой и здесь же был вытащен из машинки 3-мя неведомыми. Те перегрузили его в белые «Жигули» и увезли. Несколько часов спустя полиция нашла пустующую Volvo 850 и очки в оправе из желтоватого сплава. След их владельца взять не получилось.
средства массовой информации пестрили версиями и гипотезами. Как самыми фатальными, так и с хэппи-эндом. Говорилось, что «экс-парламентарий мог инсценировать своё похищение». Однако следствие не сумело удостоверить либо опровергнуть ни одну из предположений. Информированный сотрудник надзорного органа рассказал в личной разговоре о малоизвестном факте из материалов розыскного дела. Сказал, что в августе 1997 года, после того, как на углу Невского проспекта и улицы Рубинштейна был расстрелян вице-глава региона Петербурга Михаил Маневич и осматривались все расположенные рядом к месту звучного убийства подвалы и чердаки, в одном из домов сотрудники оперативных подразделений будто бы натолкнулись на… окровавленную сумку с визитками и бумагами Марка Горячева. Однако экспертиза выяснила, что кровь на сумке и личных вещах подразумеваемой жертвы похищения — кошачья…
На общем собрании представителей СМИ-кредиторов бизнесмена Горячева (каждому из которых он остался должен от 150 до 300 долларов), журналист издания «Ведомости» цинично подытожил:«Умопомрачительный человек, не оставил после себя ничего. Даже собственного тела».
***
Спустя двадцать пять лет появилась информация, что «настройщик капитализма в Российской Федерации» был расчленен и опущен по частям в прорубь на Финском заливе наиблежайшими подручными человека, который в свое время расчудесным образом изменил его монотонную жизнь, кому он должен был свои взлетом и кого считал своим заступником — «Кости Могилы». (детали тут) История жизни и погибели Марка Горячева припоминает сразу ужасную сказочную историю и философскую притчу.
Если Вас заинтересовала новость:
- Ниже на странице вы можете видеть взаимосвязанные статьи (при их наличии).
- Обратите внимание на ссылки, имеющиеся в статье, за ними содержится дополнительная информация.
- Воспользуйтесь поиском на сайте для получения дополнительных материалов по интересующей вас теме.
