Офшорные зоны, кредитная карусель и налоговые искусные приёмы связанного с Лукашенко белорусского «рыбного короля» Александра Мошенского
Александр Мошенский Данный материал подготовлен в сотрудничестве с сотрудниками из LRT (Литовская Республика) и Heimildin (Исландия) при помощи «Киберпартизан» и OCCRP.
Июнь 2023 года, северо-восток Франции, Страсбург. Парламентская ассамблея Совета Европы собралась на 2-ой день летней пленарной сессии. С трибуны выступает народный избранник от Исландии Торхильдур Сунна Эварсдоттир. Она гласит о Беларуси, а поточнее — о выдающемся предпринимателе в современной истории нашего государства. Это не похвальная речь о его наградах. Напротив, депутатка думает, что данный беларусский предприниматель был должен оказаться в санкционных перечнях ЕС:
«Мне постыдно за данные, что Исландия употребляла свою дипломатическую власть в Европейском Союзе, чтоб исключить его из санкционных списков. У меня есть надежда, что скоро мы станем страной, проявляющее полную солидарность с народом Беларуси, вне зависимости от того, касается ли это тем или иным образом наши интересы в сфере экономики».
Идет речь об Александре Мошенском — «рыбном короле» Беларуси. Его главные активы — «Санта Бремор» и «Савушкин продукт». С Исландией Мошенского связывают практически два десятки лет дипломатических и бизнес-отношений. В 2006 году он даже стал знатным консулом государства в Беларуси. Эти связи могли спасти его от европейских санкционных мер, узнали наши соратники из издания Heimildin. По имеющимся у них сведениям, представители исландского Министерство иностранных дел сделали свыше 30 звонков в Евросоюзе, лоббируя интересы Мошенского. Он вправду был под ударом: летал с Лукашенко на правительственном лайнере, оказывал ему поддержку на голосовании, получил орден из его рук.
Возможная причина, по которой санкционные меры обошли Мошенского стороной, — он не получает финансовые выгоды от связей с белорусскими руководством. Расследователи БРЦ узнали, так ли это в действительности.
Офшорный спрут
Предприятие «Санта Бремор», популярное рыбной продукцией, возникло в 1998 году. Его основал экс-руководитель конструкторского бюро Брестского электромеханического завода Михаил Мошенский. В 2000 году он погиб, и бизнес перебежал сыну Александру.
«Санта Бремор» позиционирует себя как беларусско-германское предприятие, что предполагает зарубежные вложения в проект. На 1-ый взор, так и есть. По сведениям из официальных источников, главную долю в компании держит под контролем Александр Мошенский: пятьдесят процентов — впрямую, еще пятнадцать процентов — через контролируемую беларусскую организацию «Санта-Сервис». Оставшиеся тридцать пять процентов «Санта Бремор» принадлежат германской организации Bre Meer GmbH. с помощью нашим партнерам из OCCRP мы узнали, что корнями эта компания уходит в офшорные юрисдикции.
С 2014 по 2018 год германская Bre Meer GmbH принадлежала организации Alpha Mar Foundation, которая зарегистрирована на Сейшельских островах.
Данная юриспунденуия — традиционный офшор с нехороший репутацией, где фактически не платят налоговые платежи. Выгодоприобретателем сейшельской Alpha Mar Foundation в это время был Александр Мошенский. Про это стало понятно из отчетов кипрской компании Alpha Mar Limited, которая контролировалась сейшельским офшором. Другими словами Bre Meer GmbH управлял он сам, но не некоторый германский партнер.
В 2018 году у Bre Meer GmbH поменялся собственник. Место сейшельской компании Alpha Mar Foundation заняла компания Santa International Foundation, которая располагается на полуострове Джерси.
Данная английская юриспунденуия тоже считается офшорной и не открывает собственников зарегистрированных там компаний. Однако мы обнаружили связи компании из Джерси с кипрской компанией Newride Services Limited.
Ей обладает дочь Александра Мошенского — Яна.
Как видим, за вывеской беларусско-немецкого компании «Санта Бремор» прячется спрут из организаций, зарегистрированных в офшорах, следы которого ведут к родным Мошенского.
Для чего предприниматели делают компании в офшорных зонах, разъясняет аудитор Абдулвахед Алобали:
«Организации, зарегистрированные в офшорах время от времени могут употребляться в нелегальных целях, таковых как уклонение от уплаты налоговых платежей, легализацию финансовых средств либо остальные денежные преступного деяния . Офшорные юрисдикции нередко делают подходящую среду для этот работе благодаря нескольким факторам: секретность и тайность, низкие либо нулевые налоговые платежи, трудные корпоративные структуры, слабенькое регулирование и правоприменение, банковская тайна».
Мы не заявляем, что Александр Мошенский замешан в каких-то денежных преступных действиях. Но наличие компаний в офшорных юрисдикциях — это повод приглядеться к его бизнесу.
Кредитный улов
БРЦ исследовал схему работы «Санта Бремор». Рыбное сырье для производства компания приобретает в Норвегии, Исландии, Южной Америке и Азии. Доставляют груз через порт в Клайпеде. С этой целью в 2016 году «Санта Бремор» основала в Литовской Республике подконтрольную организацию Santa Trade. Данная компания ввозит рыбу в Литовскую Республику и потом перепродает её в Беларусь головной организации «Санта Бремор». При всем этом в Santa Trade работает всего три человека, следует из отчетов компании, которые мы получили благодаря литовским сотрудникам из LRT.
В 2016 году Santa Trade взяла кредит у английской компании Max Credit Investment Limited — «для воплощения срочных платежей и ублажения необходимости в обратных средствах». Начальные условия сделки: больше €28 млн евро под два процента годовых. В 2017 году размер займа прирастили практически до €38 млн, но процентная ставка осталась прежней — два процента. Что существенно ниже рыночных ставок в Англии и ЕС: обычно они превосходят четыре процента годовых, гласит аудитор Абдулвахед Алобали.
Мы исследовали деятельность Max Credit Investment Limited — щедрого кредитора литовской дочки «Санта Бремор».
Из отчетов Max Credit Investment Limited получается, что в 2016 и 2017 годах её головной организацией была та сейшельская компания Alpha Mar Foundation. Однако связи меж ними были налажены еще ранее.
Из числа тех же документов мы узнали, что по состоянию на 2014 год Max Credit Investment Limited имела больше $170 млн кредитов от все той же сейшельской Alpha Mar Foundation, выгодоприобретателем которой в то время был Александр Мошенский. Выходит, одна компания предпринимателя выдавала кредиты иной, при этом по заниженной ставке.
«Взимание чрезвычайно больших либо невысоких процентов по внутрифирменным кредитам быть может попыткой манипулировать налогооблагаемым доходом вовлеченных компаний, что приводит к уклонению от уплаты налоговых платежей либо иным денежным нарушениям», — сообщил БРЦ аудитор Абдулвахед Алобали.
На Балтийском берегу
В Литовской Республике, где зарегистрирована Santa Trade, брать кредит от связанной компании разрешено, но размер займа не должен превосходить свой капитал компании больше чем вчетверо. Этот закон приняли, чтоб бизнесы не занижали налоговую нагрузку. Мы проверили, соблюдает ли его Santa Trade, исследовав отчеты компании. Свой капитал компании в 2016 году, когда она получила кредит, был отрицательный — около €1 млн. Это в 25 раз менее, чем размер займа.
В 2020 году в Max Credit Investment поменялся собственник, и на бумаге компания растеряла связь с Мошенским. Новым выгодоприобретателем английской компании стал исландский спец по управлению активами Kарл Конрадсон, работающ?? с ней пятнадцать лет. По имеющимся сведениям источника БРЦ, Мошенский знает Конрадсона лично.
В 2022 году Santa Trade возвратила кредит Max Credit Investment. За 5 лет по данному займу она выплатила около €3,6 млн процентов.
Со времени основания и до настоящего времени Santa Trade работает с отрицательным капиталом, но не банкротится за счет займа от английской компании.
В литовской налоговой рассказали, что отрицательный капитал может возникать по различным причинам, но сам по для себя не значит, что компания избегают уплаты налоговых платежей. Если компания имеет налоговый убыток на протяжении нескольких лет, у инспекторов могут появиться колебания, была ли она предназначена для получения финансовой выгоды.
«Бывают положении, если устанавливается, что компания искусственно несет только налоговые убытки за непрерывный период, неоправданно подлежащие вычету согласно законодательству о подоходном налоге, либо что деятельность компании не соответствует финансовой логике (к примеру, была искусственно включена в группу компаний). Это может привести к дополнительному начислению налога на доходы», — сообщила Рута Асадаускайте, начальница отдела коммуникаций Налоговой администрации Литовской Республики.
В итоге, Александр Мошенский обладает рыбным делом в Беларуси отчасти впрямую, а отчасти через офшорные зоны. Норвежская и исландская рыба попадает в Беларусь через учрежденную «Санта Бремор» в Литовской Республике компанию, существующ?? за счет кредитов от тех же офшорных зон Мошенского. Сделки меж организациями походят на кредитную карусель с признаками занижения налоговых платежей. Эти манипуляции предприниматель проводит за рубежом. Чтоб осознать, как это отражается на работе Александра Мошенского в Беларуси, необходимо для начала приглядеться к его личности.
В одной лодке с органами власти
Александр Мошенский заходит в 10-ку самых удачных и имеющих влияние предпринимателей нашего государства. Очередной его актив вместе с «Санта Бремор» — предприятие «Савушкин продукт», выпускающее продукты из молока.
Вести подобные большие бизнесы в государстве, где в почти всех сферах экономики доминирует правительство, быть может тяжело. Примеры остальных больших бизнесменов демонстрируют, что для фуррора время от времени необходимо проявлять политическую лояльность. Мошенский её проявлял. В 2010 году он был доверенным лицо Лукашенко на голосовании и оказывал ему поддержку политику.
«Я думаю, что нам вернее двигаться методом каких-либо текущих изменений с работающей властью, чем уходить в какие-то революционные дела. Я заинтересован в стабильности», — говорил Александр Мошенский в ноябре 2010 года.
Через 2 года и 6 месяцев после тех голосования предприниматель получил от Лукашенко орден за награды перед отечеством. Тогда же по личному указанию Лукашенко и без проведения аукциона «Савушкин продукт» скупил муниципальные фабрики: Барановичский молочный комбинат и Берёзовский сыродельный комбинат. Стоимость на последний, по неким оценкам, могла быть занижена.
БРЦ обратился к Александру Мошенскому за пояснением про детали этих соглашений. В ответном письме предприниматель подчеркнул, что с 2010 года акции госпредприятий, которые перерабатывают сельскохозяйственную продукцию, в Беларуси можно приобрести только по согласованию с Лукашенко. Условия реализации необходимо за ранее утвердить в облисполкоме, к которому относится создание.
«Наперекор вашим [БРЦ] подозрениям о льготной стоимости покупки, компании [“Савушкин продукт”] пришлось заплатить за муниципальную долю вчетверо выше, чем акции стоили на бирже. На принятие решения о приобретении воздействовали две главные предпосылки: применимая усредненная стоимость всего пакета акций, наш расчет на увеличение продуктивности компаний за счет синергии и специализации производств», — сообщил Александр Мошенский.
В окружении Лукашенко — как рыба в воде
После избирательной гонки 2010 года отношения меж Мошенским и Лукашенко не закончились. Расследователи БРЦ изучили перелеты предпринимателя и нашли в их числе несколько увлекательных отправлений.
В 2016 году правительственный Боинг-767 вылетел из Минска в Доху. Лукашенко направился с официальным приездом поначалу в Катар, позже — в Объединенные Арабские Эмираты. На борту был только близкий круг Лукашенко: его ассистент Николай Корбут, личный сторож Николай Латышенок, глава пресс-службы Наталья Эйсмонт, личный доктор Светлана Коношенко, младший сын Николай и старший сын Виктор. Компанию им составили несколько предпринимателей: Александр Шакутин, Сергей Тетерин и Александр Мошенский.
Кроме того, мы обнаружили два перелета Александра Мошенского в компании Дмитрия Лукашенко и его семьи. В марте 2013 года они вместе летели из Стамбула в Минск, а в августе 2019-го — из Минска в Пизу.
На данном связи Мошенского с родственниками Лукашенко не завершаются. Он заходит в центральный совет Президентского спортклуба, возглавляющ?? Дмитрий Лукашенко.
За близкие связи с Лукашенко и членами его семьи почти все беларусские предприниматели поплатились. Те же Александр Шакутин и Сергей Тетерин, которые, как и Мошенский, направлялись в Доху вместе с Лукашенко, попали под санкционные меры Европейского Союза. В блэклист их включили не только за связи с сегодняшними властными структурами Беларуссии, да и за получение от них личной выгоды для собственных бизнесов. Мошенского в схожем не укоряли.
Льготы текут рекой
В конце девяностых власти Беларуси начали создавать вольные финансовые зоны. Делали это, чтоб подымать экономику регионов и развивать сверхтехнологичные, экспортоориентированные производства в государстве. На данный момент, на самом деле, это типичные офшорные зоны снутри государства. Предприятие «Санта Бремор» с момента основания располагается в вольной финансовой зоне «Брест». Тогда предприятие вправду выпускало новый для государства продукт — филе сельди в вакуумной упаковке. На данный момент этим никого не удивишь, но «Санта Бремор» все еще является резидентом СЭЗ «Брест». Это дозволяет предприятию получать разные льготы от страны. К примеру, оно не платит налог на доходы, если реализует свою продукцию на экспорт.
Мошенский признавался представителям СМИ, что достиг успешности также благодаря помощи от государства:
«Касательно “Санта Бремор”, то если б мы были вне СЭЗ, рост компании был бы больше неспешным. Предоставленные льготы увеличивают конкурентоспособность в Российской Федерации, Украины, в государствах, где таможенное и налоговое нормативно-правовые акты различается от законодательства Беларуси».
За годы работы «Санта Бремор» разрослась. Сейчас компания состоит из 6 цехов, на которых работают около 5 тысяч служащих. Соперники Мошенского такими масштабами повытрепываться не могут, да и резидентами вольных финансовых зон они не являются. При всем этом их вклад в беларусский бюджет сравним с тем, что заносит в него «Санта Бремор», которая получает льготы от страны.
К примеру, новогрудское предприятие «Леор Пластик», которое также выпускает пресервы с сельдью, за прошедшие 3 года заплатило в бюджет больше $4,5 млн налоговых платежей на доходы. «Санта Бремор» за этот же период направила в государственный бюджет на $946 тыс. больше, однако её прибыль до выплаты налоговых платежей была в 8 раз выше, чем у соперника. Александр Мошенский в собственном письме объяснил БРЦ, почему так случилось:
«Размер уплачиваемого налога на доходы определяется не только самой ставкой налога, да и рядом остальных причин. Главной из них — вложения. Налоговое нормативно-правовые акты провоцирует вложения в развитие производства через применение плательщиками инвестиционного вычета. А также, сумму уплачиваемого налога на доходы уменьшает спонсорская помощь компаниям здравоохранения. За тот период работе, который вас интересует [на протяжение предыдущих трёх лет], на благотворительную деятельность организациями группы компаний “Санта” направлено порядка $6 млн».
По нашим подсчетам, благодаря такому принципу подсчета налога на доходы «Санта Бремор» только за прошедшие 3 года «сберегла» практически $32 млн. За эти средства можно выстроить новый рыбный завод либо отлично снаряженные больницу на 800 гостей и школу на 720 мест. «Санта Бремор» пользуется льготами уже двадцать пять лет.
Вывести на чистую воду
Возвратимся к началу нашей публикации — к санкционным мерам. Фигура Мошенского ни один раз вызывала интерес у европейских регуляторов. В темные перечни Европейского Союза он мог попасть сходу по прошествии голосования 2020 года, которые сопровождались широкомасштабными протестными акциями беларусов и их твердым угнетением руководством. Как предпринимателю получилось недопустить западных ограничений себе и собственных активов, он объяснил в ответе для «Нашай Нівы», но деталей уточнять не стал:
«Я считаю, что у тех, кто составляет эти перечни, есть определенные аспекты включения. Наверняка, нормально ставить вопрос про то, соответствует ли “Санта Бремор” этим аспектам? Может, мы расстреливали митингующих? Может, мы — “кошельки”, — в терминологии создателей? Я не думаю. Я считаю, что они принимают решения не на основании инфы, кто сколько рыбы поставляет, а на основании остальных критериев, которым “Санта Бремор” не соответствует».
Наше расследование продемонстрировало, что бизнес Александра Мошенского не этот незапятнанный, каким он пробует его представить: БРЦ нашел компании в офшорных зонах, вероятные манипуляции с налогами в Литовской Республике, связи с Лукашенко и его родственниками, покупку госпредприятий без торгов и льготы, которых нет у соперников.
Вероятно, понимая шаткость собственного положения, Мошенский уже осуществил шаги, чтоб оградить от опасности бизнес от последствий в случае собственного попадания в санкционные перечни. У литовской компании Santa Trade, существующ?? благодаря кредиту, спустя полтора месяца после начала войны в Украине поменялся собственник. Сейчас Santa Trade принадлежит не «Санта Бремор», а кипрской компании Newride Services Limited. с помощью OCCRP мы узнали, что этой компанией обладает дочь предпринимателя Яна Мошенская.
В соответствии с документами, Яна Мошенская живет в столице Великобритании. Там она обучалась в школе экономики. Кипрская компания дочери Мошенского обладает иной компанией в Испании, на которую записан особняк неподалеку от Барселоны. Приобретенное практически за €3 млн трехэтажное здание размещено приблизительно в двухстах метрах от моря.
Однако интересы бизнес-леди распространяются не только на Литовскую Республику и Испанию. После начала войны на нее также переписали компании Мошенского в Украине. На данный момент они находятся в подвешенном состоянии, так как региональные властные структуры задержали их имущество из-за беларусского происхождения собственников.
Это, может быть, станет причиной для последующих проверочных мероприятий бизнес-активов Александра Мошенского. Остальные приближенные к Лукашенко предприниматели уже издавна попали под санкции Европейского Союза. Мошенскому получилось их недопустить, пользуясь поддержкой исландских дипломатов. Судя по речи на пленарной сессии ПАСЕ, в их числе уже есть противники таковых действий.
БРЦ попросил Александра Мошенского откомментировать его солидарные перелеты с Александром Лукашенко, управление организациями, зарегистрированными в офшорах, наличие бизнеса в Литовской Республике и кредитную карусель с признаками занижения налоговых платежей, в какой принимают участие связанные с ним компании. Он не согласился отвечать на эти вопросы:
«Оставлю в стороне те из ваших вопросов, затрагивающ?? лично меня и мою семью, также вопросы, задача которых — причинить ущерб мне и иным людям. В данной части могу только объяснить, что все компании, к которым я имею отношение, создавались и производят свою деятельность согласно закону».
Единоличная вину за хоть какое содержание, поддержанное Европейским Фондом Медиа и Инфы (European Media and Information Fund, EMIF), лежит на авторе/авторах, оно не непременно отражает позицию EMIF и партнеров Фонда — Фонда Галуста Гюльбенкяна (Calouste Gulbenkian Foundation) и Института Евро института (European University Institute).
Если Вас заинтересовала новость:
- Ниже на странице вы можете видеть взаимосвязанные статьи (при их наличии).
- Обратите внимание на ссылки, имеющиеся в статье, за ними содержится дополнительная информация.
- Воспользуйтесь поиском на сайте для получения дополнительных материалов по интересующей вас теме.
