Экс-ректор КФУ негодует, что оказался за решеткой по показаниям членов ОПГ, выторговывающих УДО. «В России еще не было ни одного случая, чтобы ректора крупнейшего вуза России сразу же по обвинению криминальных авторитетов помещали за решетку без медицинской помощи, свиданий с адвокатами, а тем более с родственниками!» — восклицал Ильшат Гафуров на заседании суда, где его защитник обжаловала сам факт возбуждения дела. В своих аргументах адвокат активно использовала состоявшиеся приговоры: мотивы убийства Айдара Исрафилова, подстрекательство к которому вменяют Гафурову, давно установлены, но дело почему-то все равно возбуждают. В свое обвинение спустя полгода заключения глубоко вник и Гафуров, дословно цитировавший дела давно минувших дней. Подробности — в материале «БИЗНЕС Online».
Адвокат Гафурова: у него не было мотива для убийства Исрафилова
На прошлой неделе экс-ректор КФУ Ильшат Гафуров пытался оспорить факт возбуждения уголовного дела в отношении себя. Жалобу рассматривал Басманный суд, но сам Ильшат Рафкатович был по видеосвязи — он по-прежнему находится в СИЗО Тольятти, где проходит психиатрическую экспертизу. Подробности этого заседания стали известны «БИЗНЕС Online».
Интересы Гафурова вместе с его доводами против возбуждения дела отстаивала в суде адвокат Ольга Нарышкина. Сначала она напомнила, как 21 декабря 2021 года руководитель ГСУ СК РФ Денис Колесников возбудил в отношении экс-ректора КФУ дело по двум эпизодам: подстрекательство к приготовлению к убийству и подстрекательство к убийству елабужского бизнесмена Айдара Исрафилова в 1999 году.
«Считаю, что данное постановление [о возбуждении дела] подлежит отмене как незаконное и необоснованное, поскольку мотив в инкриминируемом преступлении у Гафурова отсутствовал и фактически уголовное дело направлено на переоценку обстоятельств, установленных судами по ранее возбужденным делам, по которым уже вынесены приговоры, в том числе по этим двум эпизодам. Данные приговоры вступили в силу, прошли проверку вплоть до Верховного суда России», — аргументировала в суде Нарышкина.
Приговоры, о которых шла речь, вынесены Верховным судом РТ. Первый — 17 июля 2006 года в отношении Адыгана Саляхова (Алика), Юрия Еременко (Еремы), Фарида Хисамутдинова (Хисы). Второй — 2 марта 2017 года в отношении Рузаля Асадуллина (Рузалик).
«[Приговорами] установлено, что убийство Исрафилова совершено из-за противоречий внутри преступных группировок в ходе борьбы за достижение лидерства, в погоне за наживой и расширением сфер влияния в целях достижения лидерства в преступной иерархии и целью личного обогащения конкретных преступников», — практически цитировала адвокат прошлые судебные решения. В отдельное производство, напомнила она, было выделено только дело в отношении предполагаемого исполнителя убийства — киллера Игоря Кулясова (Олесика), который объявлен в розыск.
Нарышкина отметила, что Исрафилов сам был создателем группировки «Айдароновские», а в 1999 году, как следует из тех же самых приговоров, у него возник конфликт с подручным — Шакировым. Последний обратился к Рузалику с просьбой убрать Исрафилова за $100 тысяч. Сам Рузалик в суде говорил, что «заказ» поступил от Шакирова, который хотел занять место Исрафилова в группировке. «О причастности Гафурова к какой-либо преступной группе и преступлениям, в том числе к убийству Исрафилова, ни в ходе судебных разбирательств, ни в ходе предварительного следствия по данному делу никто из свидетелей, потерпевших, подсудимых не заявлял, — подчеркнула адвокат и еще раз повторила. — Мотив совершения преступления указанными приговорами был установлен совершенно иной — разборка внутри преступных группировок, борьба за лидерство внутри них».
А в постановлении о возбуждении дела сказано, что Гафуров «из личных неприязненных отношений в связи с конфликтом интересов с потерпевшим Исрафиловым» якобы «склонил Саляхова», а затем и Шакирова «организовать убийство [Исрафилова] за денежное вознаграждение». «Возникает вопрос: на каком основании постановление о возбуждении дела заново переоценивает обстоятельства, установленные вступившими в силу приговорами суда?» — вопрошала адвокат. По ее словам, в таком случае дело должно было возбуждаться по представлению прокурора и только через суд.
Почему не Липский
Впрочем, по словам адвоката, даже если не брать в расчеты приговоры, в которых прописан мотив убийства Исрафилова, у Гафурова все равно не было мотива для преступления. Нарышкина углубилась в историю: в 1999 году, когда Гафуров являлся главой Елабуги, он начал проводить инвентаризацию. Поводом для этого стала передача районам полномочий по формированию бюджетов. Иными словами, районы должны были зарабатывать сами. Поэтому, по словам адвоката, Гафуров начал «изыскивать средства». Обнаружилось, что часть зданий и земель незаконно использовали «коммерческие структуры», в том числе и те, которые были под контролем Исрафилова. Например, клуб на территории кинотеатра «Кама»: работали без кассовых аппаратов, «коммуналку» не платили, за аренду и пр. Гафуров же, подчеркивала Нарышкина, пытался вернуть это не работающее на район имущество в муниципальную собственность, попутно подкрепляя свои намерения заявлениями в полицию. И проверки по просьбам главы Елабуги проводились.
«Политика Гафурова как главы администрации проводилась в целях упорядочивания использования муниципального имущества, она была обоснована сложившейся экономической ситуацией, а не какой-либо неприязнью к какому-либо лицу, в том числе к Исрафилову», — заявила Нарышкина. Адвокат даже предположила, что, наоборот, сам Исрафилов покушение на себя использовал «для дискредитации главы города».
Отсекла она также и мотив возможной конкуренции Гафурова и Исрафилова на выборах главы администрации. По словам Нарышкиной, в 1998–1999 годах эта должность была не выборной, а назначался на нее человек по решению президента Татарстана.
Отметила адвокат и процессуальные нарушения, которые, по ее мнению, имели место при возбуждении дела. Их суть в том, что Гафуров в тот момент был избранным депутатом Госсовета РТ VI созыва. А значит, указала адвокат, возбуждать дело в отношении него мог руководитель следственного органа по региону — в случае с Татарстаном это руководитель СУ СКР по РТ Валерий Липский. Однако возбудил дело руководитель федерального ГСУ СКР Колесников.
Ссылаясь на все вышеописанное, адвокат Нарышкина попросила суд признать постановление о возбуждении дела «незаконным, необоснованным» и обязать силовиков устранить нарушения.
А что Гафуров
Экс-ректор был многословен — было заметно, что он готовился к заседанию и подробно анализировал материалы. Например, ссылался на показания членов ОПГ «29-й комплекс», которые были в постановлениях об избрании и продлении ему меры пресечения. Мол, Саляхов, например, в 2020 году (будучи в колонии) говорил, что «отказался от совершения убийства Исрафилова», потому что после публикаций в СМИ боялся, что подумают на него. А на допросе 21 декабря — в день задержания Гафурова — изменил показания и добавил, что с ним «должны заключить досудебное соглашение о сотрудничестве».
«Какие конкретно преференции органы предварительного следствия ему предоставили, я сказать не могу. Но совершенно очевидно, что он оговаривает меня из-за своего досудебного соглашения, пытаясь отработать эти преференции, о чем он, в принципе, после проведения очной ставки мне и сказал, когда нас вели обратно», — заявил Гафуров в суде.
«Начиная с 1999 года у органов предварительного следствия была совсем другая версия покушения на Исрафилова», — напомнил экс-ректор. Видимо, за полгода в СИЗО он успел вдоль и поперек изучить приговоры по делам прошлых лет, да еще и запомнить мельчайшие детали. Так, по его словам, за убийство изначально задерживали Кулясова (он, напомним, сам приходил к Исрафилову и предупреждал его, что «заказали»). Киллер написал явку с повинной, показал пальцем на Рузалика, но после очной ставки отказался от показаний — мол, сознался, потому что получил записку, в которой были расписаны детали убийства. А записку потом уничтожил. «Это свидетельствует о том, насколько недостоверны могут быть показания лица, которое находилось под стражей недолгое время, всего месяц-два. А что говорить о показаниях лиц, находящихся в местах лишения свободы более 10 лет!» — аргументировал Гафуров.
Он привел и показания супруги Исрафилова, которая рассказывала, что тот поехал в Москву с Шакировым, заказчиком преступления. Экс-ректор вспоминал, что сам Исрафилов на него не думал. «О моей причастности никто из свидетелей, потерпевших, обвиняемых, подсудимых не говорил. Сам Исрафилов, будучи допрошенным после покушения на него, в ходе допроса не говорил о моей причастности к покушению на него», — сказал Гафуров (умолчав, что убитый обличал руководство Елабуги в попытке покушения даже в интервью республиканскому телевидению). Убийство, подчеркнул он, произошло из-за криминальных разборок между группировками.
«После дачи ложных показаний в отношении меня — человека, который долгое время работал, реализовывал различные достаточно крупные социальные проекты, начиная с особой экономической зоны, а также в федеральных университетах, — относительно моей причастности к совершению преступления, очевидно, выйдут на свободу по УДО осужденные к длительным срокам лишения свободы преступники. Очень бы хотелось узнать, для чего это все делается!» — восклицал Гафуров.
Он напомнил, что его труды в Елабуге помнят и ценят до сих пор — о чем только говорят тысячи подписей горожан в его поддержку. «По сути, все дело моей жизни сегодня перечеркнуто, — сказал Гафуров, вспоминая и о работе в вузе, и обратился к судье. — Ваша честь. Вы сегодня формируете судебную практику, опираясь на которую в дальнейшем станут принимать решение другие суды, опираясь на которую будут обучаться студенты юридических вузов России. Мотивов для совершения преступления у меня не было, все это оговоры, поскольку в обвинительных документах говорится о коммерческой заинтересованности!»
В конце Гафуров уже откровенно давил на жалось: «В практике в России еще не было ни одного случая, чтобы ректора крупнейшего вуза России сразу же по обвинению криминальных авторитетов помещали за решетку без медицинской помощи, без свиданий с адвокатами, а тем более с родственниками».
Суд отказал, а адвокат процитировала Евтушенко
Следователь, также присутствовавший на слушаниях, все доводы защиты и Гафурова ожидаемо отмел. Довод о том, что у экс-ректора не было мотивов, он назвал несостоятельным. А то, что дело возбудили в Москве, посчитал законным: Колесников, по его словам, действовал в соответствии с приказом СК РФ от 2014 года, а копию постановления сразу же направили — как и полагается — генпрокурору.
Кроме того, следователь напомнил, что в приговорах, на которые ссылалась защита, есть и «другие лица» и «неустановленные следствием лица». Например, Рузалик осужден за убийство Исрафилова, и в приговоре сказано, что преступление совершено как Асадуллиным, так и «установленным лицом» (так называют Шакирова — он тоже впоследствии был убит) и «иными не установленными следствием лицами». «Новые установленные обстоятельства уголовного дела не противоречат приговорам», — аргументировал свою позицию следователь. Представитель прокуратуры с ним согласилась.
Судья же, взвесив все за и против, в конечном итоге в удовлетворении жалобы Гафурова отказала, т. е. суд признал факт возбуждения уголовного дела законным. Защита уже обжаловала это решение — как указано на сайте Басманного суда, жалоба поступила 17 июня. Дата ее рассмотрения пока не назначена.
В конце адвокат Нарышкина процитировала поэму Евгения Евтушенко «Казанский университет». «Он описывал трагические судьбы ректоров Казанского университета начиная с Лобачевского, который был выброшен из стен университета, им построенного. Он писал: „Слава богу, есть литература — лучшая история Руси“. Перефразируя, хочу сказать, слава богу, в архивах библиотек сохранилась пресса, — сказала адвокат, предложив следствию почитать местные газеты тех лет. — Перед нами откроется истинная картина, как все было на тот момент, а не та, которую нам пытаются донести лица в местах лишениях свободы. Понятно, для каких преференций они это делают».
Источником новости является сайт RuCompromat.
Если Вас заинтересовала новость:
- Ниже на странице вы можете видеть взаимосвязанные статьи (при их наличии).
- Обратите внимание на ссылки, имеющиеся в статье, за ними содержится дополнительная информация.
- Воспользуйтесь поиском на сайте для получения дополнительных материалов по интересующей вас теме.
Преступники против ректора КФУ - что произнес о собственном деле Ильшат Гафуров
Юрист Гафурова: у него не было мотива для убийства Исрафилова
На прошедшей неделе бывший-руководитель КФУ Ильшат Гафуров пробовал опротестовать факт открытия уголовного производства в отношении себя. Обращение изучал Басманный районный суд города Москвы, но сам Ильшат Рафкатович был по видеосвязи — он как и раньше сидит в следственном изоляторе Тольятти, где проходит психиатрическую экспертное исследование. Детали этого совещания стали известны «БИЗНЕС Online».
Интересы Гафурова вместе с его резонами против начала производства по делу отстаивала в суде юрист Ольга Нарышкина. Поначалу она напомнила, как 21 декабря 2021 года управляющий ГСУ СК России Денис Колесников возбудил в отношении бывший-ректора КФУ дело по двум эпизодам: подстрекательство к изготовлению к убийству и подстрекательство к убийству елабужского предпринимателя Айдара Исрафилова в 1999 году.
«Думаю, что это постановление [о возбуждении дела] подлежит отмене как нелегальное и безосновательное, так как мотив во вменяемом преступлении у Гафурова отсутствовал и практически уголовное дело направлено на переоценку событий, которые были установлены судами по до этого возбужденным делам, по которым уже вынесены приговоры, также по этим двум эпизодам. Данные приговоры начали свое действие, прошли проверку вплоть до Верховного суда Рф», — обосновала в суде Нарышкина.
Приговоры, о которых велся разговор, вынесены Верховным судом РТ. 1-ый — 17 июля 2006 года в отношении Адыгана Саляхова (Алика), Юрия Еременко (Еремы), Фарида Хисамутдинова (Хисы). 2-ой — 2 марта 2017 года в отношении Рузаля Асадуллина (Рузалик).
«[Приговорами] получены сведения, что убийство Исрафилова совершено из-за разногласий снутри бандформирований в процессе борьбы за достижение лидерства, в погоне за наживой и расширением сфер воздействия с целью заслуги лидерства в криминальной иерархии и целью личного обогащения определенных преступников», — фактически цитировала юрист прошлые судебные решения. В некоторое создание, подчеркнула она, было выделено только дело в отношении подразумеваемого исполнителя убийства — убийцы Игоря Кулясова (Олесика), который объявлен в розыск.
Нарышкина подчеркнула, что Исрафилов сам был создателем группы «Айдароновские», а в 1999 году, как надо из числа тех же самых приговоров, у него появился конфликт с подручным — Шакировым. Последний обратился к Рузалику с просьбой убрать Исрафилова за $100 тысяч. Сам Рузалик в суде рассказывал, что «заказ» поступил от Шакирова, хотевш?? занять место Исрафилова в группировке. «О соучастности Гафурова к какой-нибудь преступной организации и преступлениям, также к убийству Исрафилова, ни в процессе тяжб в суде, ни в процессе подготовительного следствия по этому делу никто из очевидцев, пострадавших, обвиняемых не сообщал, — выделила юрист и снова повторила. — Мотив совершения преступного деяния обозначенными приговорами был установлен совсем другой — разборка снутри бандформирований, борьба за первенство снутри них».
А в постановлении о возбуждении дела заявлено, что Гафуров «из личных неприязненных отношений в связи с конфликтом интересов с пострадавшим Исрафиловым» будто бы «склонил Саляхова», а потом и Шакирова «организовать убийство [Исрафилова] за валютное вознаграждение». «Появляется вопрос: на каком основании постановление о возбуждении дела поновой переоценивает обстоятельства, которые были установлены вступившими в силу постановлениями суда?» — вопрошала юрист. Как она сообщила, при подобном положении дело должно было возбуждаться по представлению прокурора и только через суд.
Почему не Липский
Вообщем, как говорит защитник, даже если не брать в расчеты приговоры, в которых прописан мотив убийства Исрафилова, у Гафурова все равно не было мотива для преступного деяния . Нарышкина углубилась в историю: в 1999 году, когда Гафуров был руководителем Елабуги, он начал проводить инвентаризацию. Причиной с этой целью стала передача районам возможностей по формированию бюджетов. Другими словами, районы должны были зарабатывать сами. Потому, как говорит защитник, Гафуров начал «изыскивать средства». Обнаружилось, что часть спостроек и земель нелегально употребляли «коммерческие структуры», также и те, бывш?? под контролем Исрафилова. К примеру, клуб на территории кинозала «Кама»: работали без кассовых аппаратов, «коммуналку» не платили, за аренду и пр. Гафуров же, подчеркивала Нарышкина, пробовал возвратить это не работающее на район имущество в государственную собственность, попутно подкрепляя свои планы обращениями в правоохранительные органы. И проверки по просьбам главы Елабуги были проведены.
«Политика Гафурова как главы администрации проводилась с целью упорядочивания использования городского собственности, она была обусловлена сложившейся положением дел в экономике, но не какой-нибудь неприязнью к какому-или лицу, также к Исрафилову», — заявила Нарышкина. Юрист даже представила, что, напротив, сам Исрафилов покушение на себя употреблял «для дискредитации мэра».
Отсекла она также и мотив вероятной конкурентной борьбы Гафурова и Исрафилова на голосовании главы администрации. Согласно мнению Нарышкиной, в 1998–1999 годах эта пост была не выборной, а назначался на нее человек по решению главу республики Татарстан.
Отметила юрист и процессуальные нарушения, которые, согласно ее убеждению, были при возбуждении дела. Их сущность в том, что Гафуров в то время был избранным депутатом Государственного совета РТ VI созыва. А означает, указала юрист, возбуждать дело в отношении него мог управляющий процессуального органа по региону — в случае с Татарстаном это управляющий СУ СКР по РТ Валерий Липский. Но начал производство по делу управляющий общегосударственного ГСУ СКР Колесников.
Со ссылкой на все вышеперечисленное, юрист Нарышкина попросила суд признать постановление о возбуждении дела «нелегальным, безосновательным» и заставить сотрудников правоохранительных органов убрать нарушения.
А что Гафуров
Бывший-руководитель был многословен — было приметно, что он готовился к совещанию и тщательно анализировал материалы. К примеру, ссылался на показания членов ОПГ «29-й комплекс», бывш?? в постановлениях об избрании и продлении ему принудительной ограничительной меры. Дескать, Саляхов, к примеру, в 2020 году (являясь в колонии) рассказывал, что «не согласился от совершения убийства Исрафилова», так как после публикаций в средства массовой информации страшился, что подумают на него. А в ходе проведения допроса 21 декабря — в день задержания Гафурова — изменил показания и также сообщил, что с ним «должны заключить досудебное соглашение о взаимодействии».
«Какие непосредственно преференции органы подготовительного следствия ему предоставили, я сообщить не могу. Однако совсем разумеется, что он клеветает меня из-за собственного досудебного соглашения, пробуя отработать эти преференции, о чем он, в принципе, после проведения очной ставки мне и сообщил, когда нас вели назад», — заявил Гафуров в суде.
«Начиная с 1999 года у органов подготовительного следствия была совершенно иная версия покушения на Исрафилова», — напомнил бывший-руководитель. Вероятно, за шесть месяцев в СИЗО он успел вдоль и поперек провести изучение приговоры по делам прошедших лет, да к тому же уяснить мелкие детали. Так, как он сообщает, за убийство вначале задерживали Кулясова (он, напомним, сам приходил к Исрафилову и предупреждал его, что «заказали»). Убийца написал посещаемость с повинной, показал пальцем на Рузалика, но после очной ставки не согласился от показаний — дескать, сознался, так как получил записку, в какой были расписаны детали убийства. А записку позже уничтожил. «Это говорит о том, как недостоверны могут быть показания лица, которое находилось под арестом недолгое время, всего месяц-два. А что разговаривать о свидетельствах лиц, которые находится в местах заключения свыше 10 лет!» — обосновал Гафуров.
Он привел и показания супруги Исрафилова, рассказывавш??, что тот поехал в Москву с Шакировым, заказчиком преступного деяния . Бывший-руководитель вспоминал, что сам Исрафилов на него не думал. «О моей соучастности никто из очевидцев, пострадавших, которые обвиняются, обвиняемых не говорил. Сам Исрафилов, являясь допрошенным после покушения на него, в процессе дачи показаний не говорил о моей соучастности к покушению на него», — произнес Гафуров (не рассказав, что убитый обличал управление Елабуги в попытке покушения даже в беседе республиканскому телевидению). Убийство, выделил он, случилось из-за преступных разборок меж группировками.
«После дачи неверных показаний в отношении меня — человека, который длительное время работал, реализовывал разные довольно большие социальные проекты, начиная с особенной финансовой зоны, также в общегосударственных институтах, — относительно моей соучастности к совершению преступного деяния , разумеется, выйдут на свободу по условно-досрочному освобождению осужденные к долгим срокам заключения правонарушители. Чрезвычайно бы хотелось выяснить, для чего это все делается!» — восклицал Гафуров.
Он упомянул, что его труды в Елабуге помнят и ценят до настоящего времени — о чем только говорят тысячи подписей городских жителей в его поддержку. «На самом деле, все дело моей жизни сейчас перечеркнуто, — произнес Гафуров, памятуя и о работе в университете, и обратился к арбитре. — Ваша честь. Вы сейчас формируете судебную практику, делая упор на которую в предстоящем станут принимать решение остальные суды, делая упор на которую будут учиться студенты правовых высших учебных заведений Рф. Мотивов для совершения преступного деяния у меня не было, все это оговоры, так как в обвинительных документах сообщается о коммерческой заинтригованности!»
В конце Гафуров уже неприкрыто давил на жалось: «В практике в Российской Федерации еще не было ни 1-го варианта, чтоб ректора наикрупнейшго университета Рф сразу по обвинению уголовных лидеров помещали за сетку без медпомощи, без свиданий с адвокатами, а тем паче с родными».
Суд отказал, а юрист процитировала Евтушенко
Сотрудник следственных органов, также присутствовавший на заседаниях, все резоны защиты и Гафурова прогнозируемо отмел. Резон про то, что у бывший-ректора не было мотивов, он назвал беспочвенным. А то, что дело возбудили в столице России, посчитал легитимным: Колесников, как он сообщает, действовал в согласовании с распоряжением СК России от 2014 года, а копию постановления сразу направили — как и полагается — генеральному прокурору.
А также, сотрудник следственных органов упомянул, что в приговорах, на которые ссылалась защита, есть и «остальные лица» и «неустановленные следствием лица». К примеру, Рузалик осужден за убийство Исрафилова, и в вердикте заявлено, что преступление совершено как Асадуллиным, так и «установленным лицом» (так называют Шакирова — он тоже потом был убит) и «другими не установленными следствием лицами». «Новые установленные обстоятельства уголовного дела не противоречат приговорам», — обосновал свою позицию сотрудник следственных органов. Сотрудник надзорного органа с ним согласилась.
Судья же, взвесив все за и против, в итоге в ублажении жалобы Гафурова отказала, то есть суд признал факт открытия уголовного производства легитимным. Защита уже опротестовала это решение — как обозначено на интернет-ресурсе Басманного суда, жалоба поступила 17 июня. Дата её изучения пока не назначена.
В конце юрист Нарышкина процитировала поэму Евгения Евтушенко «Казанский институт». «Он описывал трагические судьбы ректоров Казанского института начиная с Лобачевского, бывш?? выброшен из стенок института, им построенного. Он писал: „Слава богу, есть литература — наилучшая история Руси“. Перефразируя, желаю сообщить, слава богу, в архивах библиотек сохранилась пресса, — произнесла юрист, предложив следствию почитать местные газеты тех лет. — Перед нами раскроется настоящая картина, как все было в то время, но не та, которую нам пробуют донести лица в местах лишениях свободы. Ясно, для каких преференций они это делают».
